Потом Тютюнин нашел обгрызенный карандаш и прямо на этой же оберточной бумаге написал: «19 часов 18 минут. Полет нормальный».
– Давай по второй? – предложил он Сергею.
– Для науки не возражаю, – ответил тот, и они разлили по второй.
– А ведь люди там, наверху, – Окуркин указал пальцем на потолок убежища, – даже не знают, что происходит сейчас в этом самом месте.
– Они узнают потом, из газет и из этих… учебников истории.
– Правильно. Ну – поехали. После второй друзьям стало тепло и хорошо.
– А чего же мы здесь, как мышки-пеструшки? Давай воздухом подышим! – предложил Леха.
– Для науки, – уточнил Тютюнин и полез по лесенке следом за Лехой.
79
Июньское солнышко уже спряталось за ряд домов, однако до темноты было еще далеко.
– Я вижу наши дома, Серега, и это правильно, – поделился наблюдениями Окуркин.
– Я тоже вижу, – ответил Сергей.
Он понимал, о чем говорил Леха. Прошлым кошмарным летом их путешествия начинались с того, что, выходя из гаража, они не находили ни домов, ни огней. Одним словом – никаких ориентиров.
– Они вышли, шеф! – сообщила через коммуникатор старуха Живолупова. Она скрывалась за кустом молодой полыни, от которой свербело в носу и хотелось чихать. – Выпускайте «девочек»!
– Понял вас, агент Гадючиха. Выпускаем…
Ход с «девочками» был придумал самим Яндкваном, который успел изучить много местной литературы и пришел к выводу, что ликвидировать самцов человеческих людей проще всего, охмурив их присутствием самок того же вида.
Роль самок того же вида должны были играть агенты Имперской разведки, преобразившие свою внешность гипнотическим экраном. В качестве образцов они выбрали пару пышнотелых блондинок, сошедших со страниц мужского журнала «Твой огромный размер».
Красотки в откровенных купальниках, едва заметных на холеных телах, выплыли из-за кучи мусора, оставшейся с зимы, и в ритме ча-ча-ча двинулись навстречу своим жертвам.
– Опа-на! Кажется, опять промах, Серега! Смотри, какие уроды, блин, зеленые!
В надежде, что Леха, как часто случалось, снова начал бредить, Тютюнин посмотрел в направлении его взгляда и обомлел. Навстречу им с Окуркиным вихляющейся походкой двигались два зелено-бурых чудовища, больше похожие на вставших на задние лапы ящериц.
У них были выпученные лягушачьи глаза и драконий гребень, начинавшийся на голове и кончавшийся на укороченном хвосте. Помимо отвратительной походки, у ящеров была улыбка в двести пятьдесят зубов, и они явно были рады встрече с Лехой и Серегой.
– Чего делать-то? – отступая к гаражу, спросил Леха. – Чего делать-то, они же нас жрать собираются?!
В отчаянии он быстро осмотрелся и вывернул из земли прикопанную рессору, которая прежде мешала ему загонять «запорожец».
Теперь оказалось, что рессора пришлась кстати.
– Убью! Убью, гады! Не подходи! – закричал Окуркин и начал угрожающе размахивать железякой.
Последовав примеру друга, Серега схватил забытый кем-то коленвал.
Помимо уродливых наростов на головах ящеров рядом с дыркой, которая служила ухом, крепились блестящие приборчики, с помощью которых чудища общались со своими соплеменниками.
– Гамакван на связи, сэр! Вы уверены, что самцы человеческих людей правильно поняли наши намерения?
– Проработанные мною источники, агент Гамакван, дают утвердительный ответ.
– Но они что-то кричат нам, сэр?! – вмешался Турук-ван, который играл роль второй обольстительницы, – Это ведь они ликвидировали Рональдоквана! Они и нас сейчас ликвидируют, сэр!
– Успокойтесь. Согласно полученным мною сведениям, самцы человеческих людей сильно возбуждаются при виде самок, поэтому не стоит беспокоиться.
– Но чем это они размахивают, сэр?! Это не оружие?
– Минутку, ребята, я проконсультируюсь с агентом Гадючиха…
Между тем до вопящих и подпрыгивающих человеческих самцов оставалось пройти всего несколько шагов.
– Я выяснил, ребята. Тот самец, что поменьше, крутит над головой рессору – это часть механизма, который…
Дослушать своего начальника агент Гамакван не успел-получив рессорой по голове, он грохнулся наземь.
Его напарник Турукван попытался бежать, но получил по спине коленвалом и рухнул возле своего коллеги.
– Все, готов живой уголок! – радостно объявил Окур-кин и наступил ногой на свой трофей.
Тютюнин, подойдя ближе, тронул носком ботинка другого ящера и заметил:
– Лех, а ведь мы тогда в парке точно такого видели… Ты еще хотел его на чемоданы пустить…
– Да?
Окуркин пригляделся к зеленому чудовищу и, довольный, хлопнул себя по ляжкам:
– Ну уж теперь я своего не упущу, блин! Тут с каждого по два чемодана получится.
Окуркин стал деловито измерять поверженных чудовищ пядями.
– А зачем нам так много чемоданов? – спросил его Се-рега.
– Да не будем мы все на чемоданы изводить. Мы по одному сделаем – по чемодану и по одной – по курточке. Думаю, даже гребень этот можно оставить.
– Можно оставить, – согласился Сергей.
– Стоять-не-двигаться-стреляю! – прокричал кто-то совсем рядом.
«Никак опять Шароемов», – успел подумать Тютюнин.
– Стоять, мерзавцы! Майор Шароемов на огневом – что? – рубеже. И руки, руки повыше! Я хочу видеть ваши руки!
– И я тоже хочу видеть ваши руки, – выходя из-за гаражей, произнес второй милиционер. – Я держу их на мушке, товарищ майор, можете вызывать «воронок».
– Черный во-о-орон, черный во-о-орон, над моею го-лово-о-ой, – вдруг заголосил Леха, которого, видимо, накрыла вторая волна от фильтрованного продукта.
– Ты пожи-ы-ывы не дождесся-а-а! – запел вместе с ним майор Шароемов, которого неожиданное пение задержанного сбило с толку.
– Товарищ майор, вы же преступнику подпеваете! – в отчаянии закричал второй милиционер.
– Да? – удивился Шароемов. – Отставить пение, приставить ногу. В противном случае – что? – при попытке к бегству. Целься в них лучше, Раздолбаев. Мы за поимку этих монстров получим с тобой – что? – очередные воинские звания.
– Так мне некуда выше подниматься, товарищ майор. Я ведь уже прапорщик.
– Ничего, премируют тебя новыми сапогами, а сапоги они и на прапорщиках хорошо сидят… Алло, девушка! – закричал Шароемов в мобильный телефон. – А будьте добры мне отдел самых жестоких убийств… мы тут двоих задержали. Кто задержал? Блистательный майор Шароемов и героический прапорщик Раздолбаев… Слушайте адрес…
Быстро описав местность, в которой находился, Шароемов сунул за голенище мобильный телефон и, поигрывая пистолетом, подошел к злоумышленникам:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
