ничего.
Разжала кулаки, разомкнула сомкнутые губы и, улыбнувшись, поздравила, как и положено, более удачливую коллегу:
– Света, ты молодец!
– Какой молодец?! – возразила Евгения. – Да ее проект с твоим ни в какое сравнение не идет! Сергей Сергеевич, почему не выиграл проект Леры?
– Напомню вам, Евгения, решения руководства не обсуждаются. Виктору Романовичу видней, чем нам с вами, – хмуро буркнул начальник и удалился.
– Съездила, блин, на море, выгуляла три новых купальника! И как теперь жить? Я и задаток за путевку уже успела агентству перевести. Хрен они мне его вернут! Плакали мои море и пальмы, теперь столько работы навалится, что единственной мечтой станет выспаться, – разнервничалась Светлана из-за сорванного отпуска.
– Лер, ты как? – участливо поинтересовалась Евгения. – Сильно расстроилась? Это мы виноваты, надо было молчать и не высказывать свое мнение по поводу, кто выиграет.
– Все нормально, – отмахнулась я и заверила девчонок, что забуду о неудаче уже к вечеру.
Но я не забыла.
Ситуация преследовала меня неумолимо и не отпускала. Я только то и делала, что думала, какие же слабые места Аблов усмотрел в моем участке? Я настолько погрузилась в размышления, что, когда мы собрались на обед, случайно надела не свой плащ, а Евгении, который, к слову, мне был безбожно велик. Но я подпоясалась и, накинув на плечо ремень сумки, направилась прочь из кабинета.
– Лера, а ничего, что плечи плаща находятся у тебя где-то в районе локтей? – хохотнула Светлана.
– Что? – оглядела я себя, сняла чужую вещь и, повесив ее обратно на вешалку, спросила у коллег: – Как вы думаете, если я тет-а-тет спрошу у Сергея Сергеевича, какие недостатки замечены у моего проекта, он ответит? Мне же как-то надо расти в профессиональном плане.
– Вряд ли, ты же слышала, что он мне сказал, – со скептическими нотками в голосе сказала Евгения, но тут же ожившая Светлана выразила совершенно противоположную точку зрения:
– Конечно сходи и спроси. Хуже не будет. Заодно и постарайся его убедить, что Аблов ошибся и твой проект для фирмы – манна небесная. Может, мне еще светит погреть животик на солнышке.
Ровно через три минуты я приземлилась пятой точкой на стул в кабинете начальника.
– Сергей Сергеевич, вы только не подумайте, что я скандалить пришла. Но если не спрошу, почему Виктор Романович мой проект отмел, изведусь. Характер у меня такой нехороший. В будущем обещаю быть более сдержанной, но сейчас я должная знать, в чем мой просчет, чтобы снова не повторить ошибку, – эмоционально выпалила я.
Начальник тяжко вздохнул, снял очки и принялся протирать их платком.
– А нечего мне, Валерия, вам ответить. Я также теряюсь в догадках, как и вы. Опираясь на многолетний опыт, авторитетно вам заявляю: найденная вами строительная площадка выше всяких похвал. Площадь, назначение земли, месторасположение, окружающая инфраструктура – все параметры практически идеальны. Кроме, пожалуй, цены, но хорошее дешевым и не бывает. И если бы Виктор Романович не отправлял меня завтра в срочную и, боюсь, затяжную командировку, я бы сумел постепенно, приводя по капле доводы, отстоять ваш проект. Но как я уже вам сказал, мне приходится уезжать, а когда вернусь, в проект Светланы уже будут вложены и финансовые средства, и трудовые ресурсы, поэтому никто его уже не свернет.
– Спасибо, – вырвалась у меня благодарность.
Конечно, Сергей Сергеевич фактически ничего для меня не сделал, но его поддержка и намерения тоже идут в счет.
– Не за что, Валерия. Совершенно не за что. Вы отлично справились и показали себя профессионалом. Признаюсь, когда я вас впервые увидел, подумал, что придется с вами возиться и всему обучать. Мне жаль, но почему ваш проект не утвердили, вам сможет сказать лишь только сам Виктор Романович, – начальник последние слова произнес таким тоном, словно Аблов не наш генеральный директор, а сам Господь Бог и простому смертному с ним поговорить ни в коем разе не светит. Но Сергей Сергеевич не в курсе, что у меня в мобильном забит полный комплект телефонных номеров Аблова, включая его личный.
Пожелав начальнику удачной командировки и покинув его кабинет, я поняла, что теперь меня будет мучить новая проблема, а именно – звонить Виктору или черт с ним – пусть все остается как есть.
Мой теперь уже родной отдел из-за обеденного перерыва пустовал, поэтому размышлять над дилеммой можно было, нарезая круги по комнате и громко рассуждая вслух. Надолго меня не хватило, уже через несколько минут я сжимала мобильней в руке и, прислонив его к уху, слушала длинные гудки.
Противные, между прочим, гудки!
Нет, я понимаю, Виктор мог бы не ответить на какой-нибудь один звонок и на один номер, но игнорировать сразу все на протяжении тридцати минут – это как называется? Зачем он мне в таком случае номера давал, если трубку брать не собирался?
А-а-а-а…
Меня бойкотированием не возьмешь, раз уж я завелась и решила с Виктором поговорить, он фиг отвертится. Уверенной быстрой походкой я потопала в коридор, зашла в лифт и нажала кнопку верхнего этажа.
Залетев в приемную, слегка опешила – вместо длинноногой голубоглазой блондинки место секретаря занимал мужчина лет тридцати, высокий, худощавый, в очках и с бородавкой на левой щеке, из которой торчали три волоса. Полный разрыв шаблона. Но об этом я подумаю позже, у меня сейчас другая задача.
Представилась, назвала отдел и должность, потом спросила, у себя ли директор, получив положительный кивок, сказала, что у меня к Аблову безотлагательное архиважное дело и попросила секретаря позвонить боссу и спросить, примет ли он меня.
Вадим – так мне представился секретарь – не отводя от меня понимающих глаз, несколько раз ударил ладонями по столу, словно обдумывал, как бы мне помочь, но все же ответил отказом:
– Мне-то не жалко, но Виктор Романович принимает сотрудников лишь по вторникам с часу до двух и то по предварительной записи. Единственное, что я могу сделать, – это записать вас в лист ожидания и немного нахимичить в очереди, чтобы вы попали к Аблову в следующем месяце.
– Но мне сейчас нужно!
– Сейчас никак нельзя. Угостить вас очень хорошим кофе?
Какой к черту кофе, мне к Виктору бы попасть!
– Точно не получится? Может, вы все-таки Аблову позвоните или какие-нибудь бумаги к нему в кабинет занесете и как бы между прочим сообщите, что я к нему на аудиенцию прошусь, а?
– Валерия, вы толкаете меня на должностное преступление.
– Ладно, нет так нет, – развернулась я и поникшая направилась к выходу.
– Я не понял, вас на следующий месяц к Виктору Романовичу записывать или
