Читаем без скачивания Дитя тьмы - Глен Кук

Если бы Рагнарсон знал, что в битве не будут участвовать маги, то сделал бы основную ставку на рыцарей. Это была та форма боя, с который восточные армии не могли справиться легко.

Первая волна перешла на быструю рысь и тут же, переключившись на галоп, ударила, прежде чем Третий легион успел завершить перестроение.

Последующие события послужили превосходной иллюстрацией утверждению, что тяжелая конница является лучшим ударным оружием западных армий. Конники прорезали ряды пехоты, как военный корабль прорезает морские волны. Удары копий прорвали передовой строй, после чего мечи и булавы обрушились сверху на головы пехотинцев.

Любой другой враг на месте шинсанцев обратился бы в бегство. Но эти солдаты молча умирали, оставаясь на месте. Действуя как автоматы, они старались поразить лошадь и сбросить всадника на землю, где тяжелые доспехи становились для него помехой.

Вторая волна рыцарей нанесла удар. За ними последовала пехота. Без второго удара, подумал Рагнарсон, схватка могла быть проиграна просто потому, что у врага не хватило здравого смысла удрать. Они бы стояли, умирая один за другим, до тех пор, пока постепенно не обратили бы волну вспять…

Но если легионеры не запаниковали, то в панику ударился сам О Шинг. Сигналя флагами и трубами, он начал требовать помощи.

Альтенкирк и Марена Димура, теперь полностью отрезанные, предприняли самоубийственную атаку на Кимберлина, не позволив тем самым мятежникам прийти на подмогу восточному императору.

– Да, похоже, мы этот день переживем, – бросил приободрившийся Рагнарсон. – Время контратаковать, – добавил он, обнажив меч и подняв щит.

Тервола старались выйти из боя и оторваться от противника, чтобы прийти на помощь оказавшемуся в смертельной опасности императору.

Выбегая с боевым кличем из ворот замка, чтобы присоединиться к Кирьякосу, Рагнарсон увидел, что сэр Фарачи сменил направление удара. Пока потрепанный Третий легион приводил себя в порядок, сплачиваясь вокруг О Шинга, сенешаль Волстокина развернул свои ряды и ударил в тыл Первого.

Вначале Рагнарсон рассердился. Сенешалю следовало покончить с О Шингом… Но Браги тут же успокоил себя. Опытный вояка сумел оценить обстановку лучше, чем он. О Шинг был всего лишь одним человеком. Сражение – не каприз отдельных людей, не личная месть. Цель битвы – решение основных задач. В случае нужды тервола легко отыщут О Шингу замену и сумеют обойтись без него. За немногими исключениями они были преданы не человеку, а идее.

Солнце коснулось пиков Капенрунга. Бойня продолжалась, но теперь боевая удача перешла на сторону Запада. Шестой и Восьмой легионы попытались замкнуть кольцо, но солдаты устали и были слишком увлечены боем, чтобы среагировать вовремя. Сэр Фарачи выскочил до того, как челюсти сомкнулись, и тут же предпринял еще одну атаку. До наступления темноты все четыре легиона успели испытать на себе ярость западных рыцарей. Именно такие атаки Брейтбарт намеревался осуществить против Браги в схватке у Лиенке.

Нападение на Баксендалу было отбито.

Тайными путями, очень осторожно, отряд роялистов Гаруна бин Юсифа незамеченным подошел к практически беззащитному Майсаку. В молниеносной ночной атаке всадники бин Юсифа прорвались через ворота, отправив в вечность последних обороняющихся. В глубоких подземельях они обнаружили порталы туннелей перехода, по которым явились в Савернейк солдаты Шинсана. Бин Юсиф провел своих головорезов через туннель в Империю Ужаса и полностью уничтожил там небольшую крепость Лионтунг.

Вернувшись, он разрушил порталы и приготовил небольшой сюрприз к возвращению О Шинга, если, конечно, тот решит вернуться.

И он все-таки вернулся, ведя по пути бои с войсками Рагнарсона. Претендент на императорский трон, желая восстановить контроль над проходом Савернейк, бросил свои изрядно потрепанные легионы на стены Майсака. Воины Шинсана не задавали вопросов и не отступали. Три кровавых дня солдаты, молча умирая, штурмовали крепость. Без колдовской силы своих хозяев они были не более чем простыми людьми. При штурме Майсака потери Шинсана оказались не меньше, чем в битве под Баксендалой.

Когда О Шинг начал отход, Рагнарсон и Гарун преследовали его вплоть до руин Гог-Алана.

Там Турран сказал Браги:

– Гнать его дальше не имеет смысла. Сила начинает вновь действовать.

С большой неохотой Рагнарсон повернул назад в Кавелин.

