коллега, — сказал Чарли, глядя на меня так, будто это было очень важно. Значимо. Казалось, он признавал, что наша дружба значит для него больше, чем работа, хотя говорил прямо противоположное.
— Я знаю, — сказала я, и после того, как помогла ему застелить кровать на полу, забралась на раскладной диван. — Ты не против, если я включу телевизор? Мне совсем расхотелось спать.
— Нет, — сказал он, а затем щёлкнул выключателем, и комната погрузилась в темноту, если не считать света телевизора. Я услышала, как он устраивается на подушках.
— Тебе вообще удобно? — спросила я, останавливаясь на старом эпизоде «Новенькой».
— Не так уж плохо, — сказал он тихо в темноте.
— Ник Миллер настоящая легенда, — сказала я.
— Уинстон, — поправил он, — вот кто настоящая недооценённая легенда.
Мы смотрели какое-то время, тихо комментируя и смеясь над шоу, и я уже почти заснула, когда Чарли сказал: — Для протокола, я не полный гермофоб.
Я уставилась в темноту. — Для протокола, мне было бы плевать, если бы ты им был.
— Меня просто, ну, меня просто коробит от общественных туалетов и мысль о том, чтобы спать на полу у незнакомца. Я бы не брезговал полакомиться котлеткой прямо со стола или даже облизать твой палец.
— Ты не просто так это сказал, — я рассмеялась, зарываясь поглубже в одеяло и удивляясь, почему мне не было неловко от этой спонтанной ночёвки с Чарли. Сонливость и комфорт окутали меня, полностью расслабившись я не чувствовала никакой неловкости.
— Серьёзно, правда. У меня даже нет дезинфицирующего средства для рук или салфеток, — сказал он так, словно отчаянно хотел убедить меня.
Но ему и не нужно было. Я ничего не знала о ситуации Чарли, но у меня был собственный ужасный опыт с паническими атаками, так что я всё понимала. То, что его мозг заставлял его тело физически реагировать на определённые вещи, не означало, что он был… не знаю… кем-то другим.
— Спорим, ты не съешь котлету со стола.
— Наверняка стол чище, чем твои пальцы, — дразнил он. — Ходят слухи, что ты сегодня засунула их в писсуар.
— Да, засунула. Я подумала: «Эти пальцы такие чистые. Интересно, есть ли здесь грязный писсуар, в котором я могла бы их испачкать».
Он рассмеялся, а я перевернулась и снова закрыла глаза.
— Ещё раз спасибо, что поехал со мной, Чарли.
— Спасибо, что пригласила, — сказал он, и я очень надеялась, что он имел это в виду.
Потому что я хотела, чтобы ему было так же весело, как и мне (что удивительно).
— Спокойной ночи, Чарли, — сказала я.
— Спокойной ночи, Бейли, — ответил он глубоким хриплым голосом в темноте гостиной.
Глава 31
Бейли
Я проснулась от запаха и звуков завтрака.
Открыв глаза, я моргнула, нащупала очки и осмотрелась.
Я на диване в гостиной — понятно.
Посмотрела влево, но Чарли пропал. Подушки и одеяла были убраны, как будто он здесь и не ночевал.
Я схватила телефон — семь тридцать.
Никаких сообщений от Зака, не то чтобы я проверяла.
— Доброе утро, солнышко, — услышала я. Повернула голову вправо, и там оказался Скотт, который сидел за столом и пил кофе.
— Доброе утро, — сказала я, одарив старика Скотта улыбкой. Было сложно злиться на него за то, что он организовал нам этот отпуск и спас нас от гуся-убийцы.
— Твоя мама и Чарли готовят завтрак, так что надеюсь, ты голодна.
— Я бы что-нибудь съела, — солгала я, откидывая волосы с лица. На самом деле, я вообще не любила завтракать, так что сейчас мне бы хватило просто найти немного кофеина. Я встала и пошла на кухню, и как только я вошла в дверной проем, мне захотелось рассмеяться.
Моя мама сидела на табурете, обсуждая защиту Канзас-Сити Чифс21, а Чарли готовил яичницу-болтунью.
— Доброе утро, — сказала моя мама, улыбаясь.
— Вау, — сказал Чарли, и его глаза заблестели при виде меня. — Доброе утро, соня.
Я показала ему средний палец.
Он рассмеялся.
Моя мама улыбнулась и сказала: — В холодильнике есть фраппучино.
— О, благослови тебя Господь, — ответила я.
— Итак, Эмили, как вы думаете, у них вообще есть шанс, если он выбыл на весь сезон? — Чарли помешивал яйца и разговаривал о футболе с моей мамой, которая была ярой фанаткой «Чифс». — Я имею в виду…
Я открыла холодильник и схватила бутылку мокко-фраппучино, не в силах поверить, что только что услышала, как Чарли назвал мою маму Эмили. Когда именно они стали лучшими друзьями? Это было немного очаровательно, но меня это настораживало.
Я не хотела, чтобы моя ничего не подозревающая мать сближалась с моим фальшивым парнем.
Это плохо кончится, так ведь?
— Ну, он всего лишь один парень, так что, конечно, у них есть шанс, но без него будет намного сложнее, — сказала моя мама.
Я не могла смотреть на них ещё минуту, потому что это заставило меня почувствовать себя слишком виноватой.
Крышка фраппучино со щелчком открылась, когда я объявила: — Пойду приму душ.
— Но завтрак почти готов, — сказала моя мама.
Она знала, что я никогда не завтракаю, поэтому она говорила это только для того, чтобы убедиться, что я не задену чувства Чарли, отказавшись от его еды. Я прочистила горло и сказала: — Я пока не голодна.
— Но Чарли приготовил всё это, — сказала она, глядя на Чарли так, словно он был Санта-Клаусом.
— Я обязательно съем что-нибудь, когда закончу, — заверила я её.
— Пойди причешись, — поддразнил Чарли, и мне понравилось расслабленное выражение его лица. Но я тоже задумалась, как он так спокойно общается с моей мамой и готовит завтрак.
Под струями воды я снова начала переживать об этом, как это часто у меня бывало во время водных процедур. Я переживала о нашем «плане»: сработает ли он теперь, когда мы здесь? И если сработает, приведёт ли это к тому, что моя мама
