Не прислушался Пересвет к речам Авдотьи Микуличны и ее супруга. Сняв с себя рясу и переодевшись в мирскую одежду, Пересвет в тот же день двинулся в лесные дебри, чтобы выследить там разбойничью шайку.
Сначала Пересвет отправился к тому месту, где на лесной дороге был разграблен переяславский обоз. Со слов Авдотьи Микуличны выходило, что добра разного разбойники захватили очень много. Стало быть, размышлял Пересвет, не могли злодеи все награбленное разом в свой укромный стан унести, ибо возы через чащу не проедут, а обозных коней они не взяли. На спине все награбленное далеко не унесешь, значит, тати должны были устроить где-то поблизости от лесной дороги тайные схроны. Пересвет собирался отыскать один из этих тайников, к которому разбойники должны были непременно вернуться.
Оранжевый свет вечернего солнца, пробиваясь между стволами сосен, висел в лесу тут и там бледно-розовыми косыми полосами. Тяжелые ветви могучих елей заслоняли небеса; чуть ли не на каждом шагу под ногами Пересвета оказывались полусгнившие упавшие деревья и покрытые мхом коряги. Пересвет крался по чаще, как охотник, выслеживающий добычу, в руках у него был лук с наложенной на тетиву стрелой. Было душно и безветренно. Звенели над ухом комары.
Пересекая лесную поляну, Пересвет вдруг заметил на густом ковре из кустиков черники что-то светлое и длинное, не похожее на древесный ствол. Сумерки уже опустились, поэтому Пересвету пришлось нагнуться, чтобы разглядеть получше свою находку.
Перед ним лежал человек, растянувшись во весь рост, разметав руки и уткнувшись лицом в землю. Он был одет в длинную льняную рубаху и суконные белые порты, на ногах у него были лыковые опорки. На рубахе виднелись пятна засохшей крови. Пересвет присел на корточки и взял лежащего перед ним человека за руку, он почувствовал, что рука теплая.
— Ну-ка, дружок! — тихо сказал Пересвет, перевернув незнакомца на спину. — Очнись же!
Незнакомец открыл глаза, когда Пересвет слегка ударил его по небритым щекам. Он не шевелился и смотрел на Пересвета с испуганным видом.
— Подымайся, приятель, — дружелюбно произнес Пересвет. — Ты не ранен?
— Не знаю… — чуть слышно ответил неизвестный.
Пересвет помог ему встать на ноги. При осмотре выяснилось, что у незнакомца сильно разбита голова.
— Кто это тебя так огрел, друже? — спросил Пересвет, осторожно ощупывая глубокую ссадину и слипшиеся от крови волосы на голове у незнакомца.
— Меня зовут Корепан, — проговорил пострадавший, морщась от боли. — Угодил я в неволю к разбойникам, да вот сумел удрать от них. А ты кто, друже?
— А я как раз этих самых злодеев разыскиваю, — ответил Пересвет, назвав Корепану свое имя. — Похоже, сам Господь послал мне тебя на удачу! Ну-ка, брат, поведай мне, где эти тати хоронятся.
Корепан был купеческим челядинцем. Напавшие на караван разбойники убили хозяина Корепана, а его самого пленили. Лесные грабители использовали Корепана и еще нескольких пленников в качестве носильщиков.
— Злодеи заставляли нас носить на своих плечах тюки с награбленным добром, — молвил Корепан. — Поначалу-то разбойники стерегли нас зорко, но как начали они к сосудам с медовухой прикладываться, так бдительность ихняя и ослабла. Я воспользовался этим и убег. За мной погнались двое злодеев. Один из них запустил в меня камнем из пращи и попал мне прямо в голову. Уж и не знаю, как я ноги унес. В голове у меня мутилось, потом я и вовсе чувств лишился.
Пересвет стал выспрашивать у Корепана про девушку, которая ехала с купеческим обозом и сгинула. Среди убитых на дороге ее не оказалось и среди спасшихся от разбойников тоже.
— Была в нашем караване девица, ладная и пригожая, — закивал головой Корепан, — от самого Переяславля с нами ехала. Ее злодеи тоже схватили и в лес уволокли. Вьюки таскать эту девицу не принуждали. Она ведь совсем для иного злодеям понадобилась. — Корепан подавил тяжелый вздох.
— Ты же был в логове разбойничьем, далече ли до него отсель? — нетерпеливо спросил Пересвет, крепко схватив Корепана за руку. — Проведи меня к вертепу этих злодеев, друже. Девица, что у разбойников томится, невеста моя. Я в долгу перед тобой не останусь, Богом клянусь.
— Ты что же, молодец, хочешь в одиночку вырвать свою невесту из рук татей лесных? — изумился Корепан. — Злыдней ведь человек пятнадцать, не меньше. Все они, как на подбор, ловкие и дерзкие! Оружие у них самое разное имеется, видать, давно они кровавыми делами промышляют. Остерегся бы ты, младень, от этой затеи. Не совал бы голову в пчелиный улей!
— За меня не тревожься, друже, — сказал Пересвет. — Я — птица стреляная. И на моих руках кровь имеется.
— Что ж, младень, воля твоя, — после некоторых колебаний проговорил Корепан. — Проведу я тебя в разбойничье гнездо, токмо ты не принуждай меня драться с этими злодеями. Сил у меня нету совсем.
— Да Боже упаси! — произнес Пересвет с нотками благодарности в голосе. — Об этом и речи нет, друже. Нешто я не понимаю! Ты токмо выведи меня к этим злыдням, а о дальнейшем я сам позабочусь…
— Стемнело уже, — заколебался Корепан, — заплутаю я в темноте-то.
— Ничего, дружок, — успокоил его Пересвет, — заночуем под деревьями и с первым лучом солнца выступим. У меня и ества, и питье есть, а мой плащ постель тебе заменит.
— Ну, коли так… — Корепан неловко развел руками, не смея противиться воле Пересвета, который пугал его своей силой и могучей статью. К тому же Корепан сообразил, глядя на вооружение Пересвета, что имеет дело с опытным воином. Корепан не поверил Пересвету, будто тот в одиночку решил напасть на шайку грабителей. «Скорее всего, это княжеский дозорный, — подумал Корепан. — Наверняка где-то поблизости находится стан ратников княжеских. С такой силой разбойникам, конечно, не совладать. И поделом этим злыдням!»
Ночной лес затих, но ненадолго, едва сквозь прохладную туманную дымку пробились первые робкие солнечные лучи, как чаща ожила, наполнилась тонкими трелями ранних пичуг.
Пересвет, проведший ночь без сна, растолкал закутавшегося в плащ Корепана. Он сказал ему всего одно слово: «Пора!»
Ежась от утренней сырости, Корепан повел Пересвета по лесу, держа все время на запад и настороженно озираясь вокруг. Очень скоро Пересвет понял, что Корепан плохо ориентируется в лесных дебрях. Сначала Пересвет и его покалеченный проводник шли прямо, потом начали ходить кругами. Наконец, выбившись из сил, Корепан уселся на упавшее дерево.
— Где-то здесь должна быть река, — озадаченно бормотал Корепан, — не пойму, куда она подевалась. На берегу этой речки и стоит разбойничье становище.
