На короткое мгновение Брэм подумал, что леди Уайльд сейчас попросит его удалиться, но блеск в ее глазах быстро погас.
— Я обещала не делать ничего такого, что могло бы скомпрометировать моих сыновей. И тем не менее… — В ее глазах снова появился воинственный блеск. — Никто не сможет помешать мне выразить свое мнение на бумаге. И если эти статьи помогут подготовить почву для восстания, то мой долг — использовать для этого свой талант. Мое второе я, Сперанца, вернулось, и я со всей ответственностью заявляю, что за эти года оно не утратило своей силы!
Брэм украдкой посмотрел на Оскара, который не выглядел особо счастливым, и понял, что его друг решил сопровождать мать только потому, что ему не удалось удержать ее, и теперь он надеялся оградить ее от трудностей, но не собирался брать в руки оружие и вступать в ряды мятежников. Оскар был не тем человеком, который активно включается в политические события. Он был эстетом, который упивается звучанием собственного сонета. Но даже если Оскар и любил поговорить, то только в кругу единомышленников, да и то на тему искусства, и уж никак не на политической трибуне. Он был очень красноречив, но сможет ли он в данном случае достичь своей цели, Брэм сомневался. Леди Уайльд не походила на человека, которого хоть кто-то мог переубедить.
Некоторое время они ели и пили молча. Слуга подливал вино и снова покидал комнату. Мысли Брэма устремились к одиноким болотам и храбрым людям, которые с дикой решимостью были готовы бороться за свободную Ирландию. Внезапно ему в голову пришла идея.
— Разрешите мне сопровождать вас.
Мать и сын изумленно уставились на него.
— Что? — наконец переспросил Оскар. — Ты хочешь вместе с нами отправиться в Коннемару? Ты намерен проявить себя как революционер? Будь осторожен! В этой борьбе легко потерять голову.
Брэм с кривой ухмылкой схватился за шею.
— Спасибо за предостережение, мой друг. Но я хотел бы поносить свою голову на плечах еще хотя бы несколько лет. Признаюсь, мне любопытно не только увидеть заговорщиков, но и побывать на диком западе Ирландии с его пустынными пейзажами, куда англичане когда-то оттеснили наши большие кланы, чтобы лишить их силы и взять измором. Это наша история. Разве возле наших болот не встречаются оборотни? Феи, колдуньи и сосущие кровь вампиры?
Оскар покачал головой.
— Ну конечно! Истории о них сопровождали все мое детство. Я до сих пор слышу голос мамы, разыгрывающей передо мной фею смерти или колдунью!
Леди Уайльд рассмеялась.
— Мистер Стокер, очевидно, вы к тому же фантазер. Я не понимаю, как вам удается руководить театром Ирвинга в Лондоне, когда ваши мысли заняты феями и вампирами. Не хотите ли подобно Оскару заняться литературой? Думаю, вам должен сопутствовать успех на этом поприще.
Брэм вздохнул и сделал трагическое лицо.
— Для меня нет ничего милее, леди Уайльд, но я должен кормить жену и, наверное, скоро еще и детей, поэтому мне нужно больше уделять внимания таким прозаичным вещам, как зарабатывание денег.
Леди Уайльд не стала углубляться в эту тему. На такие темы в высшем обществе не принято было говорить. Она ласково улыбнулась гостю.
— Мы будем рады, если вы согласитесь сопровождать нас в нашем путешествии на запад. Когда вы сможете подготовиться к отъезду? Мы планировали выехать в полдень. Я уже заказала себе экипаж. А Оскар поедет верхом. Мне не удалось уговорить его составить мне компанию в экипаже.
Она бросила на сына укоризненный взгляд.
Брэм Стокер подпрыгнул.
— Через час я буду у вас со своими чемоданами. Однако мне нужно еще купить подходящую лошадь.
— Я буду рада, если вы поедете со мной в экипаже, мистер Стокер!
В конце концов они условились, что Оскар и Брэм будут по очереди скакать на лошади и ехать в экипаже. А в Коннемаре они всегда смогут подыскать еще одну лошадь, если это будет необходимо.
— Тогда я имею честь откланяться, чтобы не задерживать ваш отъезд, — сказал Брэм и склонился над рукой леди Уайльд. Потом взглянул на друга. — Итак, до встречи через час!
И он легким шагом вышел из дома.
Брэм почувствовал, как волнение перед предстоящей дорогой заставило сильнее биться его сердце. Его охватила жажда приключений, и он предчувствовал, что это путешествие обязательно преподнесет ему сюрпризы.
МОЛОДЫЕ ВОЛКИ
Когда Франц Леопольд вечером открыл глаза, он сразу же понял, что что-то не так. Он чувствовал возбуждение других вампиров, которые уже поднялись из своих гробов. Только он собрался отодвинуть крышку, как ее уже открыли, однако это был не Матиас, который обычно помогал ему. На этот раз с серьезным лицом на него смотрела Иви.
— Что случилось? — воскликнул венец и выскочил из гроба.
Впервые он был рад, что ему не нужно надевать шелковую рубашку, жилет, брюки, фрак и лакированные кожаные туфли из Майнца. Франца Леопольда удивляло то, что простое одеяние Лицана, которое он носил уже несколько дней, не только не помялось и не испачкалось, но и по-прежнему было приятно для кожи, несмотря на то что в прошлую ночь он насквозь промок в мутном озере.
— Так что же случилось? — спросила Алиса, спеша к ним вместе с Лучиано.
Она внимательно оглядывалась по сторонам.
— Сеймоур обнаружил следы, которых здесь не должно было быть! — удрученно сообщила ирландка.
— Наших преследователей? — уточнил Франц Леопольд.
— Мы еще не можем сказать с уверенностью. Сеймоур почувствовал также двух чужих волков — но только следов от самого входа в пещеры он не обнаружил.
— А если это были лишь обыкновенные волки? — предположил Лучиано. — Здесь повсюду вода. Разве не естественно, что след время от времени теряется?
Иви покачала головой.
— Нет, тут задействована магия. Но я не уверена, имеем ли мы дело с вампирами в облике животных.
— А кто еще это может быть?! — воскликнул Лучиано.
— Оборотни, — одновременно ответили Франц Леопольд и Алиса.
Иви кивнула. Она была немного опечалена.
— Я думаю, этого Доннах и Катриона как раз и опасаются.
— Почему? — Франц Леопольд вопросительно посмотрел на нее. — Я думал, что война между Лицана и оборотнями осталась в прошлом.
Иви медленно покачала головой.
— Да. Но этот мир — очень хрупкий и всегда требовал деликатных переговоров. Кроме того, это не так, как у вампиров, оборотни не имеют единого клана, который преследует общие цели. Самая мощная стая у Ахара Филху, который живет под скалами Твелв-Бенз над болотами Коннемары. Но в Ирландии есть еще много независимых оборотней, которые бродят по одному или небольшими группами. Именно они непредсказуемы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