Глава 16

1003-1004 годы от основания Империи Ильказара

ТЕНИ СМЕРТИ

Когда Браги отправился потолковать с Гаруном, выяснилось что его старый друг исчез. Бок о бок они гнали О Шин-га, двигаясь настолько быстро, что не смогли поговорить, и вот теперь роялисты во главе со своим вождем без всякого предупреждения ускакали.

Когда Браги вернулся в Форгреберг, уже пришла осень. Впервые за многие годы столице ничего не угрожало. Мятеж был подавлен, и все его главари, за немногим исключением, схвачены. Однако до признания прав на трон Гайя-Ланге или Каролан было еще очень далеко.

За время отсутствия Рагнарсона королева, следуя советам ученых Хэлина-Деймиеля, преобразовала Совет, включив в него простолюдинов из числа вессонов, Марена Димура и силуро. Окончательное решение всех вопросов возлагалось на трех консулов, один из которых избирался простолюдинами, а второй – знатью. Третьим была сама королева. Еще не добравшись до Баксендалы, Браги узнал, что ему предстоит принять нелегкое решение.

Представители общины простолюдинов встретили его при выходе из прохода Савернейк и стали умолять стать их консулом.

Въезжая в Форгреберг, он еще не знал, как поступит.

На улицах его встречала толпа. Браги с мрачным видом выслушивал восторженные выкрики в свой адрес. Хаакен и Рескирд, ухмыляясь от уха до уха, что-то кричали толпе, явно изображая шутов. Солдаты же, не теряя времени, разбрелись по тавернам или бросились в давно ожидающие их объятия.

В замок Криф он въехал в довольно кислом настроении. Она была там, на том же месте и в том же одеянии… И рядом с ней стояла Элана. Элана, Непанта и Насмешник. Склонившись к его уху, Хаакен прошептал:

– Помнишь историю о жене Сорена Олага Бьернсона? Это было тролледингское народное сказание о превратностях судьбы неверного мужа.

Браги вздрогнул. Если о его связи известно Хаакену, то не исключено, что она ни для кого не является секретом.

Что ж, если он станет консулом, то, возможно, сумеет избежать осложнений в отношениях с обеими женщинами.

Рагнарсон стал консулом, сохранил звание маршала и получил чин генерала в Высоком Крэге. Самыми большими проблемами для него оказалось включение его соотечественников – гордых до высокомерия тролледингских беженцев – в кавелинс-кое общество и получение от королевы согласия на компенсацию услуг трех полков наемников. Финансовая система Кавелина лежала в руинах.

Наступил момент, когда в отношении сэра Андвбура и Каптала надо было принимать окончательное решение. К большому огорчению Рагнарсона, Кимберлина пришлось повесить. Каптал же оказался более сговорчивым. После долгой беседы с королевой о будущем Каролан он попросил для себя перо, пергамент и яд.

Лучшие лекари из Хэлин-Деймиеля были приглашены, чтобы заняться здоровьем Рольфа Прешки. Но тому не становилось ни лучше, ни хуже. Лекари считали подобное положение не результатом болезни, а плодом состояния ума пациента.

Шло время, и тоска Браги по своему уделу в Итаскии сходила на нет. Военный министр писал, что вернуться домой Рагнарсон сможет не скоро. Партия сторонников Грейфеллза не ослабевала. Беволд Лиф продолжал следить за хозяйством. Рагнарсон же стал подумывать о том, не начать ли ему ловить крупную рыбу в его новом маленьком пруду.

Необходимо передохнуть, прежде чем бин Юсиф снова начнет манипулировать им, превращая в очередной раз в темную лошадку.

Кронпринц Гайя-Ланге играл в саду своего деда, когда там появился человек с ястребиным носом. Мальчик удивился, но совсем не испугался. Его интересовало, как этот смуглый мужчина смог миновать охрану.

– Кто вы?

– Подобно тебе, мой принц, я – Король-без-Трона, – сказал смуглый и, преклонив колено, расцеловал мальчика в обе щеки. – Прости меня, но есть вещи более значительные, нежели принцы.

Он поднялся и исчез так же бесшумно, как и возник. С выражением удивления на лице мальчик дотронулся кончиками пальцев до тех мест на щеках, к которым прикоснулись губы странного посетителя.

Выражение удивления сохранилось и тогда, когда его сердце перестало биться.

Это был вечер очередного дня Аллернмаса.

Незаметной тенью худощавый смуглый человек возник в помещении, где по графинам разливалось вино, предназначенное вождям партии сторонников Грейфеллза. Вожди готовились провести последнюю встречу перед тем, как приступить к действиям по захвату трона Итаскии. В каждый графин смуглый человек бросил по одной золотистой таблетке.