Плоский, как лист бумаги, костюм поплыл по воздуху, капюшон расправился и уставился на Джонни двумя зловещими прорезями для глаз.
Студент нахмурился. Он снова поймал одеяние, сунул его назад, в стенной шкаф, и закрыл дверцу. Один рукав попал между створок шкафа и теперь болтался в безвоздушном пространстве словно отрезанная рука. Джонни вернулся к книгам.
Одна из них — большая, черная, показалась ему знакомой. Она напоминала книгу, в которой капитан Хенк Брандт записывал свои мысли. Джонни открыл ее. Пробежал взглядом по одной из серебристых страниц. Это оказалась какая-то регистрационная книга. Записи были чрезвычайно лаконичны. На титульном листе написано наспех и неразборчиво: «Боже, что я здесь делаю...»
Затем: «Казнен сегодня в 14.00...» Дальше шли имя и дата. «Казнен этим утром...» Имя и дата. «Казнен сегодня в 15.15...»
Книга была заполнена наполовину. Джонни нашел последнюю запись: «Сегодня вечером в 23.45, Одноглазый Джексон О-Е-5611».
Внезапно Джонни услышал странный звук. Он оглянулся и заметил мальчишку.
Джонни отпустил книгу, вернулся к двери и выглянул наружу.
Несколько сот мальчиков — Сыны Разрушителя — столпились возле пасти черепа. Они разом посмотрели на Джонни, и студента поразила слаженность их движений. Тощие детские тела отбрасывали узкие тени, багровые в красном свете.
Джонни отвернулся. Мальчик-проводник вновь выскользнул за пределы кокона.
«Так кто ты на самом деле?» — едва не спросил Джонни, но мальчик лишь пожал плечами, прежде чем студент произнес свой вопрос вслух. Землянин немного поразмышлял и задал совсем другой вопрос:
— Ты — телепат! — Мальчик кивнул. — И поэтому так хорошо говоришь на моем языке? — Мальчик согласился и с этим предположением. — И ты утверждаешь, что не знаешь, кто ты на самом деле? — продолжал Джонни, стараясь сдержать неконтролируемые мысли. — И в третий раз подросток кивком показал свое согласие. — Тогда почему бы нам вместе не попытаться это разузнать? — Джонни жестом пригласил мальчика в кокон. — Давай вернемся на мой корабль?
— Хорошо, — согласился телепат.
Они вышли из Холма Смерти, прошли по голубому коридору, миновали Дом Суда и выпорхнули через брешь, ведущую в открытый космос. Они направились к тому месту, где к металлическим фермам «Сигмы девять» прилип корабль Джонни.
Кокон сквозь вакуум скользнул к серебряному университетскому кораблю. В нескольких метрах от шлюза кокон притормозил, и Джонни предложил:
— Подождал снаружи. Я все подготовлю и позову тебя!
— Хорошо.
Джонни поплыл к шлюзу, оставив мальчика подальше от плазменной защиты. Селекторная мембрана пропустила человека, и у Джонни едва не подкосились ноги, когда вернулась сила тяжести. Он свернул кокон и отпихнул съежившуюся оболочку в угол, как использованный пластиковый пакет. Придя в себя, он выглянул в проем шлюза. Таинственная тень — а именно так выглядел его странный спутник в свете звезд — приветливо взмахнула то ли рукой, то ли ногой. Джонни махнул в ответ и пошел в рубку.
Он еще раз взглянул на мальчика, но уже на экране, и ввел корабль в состояние хроностатиса. Вернувшись к шлюзу, он снова выглянул в космос. Ничто в кромешной тьме не должно было двигаться, потому что все за пределами статисполя застыло в нулевом времени.
— Теперь входи! — негромко позвал Джонни, решивший проверить свою догадку.
Он считал, что возможны два варианта: либо мальчик останется висеть в пустоте, как муха в янтаре, либо вплывет в проем шлюза. Студент отдавал предпочтение второму варианту. Тогда его таинственный знакомый превратился бы в явление того же порядка, что и странное мерцание «Сигмы девять», которое тоже игнорировало остановку времени. По крайней мере, это окончательно подтвердило бы нечеловеческую природу мальчика, объяснило его невежество относительно собственной природы, равнодушное отношение ко времени и то, что он мог находиться в вакууме безо всякого костюма.
