С усилием оттолкнулся от стены, сел в кресло, вытянул ноги и прикрыл глаза.
Разом навалилась усталость, которую он долго отказывался замечать.
Короткий, односторонний диалог вымотал его больше, чем все предыдущие ритуалы вместе взятые. Но он снова почувствовал себя живым.
Кэллиэн покачал головой, поклявшись себе отныне регулярно связываться с Инерис через зеркало. Недоделанный артефакт работал капризно, но в случае кризиса он сможет передать короткое сообщение или предостережение. И быть в курсе ее дел, как раньше, когда она жаловалась на Ассаэра – ее-то слова передавались как положено.
Об этом он должен был подумать сам и гораздо раньше.
Леди Дженис права. На нем действительно сказывался и недосып, и перерасход магии, которая едва успевала…
Стоп. Как он сам не заметил симптомов перерасхода? Анализаторы, артефакты, ритуалы, заклинания… Ведь его резерв…
Кэллиэн побледнел, осознав, что неосознанно черпал силу из второго резерва. Легко, не задумываясь, привычно. Как еще эльф не засек?..
Этим и опасна черная магия. Она обманчива и коварна, заманивает на глубину и утягивает на дно.
Он знал, что ступил на опасный путь, но не думал, что последствия проявятся так скоро, что он даже не заметит в себе пугающих перемен.
Нужно будет при первой же возможности пройти обряд очищения! Похоже, пробудившаяся змея успела незаметно, мягко, бережно запустить клыки ему в душу…
Теперь он был даже благодарен леди Дженис за эту отповедь.
Он вовремя пришел в себя… благодаря Инерис.
Если даже влюбленность в Ассаэра присутствует… Инерис умна и осторожна. Она так легко не потеряет голову.
Но врать себе Кэллиэн не умел. И одна мысль о подобном исходе вновь пробудила в нем ярость. Но эту ярость, в отличие от той, окрашенной тьмой, он легко держал в узде.
Нужно перестать пользоваться вторым резервом. Но тогда придется на чем-то сэкономить…
И вдруг – озарение.
Зеркала! Он же создал идеальную систему слежения! Жаловался на то, что невозможно незаметно проследить за всеми? Идиот! Всего-то нужно подключить еще три-четыре зеркала. Скажем, в кабинете князя, куда ходит больше всего народа, в большом зале, в паре укромных коридоров… Все, конечно, не получится, ему в нынешнем состоянии такое просто не потянуть… И повесить одно в комнате князя или в чуть передвинуть висящее в коридоре. Тогда не нужно будет постоянно сидеть в палате и ставить бесконечные щиты.
Кэллиэн нервно рассмеялся. Он чувствовал себя непривычно уязвимым без брони черного равнодушия, дарованного магией. Быстро же отвык…
Зато разум от такой дозы эмоционального адреналина заработал с лихорадочной скоростью.
Опять-таки леди Дженис была права. Он полностью сосредоточился на своей силе, на возвращении к корням, и едва не забыл о том, чему успел научиться за эти семь лет – а ведь он стал неплохим артефактником.
Пожалуй, он задолжал ей извинение.
А пока – займемся зеркалами. Нужно еще одно для себя изготовить. Карманное, как у Инерис, чтобы всегда носить с собой…
Чтобы больше не терять связь с ней и с реальностью. Чтобы помнить, для чего он рискует. Чтобы быть рядом, если ей снова понадобится поддержка.
В синих глазах мага вспыхнула упрямая искорка – и разгорелась в яркое пламя решимости.
Он нашел путь.
***
Далеко от этой реальности, в подземном мире, Шаэли чуть дыша приникла к зеркалу, следя за отразившимся в нем полувампиром.
Обычно в его спокойной, мрачной глубине появлялись те, кто взывал к ней, или те, кому пришло время покинуть этот мир. Но даже богиня смерти может позволить себе маленькие капризы. Ее в последнее время начало беспокоить его поведение…
Но теперь все вернулось на круги своя. Вовремя – она уже подумывала, не вмешаться ли... Был бы грандиозный скандал, если бы она сделала это без мольбы со стороны смертного.
Да, он нравился ей в ярости, охваченный смертоносным вихрем смерти, покрытый с головы до ног чужой кровью... но эта мягкая улыбка ему тоже была к лицу.
