– Я успела пообщаться с местными девушками – если можно так выразиться, конечно, объясняться пришлось жестами… Но думала, так свободно себя ведут только незамужние.
– Нет, здесь это норма.
Не помешает, пожалуй, восполнить пробелы в своих знаниях.
– Ассаэр упомянул о празднике… Мне немного не по себе. Я могу по незнанию как-то их оскорбить?
Эльфийка покачала головой.
– Для этого нужно постараться. Мы с тобой явные чужеземки, к нам другое отношение. Если нарушишь какое-то правило, тебе постараются объяснить, как нужно. Если что-то нужно будет сделать, покажут. А так… Здесь не принято держать еду обеими руками и вообще касаться ее левой рукой. Днем без платка не выходят – но если вдруг выскочишь, это не неприлично, просто неразумно из-за жары. С мужчинами можешь общаться совершенно спокойно, но в чужой шатер заходи только по приглашению женщины и сама не приглашай войти мужчину. Никто с тобой ничего не сделает плохого, конечно, но таковы местные правила приличий. Женщины приходят к женщинам, мужчины – к мужчинам. Иное могут неверно понять.
Вопреки ожиданиям, эти традиции не коробили. Странные, конечно, но вполне приемлемые. Можно привыкнуть.
Внезапный привкус горечи во рту. Почему Ассаэр не мог ей так же все объяснить? Почему он все время швыряет ее, как котенка в реку, в неловкие ситуации, и со смехом комментирует ее барахтанье?.. Как не терпелось от нее избавиться-то… Сдал на руки женщинам, лишь бы лишней минуты с ней не провести!
Внутренний голос шепнул: «А откуда эти сожаления, Инерис? Разве ты сама не радовалась тому, что отдохнешь от него?»
Да просто покоя не давало ощущение, что они могли бы стать друзьями или хотя бы товарищами – если бы он вел себя иначе.
Инерис сообразила, что пауза затянулась.
– Спасибо за совет… хотя сразу запомнить, наверное, не получится. – Она снова помолчала и неожиданно для самой себя спросила: – Ты давно знакома с Ассаэром?
Эльфийка снова смерила ее странным взглядом.
…Спокойно, Инерис. Спросила и спросила. Жди ответа, без смятения и тем более смущения. Ничего такого в этом нет.
– Я не видела его больше четырех лет, но до того мы несколько раз встречались. Мне позволили остаться здесь по его протекции… как и тебе.
«Ту, другую»…
Тьфу! Лучше спросить о чем-нибудь по-настоящему полезном!
– Ты сказала, между Севером и Югом немалая разница, и в культуре, и в обычаях… Мне известно лишь, Север в подчиненном положении, и власть сосредоточена на Юге. Но каковы отношения между двумя регионами? При наличии таких различий…
Но договорить она не успела. Вход шатра шумно затеребили снаружи, и эльфийка улыбнулась.
– Каро ашта!
Полог откинули, и внутрь с хихиканьем просочились три молодые девушки. Среди них была и Ихасса.
Они принесли несколько охапок цветов и какие-то местные украшения – бусы с монетками, какие-то витые цепочки с камешками, браслеты, зажимы…
– Это нам? – растерянно поинтересовалась Инерис у эльфийки.
– Да, местное гостеприимство. Девушки решили поделиться с тобой своими украшениями, чтобы ты как их гостья затмила всех.
Инерис, чего греха таить, была даже растрогана таким вниманием.
– Спасибо, – громко, разборчиво произнесла она и поклонилась.
Девушки замахали руками, что-то стрекоча на своем языке, и удалились.
– До начала праздника еще час, но нам нужно будет еще подойти к главной площади… Я помогу тебе собраться.
Странно будет, если простой девушке вдруг понадобится горничная, верно? Играть роль – так до конца.
– Я справлюсь сама, главное, скажи, что куда надевается.
– Выбери одно массивное ожерелье, лучше с агатом – они черные, под цвет платья. Несколько браслетов – с красными камнями, на каждую руку. Цепочку с ярким камешком надевают на лоб. После заката платки носят на плечах, поэтому вечернее украшение – цветы. Крупный бутон вставляют в косу, другие заколками прикалывают к волосам, цепочку ведут к одному виску. Точно справишься?