Но случилось нечто и вовсе невероятное. На мгновение Джонни показалось, что все взорвалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
По обломкам «Сигмы девять» прокатилась волна фиолетового света. Гравитационные поля внутри университетского корабля словно взбесилась. Тяготение пульсировало, то спадая до невесомости, то обрушиваясь на Джонни многократно увеличенным «g». Мальчик плыл в сторону корабля в облаке зеленых искр.
Все динамики корабля застонали в разных регистрах. Джонни, спотыкаясь, побрел в рубку. Наверное, что-то случилось с его зрением: Джонни показалась, что рубка раздваивается, и еще раз раздваивается, и еще, и еще... Его рука, пытающаяся нащупать переключатель, чтобы вернуть корабль в нормальное время, потерялась среди бесчисленного множества фальшивых переключателей.
И тут его неожиданно скрутило от боли.
Он падал как осенний лист, огибая огромную пульсирующую туманность, невесть откуда появившуюся на его пути. Белый свет слепил, и Джонни совершенно неожиданно захотелось заплакать. Он отвернулся от источника белого света, и перед ним вспыхнул ослепительно зеленый свет. Это показалось ему забавным. Джонни заскользил навстречу источнику изумрудного свечения, и тут его окатила волна теплого воздуха. Перед ним появилось лицо человека с зелеными глазами, темными волосами, выступающими скулами. Лицо надвигалось. Джонни попытался оттолкнуть его прочь, но рука прошла сквозь лицо и тут неожиданно наткнулась на переключатель хроностатиса...
Джонни стоял перед пультом. Его слегка подташнивало. Наконец, не выдержав, он рухнул в кресло пилота и повернулся к выходу из шлюза как раз в тот момент, когда в рубку управления корабля вплыл мальчик.
— Что случилось? — с трудом выдавил из себя Джонни.
— Ты позвал меня, я не мог...
— Не мог что?
— Я не слышал тебя. Так что мой... отец... Ну, я условно называю его отцом... В твоем языке нет подходящих слов. Так вот, мой отец сказал, что ты позвал меня.
— Что ты имеешь в виду?
— Мой... отец... Разрушитель.
— Какой Разрушитель?
— Он живет там... там, откуда я пришел.
— Когда я спрашивал, откуда ты взялся, ты сказал, что пришел с этого звездного корабля — с «Сигмы девять».
— Верно. Там и находится мой отец.
— Где именно?
Подросток ответил не сразу.
— Он повсюду.
Джонни задраил люк входного шлюза и объявил:
— Я отправляюсь к «Бете два». Возможно, там я найду ответ.
Взяв себя в руки, он отключил магнитные якоря. А когда корабль отошел от корпуса мертвого звездолета, Джонни направил его в пробоину в борту «Сигмы девять», где призывно мерцали звезды.
И тут компьютер просигналил, что поставленная перед ним аналитическая задача решена. Джонни вывел на экран результаты, пытаясь понять причины, которые привели Звездный Корабль к катастрофе. Электронный помощник объявил, что «Сигма девять» взорвалась, словно древний корабль Земли, налетевший на мину...
— Эй, постойте! — воскликнул подросток. В этом момент они были на полпути к «Бете два»
— В чем дело? — удивился Джонни.
— Сами увидите. Остановитесь!
Джонни включил тормозные дюзы.
— Теперь включите хроностатис.
Студент дрожащей рукой щелкнул выключателем. Ничего сверхъестественного не произошло.
— А теперь взгляните на «Сигму девять», и вы увидите того, кого я называю своим отцом.
Озадаченный Джонни направил сканнер внешнего обзора на обломки, от которого они только что отчалили. Как и прежде, «Сигма девять» переливалась и мерцала, наплевав на все законы физики.
— Видите блестки! — показал мальчик. — Это — частицы его тела.
— Не понял?
— Они и есть Разрушитель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава седьмая
«Бета два» хранила молчание. Шлюзы открылись сами при приближении корабля Джонни. Коридоры, хоть и наполненные воздухом, встретили дипломника невесомостью.
— Я ищу архивы, — объяснил Джонни своему спутнику, когда они отправились в путь по переходам и коридорам корабля.
