Несмотря на частые изменения обозначений и попытки Ставки перестроить в марте-апреле структуру своих фронтов в районе Курска, количество действующих фронтов Красной Армии снизилось с 12 на 1 января 1943 года до 11 на 31 декабря{409}. С учетом 12 генералов, командовавших фронтами с 1942 года, в 1943 году фронтами командовали в целом 19 генералов. Из них 11 — Л. А. Говоров, К. А. Мерецков, С. К. Тимошенко, И. С. Конев, М. А. Пуркаев, И. X. Баграмян, К. К. Рокоссовский, Н. Ф. Ватутин, Р. Я. Малиновский, Ф. И. Толбухин и И. В. Тюленев — постоянно служили командующими фронтами или представителями Ставки до самой своей смерти или до конца войны, а еще два — А. И. Еременко и И. И. Масленников — закончили войну в должности командующих фронтами после того, как с успехом командовали армиями. В результате 13 (68 %) из маршалов или генералов Красной Армии, командовавших в 1943 году фронтами, проявили себя достаточно хорошо, чтобы закончить войну в этой же должности — по сравнению с 32 % в 1941 году и 52 % в 1942 году.
Кроме того, шестеро (32 %) из маршалов или генералов, командовавших в 1943 году фронтами, позднее руководили аналогичными объединениями менее долгий срок, прежде чем погибнуть в бою или закончить войну на более низком командном уровне или на штабных должностях — в противоположность 60 % в 1941 году или 48 % в 1942 году. В число этих шестерых входили П. А. Курочкин (закончил войну, командуя армией), В. А. Фролов и М. А. Рейтер (командовали военными округами), В. Д. Соколовский (заместитель командующего фронтом), М. М. Попов и И. И. Петров (начальники штабов фронтов). Наконец, Н. Ф. Ватутин погиб в начале апреля 1944 года, получив смертельную рану в столкновении с враждебными партизанами[152]. Таким образом, к лету 1943 года Сталин распознал ядро своей команды-победительницы — командующих фронтами, большинство которых войдет в мае 1945 года в избранную когорту «маршалов Победы».
Поскольку за 1943 год Сталин уже подобрал из числа командующих фронтами большую часть этой команды, чехарда в командовании фронтами за тот год значительно уменьшилась. В результате, хотя количество действующих фронтов Красной Армии снизилось в 1943 году с 12 до 11, эти фронты пережили только девять принятий или смен командования — в среднем по 1,7 командующих на фронт, в противоположность 2,8 на фронт в 1941 году (5,8, считая за целый год) и 2 на фронт в 1942 году{410}.
За год к 13 членам «плеяды 1940 года» (Апанасенко, Ватутин, Говоров, Еременко, Ковалев, Конев, Малиновский, Мерецков, Пуркаев, Рейтер, Рокоссовский, Тюленев и Фролов), начавших год в должности комфронта, присоединилось еще семеро генералов из этой же «плеяды 1940 года» (И. X. Баграмян, И. И. Масленников, И. Е. Петров, В. Д. Соколовский, Ф. И. Толбухин, П. А. Курочкин и во второй раз — М. М. Попов). К концу года 14 из этих 20 генералов 1940 года (Баграмян, Ватутин, Говоров, Ковалев, Конев, Малиновский, Мерецков, Пуркаев, Рейтер, Рокоссовский, Соколовский, Тюленев и Фролов) по-прежнему служили в должности командующих фронтами. Из оставшихся шести генералов этой категории четверо (Еременко, Курочкин, Попов и Масленников) к концу года командовали армиями, а двое других (Апанасенко и Рейтер) стали заместителями командующих (фронтом и военным округом).
Хотя большинство из этих новых командующих фронтами оправдало ожидания Сталина, двое из них заслуживают особого внимания. Во-первых, это И. X. Баграмян, являвшийся типичным примером командующего фронтом, выдвинувшегося к середине войны, а во-вторых — В. Д. Соколовский, служащий наглядным примером того, почему из хорошего начальника штаба фронта не обязательно получится успешный командующий фронтом.
Когда началась война, генерал-майор Иван Христофорович Баграмян был опытным 45-летним кавалеристом и являлся одним из двух наиболее знаменитых военных армянского происхождения, которые достигли высокого звания в рядах Красной Армии и отличились во время войны (другим был командир танкового корпуса A. X. Бабаджанян){411}. На 22 июня 1941 года Баграмян служил заместителем начальника оперативного отдела Киевского особого военного округа. Пережив первые несколько месяцев войны, Баграмян добился известности в сентябре 1941 года, когда недавно назначенный командующим Юго-Западным направлением Тимошенко отрядил его к командующему Юго-Западным фронтом Кирпоносу с приказом отвести войска от Киева на восток во избежание окружения немцами. Хотя Кирпонос отказался отступить без письменного приказа на отвод войск и позже погиб вместе со своим фронтом, Баграмян вместе со штабом сумел спастись из этого котла.
Во время зимней кампании 1941–1942 годов Баграмян был начальником оперативного отдела, а позже — начальником штаба возглавляемого маршалом Тимошенко Юго-Западного направления и Юго-Западного фронта. Он участвовал в составлении планов наступления на Барвенково и Лозовую в январе 1942 года, увенчавшегося ограниченным успехом. Однако весной он также сыграл решающую роль в составлении планов амбициозного, но закончившегося полнейшей катастрофой майского наступления на Харьков. Поскольку Баграмян разделял ответственность за Харьковское поражение, Сталин в июне снял его с поста, назначив сперва заместителем командующего 61-й армией, а позже, уже в июле, командующим 16-й армией Западного фронта (позднее стала 11-й гвардейской). На этом посту Баграмян восстановил свою репутацию.
В июле 1942 года армия Баграмяна помогла сорвать наступление вермахта, имевшее целью ликвидировать выступ в районе Вязьма-Сухиничи (операция «Вирбельвинд»), а в августе 1942 года Баграмян помог составить план наступления Западного фронта на Болхов, которое отбросило немецкие войска за реку Жиздру[153]. В феврале-марте 1943 году армия Баграмяна, поддерживая наступление Центрального и Брянского фронтов на Орел, Брянск и Смоленск, организовала мощные, но стоившие немало крови атаки на оборону вермахта к северу от Орла.[154] Позднее она возглавила в июле-августе успешное наступление Западного фронта на Орловский выступ. В награду за этот успех Сталин в ноябре 1943 года назначил Баграмяна командовать 1-м Прибалтийским фронтом.
Впоследствии войска Баграмяна во время провалившегося Белорусского наступления Красной Армии с октября 1943 по март 1944 года почти окружили превращенный немцами в крепость город Витебск, а в 1944 году и в начале 1945 года сыграли ведущую роль во впечатляюще успешных наступлениях Красной Армии в Белоруссии, а также на Ригу, Мемель и в Восточной Пруссии. С февраля 1945 года и до конца войны Баграмян командовал Земландской группой войск и 3-м Белорусским фронтом, разбив в районе Кёнигсберга войска вермахта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