Инерис кивнула. Все-таки ей доводилось причесываться самой, хоть и редко…
– У меня есть и гребень, и зеркальце. Справлюсь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Хорошо, я тогда пока подыщу тебе платок и другие туфельки… Ножка у тебя маленькая, думаю, мои подойдут, – решила Инуэль. – Я оставлю тебя на несколько минут, ничего?
Инерис покачала головой.
– Конечно. Спасибо тебе за заботу, – с искренней благодарностью произнесла она.
Улыбка эльфийки одновременно очаровывала и согревала.
– Если что-то не получится, я помогу.
И она вышла.
После ее ухода Инерис упала на подушки с одной-единственной мыслью, только сейчас поняв, как устала.
Сборы немного подождут.
***
Кэллиэн был не суеверным (со стороны черного мага это было бы как минимум смешно), однако когда зеркало призывно засветилось красным, первой его мыслью было: накаркал! Стоило вспомнить вчера – и пожалуйста…
Учитывая обстоятельства, это могла быть только леди Дженис.
Эксцессов на приеме больше не было, князь был в порядке (насколько это слово здесь применимо), но поставленное энергоемкое заклятье щита вокруг его постели изрядно выматывало. Что сказывалось на и без того отвратительном настроении мага.
Но это не тот вызов, который можно проигнорировать.
Даже странно, что она не вышла на связь раньше…
Кэллиэн накинул полог тишины, бросил запирающее заклятье в дверь и неохотно установил контакт.
И вздрогнул.
Она плохо выглядела. Непривычно плохо. Бледная, заметно похудевшая. На словно восковом лице, казалось, жили лишь фиолетовые глаза, такие же яркие, как раньше.
Заготовленное колкое приветствие было волей-неволей проглочено.
– Миледи, – нейтрально поприветствовал ее маг, ненадолго забыв о раздражении. – У вас ко мне какое-то дело?
– Да. Простите за неурочный вызов, но в последнее время я нахожу, что ночью мне лучше заниматься делами. Меньше дурных мыслей, – слабо улыбнулась она.
– Я тоже предпочитаю действовать, когда другие спят, – спокойно кивнул он. – Чего вы хотели?
Леди Дженис испытующе поглядела на него.
...Бледный, еще бледнее, чем обычно. Под глазами глубокие тени. Черты лица странно заострились, хотя вес он вроде бы не терял… Что-то произошло. Магическое истощение?..
– Вы плохо выглядите, Кэллиэн… Надеюсь, у вас все в порядке?
– В полном, миледи. И, простите, не вам говорить мне о внешнем виде.
Он скрипнул зубами – хотелось побыстрее закончить разговор и поразмышлять еще немного о происшедшем. Вычислить, кто мог в это время пробраться сюда. Некоторые гости остались сегодня в замке, можно было бы…
– Вы правы, – грустная улыбка, хотя губы женщины подрагивали. – Я вышла на связь, едва позволило здоровье, ослабшее после тех событий. Хотела узнать, как дела у Инерис, – теперь и голос леди Дженис жалко дрогнул, следом задрожали и плечи, словно в приступе лихорадки. – Связи с Ассаэром у меня нет – надеюсь, временно, – и мне не у кого больше узнать, кроме как у вас. Как она? Как они оба?
Состояние леди Дженис не вызвало в Кэллиэне особого сочувствия. Напротив, он ощутил гнетущее раздражение, холодное, злое.
– Если бы с ней что-то случилось, я бы незамедлительно вас оповестил, могли бы не утруждаться, миледи. Не думал, что вы решите побеспокоить меня, поддавшись иррациональной тревоге.
Женщина слушала его с нарастающим удивлением. Во всегда спокойном голосе слышалась издевка, да и весь облик его был так далек от привычного…
– Признаться, я не узнаю вас. У вас точно все в порядке, Кэллиэн?
– Да. Не считая того, что я столкнулся с совершенно непознаваемым магическим явлением и понятия не имею, что с ним делать!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Вы можете поделиться со мной, возможно…
– Извините, – прервал ее маг, – но учитывая характер ваших планов относительно князя, на которые намекнул великий лорд Адж’Ракх, я, пожалуй, оставлю свои домыслы при себе.
– Что-то случилось с князем? – нахмурилась леди Дженис. Выражение фиолетовых глаз изменилось… беспокойство или злорадство?
