Цветаева была в легком шоке, когда поняла, насколько Алина права насчёт Виктора. Может он и не признался в любви, но он предложил провести время вместе в какой-то из дней на зимних каникулах. Они оба знали, как называется совместное времяпровождение двух любящих людей, но так и не произнесли это вслух, словно, боялись сломать видимость того, как воздерживаются друг от друга.
Глава 35
Вика сидела на мягком кожаном кресле с закрытыми глазами и чувствовала, как кисточка касается ворсом нежной кожи век, вызывая и желание чихнуть и рассмеяться одновременно.
— Не улыбайся, цветочек, всё испортишь, — возмутилась Элла.
— Скажи, Эл, на какой цветок я похожа.
— На кактус, конечно.
Женщина невозмутимо продолжила красить подругу, а после заметила, как губы той перестали улыбаться, а выражение лица стало напряжённым.
— Я холодная и колючая? — тихо спросила она, и женщина уловила в голосе странное отчаяние.
— Нет, — улыбнулась она. — Ты просто отличаешься от других, Вика. За тобой нужен особый уход, как за кактусом, тогда ты расцветаешь, показываешь всю себя и становишься невероятной. И это знают о тебе только самые близкие, и я рада, что отношусь к ним. Ты когда-нибудь видела, как цветёт кактус?
— Нет. Видела их просто так.
— Каждый день в зеркале?
— Ох, Элла, шутки у тебя…
— Запредельные, правда? — засмеялась женщина и приступила к губам.
— Не то слово…
— Так куда ты идёшь, цветочек?
— А вот и не скажу. Я всё еще зла на тебя, что ты снова ответила на звонок дочки.
— Ну, не ревнуй, — улыбнулась Элла, и Вика перехватила её руку.
— Я не ревную, я была бы рада, если ваше общение возобновиться, но только когда это будет другой человек. Ей от тебя нужны только деньги, и ты это понимаешь.
— Понимаю, Вика, но она моя дочь. Я не могу перестать с ней общаться. Каждый раз, когда она мне звонит, я боюсь, что что-то случилось.
— И правда случается. Она попадает в какую-то невообразимую ситуацию, из которой спасут только деньги. Элла, пожалуйста, перестань ей верить.
— Хорошо.
Атмосфера мира между ними пропала. Вика видела испорченное настроение Эллы и чувствовала внутри напряжение. И девушка не знала, с чем оно было связано: с неприятным разговором с Эллой, предстоящим свиданием или плохим предчувствием.
В последнее девушка никогда не верила, это слабо поддавалось логике, как и эмоции. И если последним Цветаева научилась кое-как доверять, то предчувствиям она не верила.
— Пожелай мне удачи, Элла, — выдохнула Вика, застегнув тёплое пальто, которое прикрывало краешки высоких сапог.
— Я всё еще жду рассказа, цветочек, в самых точных деталях, — женщина ей подмигнула и обняла за пояс.
Внезапное тепло в груди пронзило девушку и заставило замереть, а после она в ответ положила руки на голову женщины и погладила её.
— Скоро вернусь.
Вика уже не заметил еле выступивших слёз на зелёных глазах, её телефон начал вибрировать…
Вскоре девушка вскочила в автобус, стараясь не обращать внимание на сердце, которое вот-вот могло выпрыгнуть из груди. Она нервничала практически так же, как на недавнем этапе олимпиады, только там она не была в платье и с накрашенными глазами, её руки не разблокировали экран телефона каждые две секунды, чтобы проверить время.
«Я вовремя!» — убедила она сама себя, стоя на нужной остановке рядом с оживлённой площадью.
Все неспешно гуляли мимо недавно и временно открытых лавочек с шерстяными носками и самодельными сувенирами, детских игрушек и каких-то украшений. Вика искала среди толпы тёмно-синюю парку, в которой постоянно видела своего репетитора. Достав телефон из кармана, девушка заметила, что батарея садиться слишком быстро на холоде, и стала согревать его руками, которые так же быстро замерзали из-за отсутствия перчаток.
Ноги стали мёрзнуть, холодный ветер задувать под платье, и это заставило Цветаеву оглянуться в последний раз, а после начать искать глазами место, где она могла бы согреться.