Шаэли вздохнула.
Как все-таки символично – связь на расстоянии через зеркала… Для него – символично вдвойне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он сам еще не знает, какой путь выберет, не знает, как далеко ему придется зайти, если он хочет обрести полную власть над собой, избавиться от тягостного меча, вечно занесенного над его головой. Но – и Шаэли в этом не сомневалась – он непременно справится.
Он только что одержал верх в очередной битве с самим собой.
И благодаря кому? Смертной, которую обещали ей в жертву…
Как романтично…
Шаэли тихо рассмеялась, и смех этот звоном погребальных колоколов разнесся по подземелью.
Все интереснее и интереснее. Ему всегда удавалось ее развлечь.
Зеркало вспыхнуло, изображение сменилось – теперь в его глубинах отражался седобородый старец, готовившийся испустить дух. Богиня вздохнула, согнав с лица довольную улыбку, привычно приняла бесстрастный и пугающий вид, мгновенно преобразившись. Ее ждали прямые обязанности.
А он… пусть учится на своих ошибках и дальше. Будем надеяться, ее помощь не потребуется до самого конца.
Глава 10
На улицах все было готово к празднику. Казалось бы, в пустыне передать атмосферу безмятежной радости должно быть непросто. Но вот, пожалуйста!
На главной площади, куда ее привела Инуэль, горели огни – не только факелы, но и огромные свечи, красные, зеленые, желтые, словно вплавленные в черно-красные камни. Толстые фитили – с таких пламя не сдует даже жаркий пустынный ветер. Впрочем, палаток, которые могли бы пострадать от огня, здесь не было. Это была самая настоящая площадь на ровной, гладкой скале, выступавшей из песка. Такая сделала бы честь любому городу в Нариме.
И там стояли уже накрытые столы – не из дерева. Каменные основания, на которые была туго-туго натянута ткань, не уступавшая по прочности коже.
Их с Ассаэром со всеми почестями усадили во главе самого большого стола, вдвоем. Демона в алом проводили улыбающиеся мужчины, ее – хихикающие женщины. Сидеть полагалось в окружении разноцветных фонариков, закрепленных на веревке над головой.
Происходящее вдруг отчетливо напомнило Инерис городские свадьбы среди зажиточного люда, на которых ей пару раз довелось побывать. К тому же у них с демоном еще и одежда гармонировала, что только усиливало впечатление…
Она скоренько отодвинулась подальше от Ассаэра. Так, на всякий случай, во избежание.
Тот впервые соизволил нормально посмотреть на нее. Повернулся, склонил голову набок, прищурился, легонько усмехнулся…
И промолчал.
Не съязвил, не рассмеялся, даже не фыркнул.
Инерис с полным правом сочла это своей маленькой победой и приободрилась.
Похоже, Инуэль ей не польстила, сказав, что она хорошо справилась… даже перекалывать цветы не пришлось.
И зеркальце тоже не ошиблось.
Стоило вспомнить – и в душе разгорелась теплая искорка. Инерис начинала всерьез считать зеркальце своим оберегом…
Ей наконец представилась возможность со стороны понаблюдать за местными, которые, устроив гостей, тоже быстренько рассаживались по местам. Девушки и женщины, яркие, красивые, нарядные, с цветами в волосах – отдельно, с ее стороны. Инуэль ближе всех, как хозяйка шатра, в котором остановилась гостья. Мужчины – с другой стороны. Старейшины – напротив. У них бы садились семьями…
В центре столы стояли правильным квадратом. От них – опять-таки закручивались по большой спирали, и там снова одну сторону занимали женщины, другую – мужчины.
– Здесь присутствуют только самые уважаемые люди, – шепнула Инуэль. – Весь поселок собрать на площади невозможно, становище слишком велико. Поэтому в других районах столы накрывают в своих небольших центрах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– А они зачем?
– Все рады возвращению Ассаэра. Все рады тому, что у них новая гостья, – обезоруживающе улыбнулась эльфийка.
– Тут что, разделение по половому признаку проникает во все сферы жизни? – тихо шепнула Инерис и услышала, как сидевший рядом демон тихо хрюкнул, явно с трудом сдержав смешок.