Рядом располагавшаяся кофейня оказалась кстати, вид из окон как раз открывался на площадь с остановкой, где она бы могла легко увидеть того, кого ждала уже больше получаса. В помещении было совсем мало людей, тихо играла музыка и работала кофе-машина. Вика сделала заказ и попросила зарядку, после чего пристроилась к чистому стеклу, от которого веяло холодом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Телефон стал подавать признаки жизни спустя пару минут, тогда девушка набрала номер и приложила гаджет к уху. Странное волнение и обида поселились в груди еще до того, как человек на том конце провода ответил.
— Я всё еще жду тебя.
— Ало, это кто? — ответил женский голос. — Витя телефон дома забыл. Ало!
Вика скинула, узнав голос той, кто недавно стал считаться их новым членом семьи, а еще не одобрял их отношений. Дверь открылась — и в неё вошёл тот, кого девушка так долго ждала.
Тёмные глаза сразу сфокусировались на старшекласснице, которая мрачно смотрела в окно.
— Прости, я забыл дома телефон, — произнёс Виктор, подходя к Вике.
Он взял в руки её пальто и помог девушке одеться.
Вскоре они оказались в машине, где девушка всё еще не понимала, что происходит. Она вообще что-либо перестала понимать, после того, как посреди школьного коридора Виктор произнёс одну фразу: «проведём субботу вместе?»
— Не похоже на тебя, ты всегда держишь при себе телефон.
— Не сегодня, — Виктор был уставшим, но вполне спокойным.
Девушка снова заметила под его глазами синяки, взгляд был сонным, словно парень пал до этого.
— Куда мы направляемся?
— Я снял квартиру на этот день, чтобы нам никто не мешал. И телефон не брал по этой же причине, если быть честным. Никого и ничего не хочу слышать.
«Даже меня?» — чуть не вырвалось из губ девушки. Но потом она подумала, что вполне глупо было задавать этот вопрос, сидя рядом с Виктором.
— А что делать будем?
— Разговаривать, как тебе такое? Всё, что в последнее время я обсуждал, это свои графики выступлений, даты концертов и интервью. Кто-то слил мой альбом в сеть, и теперь я потерял очень много денег, а люди, которые мне помогали, зря проделывали свою работу.
— Кто это мог сделать, у тебя есть догадки?
— И никакого «о, ужас!» или «мне так жаль!»?
— А ты хочешь, чтобы я это сказала? Тебя пожалеть?
Виктор усмехнулся и припарковался возле небольшого четырёхэтажного кирпичного дома в самом обычном жилом районе города.
— За это ты мне и нравишься, Вика.
Девушка вылезла из машины вслед за парнем, и они вместе вошли в маленькую, но уютную квартиру, состоящей всего из одной гостиной и совмещенной с ней кухни.
— Здесь нам никто не помешает, — произнёс парень тихо позади девушки и снял с неё пальто.
— Это страшно звучит, особенно от парня постарше.
Под синей паркой парня оказалась та же худи, в которой Виктор додумался прийти в школу. Та самая, с определённым адресом посыла на английском.
— Не переживай, Вика, я ничего тебе не сделаю, даже если попросишь.
Девушка слабо улыбнулась и прошла вглубь квартиры, наслаждаясь бежевыми тонами.
Сев на диван, она заметила на кухонной барной стойке, что разделяла две комнаты, множество коробок.
— Это всё чаи?! — удивилась она, подойдя к ним и начав рассматривать.
— Да, нам предстоят задушевные разговоры за сотнями сортов чая и нескончаемые походы в туалет. А теперь смой эту дрянь с лица и переоденься, вряд ли ты будешь чувствовать себя комфортно здесь во всём этом, — глаза парня пробежались по девушке сверху вниз.
Вика слегка закусила губу и сама себя осмотрела. И правда, платье и макияж не вписывались в домашнюю атмосферу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Но мне не во что…
Виктор моментально стянул с себя худи, и взгляд девушки случайно коснулся оголённого живота и полоски тёмных волос, которая спускалась ниже границ джинсов.
Виктор одёрнул майку, скрыв всё, и протянул девушке белую кофту.
