Уже засыпая после столь занимательного разговора, советник решал, кому поручить присмотр за Кэт в нынешних условиях. Здесь людей, которым он безоговорочно доверял, у него не было. Бьёрн? Парень надежный и не болтливый. Нет, они слишком сдружились, как бы не договорились за его спиной. В том, что Кэт вполне сможет договориться с рыжим телохранителем не распространяться о некоторых ее маленьких секретах, Ингельд не сомневался. А если Инга? Обе друг друга слегка недолюбливают, к тому же Инге вряд ли придет в голову, что с Кэт вообще можно о чем-то договориться. Несмотря на то что магичка самолично учила дракону читать и писать, она почему-то до сих пор была уверена, что та ненамного умней других фамильяров. Значит, решено – Инга. С этим советник и уснул.
Следующие два дня у него был весьма плотный график. Ингельд, как и собирался, добросовестно выполнял данное королем задание, своими полномочиями действуя на нервы всем заинтересованным лицам. В частности, начальнику стражи, у которого затребовал отчет. Требуемое ему выдали в рекордные сроки, и выглядел он несравненно лучше тех каракулей, которые он получил от графа. Впрочем, как позже случайно выяснилось, губернатор, обиженный пренебрежением столичного гостя его гостеприимством – а граф заранее приготовил обширную развлекательную программу, – осуществил мелкую месть, подсунув советнику черновик отчета, написанный то ли учеником писаря, то ли каким-то мелким клерком.
После прочтения отчета устроил смотр городской страже. Попенял на недостаточное рвение в поимке контрабандистов, но в целом похвалил за хорошую работу. А потом неожиданно нагрянул к пограничникам, вызвав у армейцев паническую суету. Они, разумеется, знали о предстоящей инспекции, но никто не ожидал, что столичное начальство заявится так рано. В результате советник имел удовольствие наблюдать несколько суетливые попытки не пустить его туда, куда, по мнению армейского начальства, инспектору заглядывать не следовало. Но в целом пограничники справились с проверкой вполне пристойно, все же не столичный гарнизон какой-нибудь. Здесь, на границе с не самым дружелюбным соседом, дисциплина и боеспособность личного состава поддерживались на должном уровне. А то, что у простого полковника вдруг оказался совсем юный фамильяр, едва ли старше Кэт, которого по закону тот вообще-то обязан был сдать в питомник…
– Так он, почитай, у меня в руках вылупился, господин советник, – разводит руками полковник. – Я его самолично выходил-выкормил, привязался как к родному.
Сделаем вид, что не заметили. В конце концов, у самого такая же, вот уже и общается с сородичем. И жаль, что нельзя принять в подарок бутылку дорогого аронтского вина из редкой голубой лозы. Зато ее вполне уместно распить прямо здесь, в хорошей компании.
– Вам следует своевременно сдавать конфискованную контрабанду, в следующий раз подобная оплошность будет стоить вам карьеры. Драконьи же яйца – сдавать в питомник, дабы не нарушить температурный режим, иначе будущий фамильяр погибнет. Те, кто стоит в очереди годами, вам этого не простят. – Последние слова сопровождались улыбкой, показывающей, что собеседник слегка шутит.
Полковник оказался человеком умным, намек уловил сразу. Ингельд был уверен, что тот теперь не рискнет утаивать конфискат, а по мелочи… мало найдется тех, кто на такой должности не захочет рано или поздно придержать для себя бутылку редкого вина или пару незарегистрированных амулетов-личин. Главное, что работу свою полковник делал хорошо и на совесть.
Вечером третьего дня произошло два весьма интересных события, заставивших советника всерьез задуматься о своих дальнейших действиях. На амулет связи пришло сообщение от Асмунда: «Библиотекарь нашел считыватель. Просматриваю содержимое накопителей, за треть того, что тут собрано, нас прикончат особо жестоким способом. Старик времени зря не терял. Не помнишь, за что мы чуть не влетели в шпионаж?»
Ингельд помнил. Разработка одного малоизвестного мага, что-то касающееся мест силы. Подробностей самой разработки на данный момент в памяти уже не осталось, там было множество специфических терминов, понятных только магам. Но уже тогда ему показалось несколько странным, что кому-то, а уж тем более иностранной разведке, могло понадобиться это сомнительное изобретение. Как показала практика, его дилетантские представления были ошибочными. Но если эта разработка настолько перспективная (он все же попытался припомнить подробности, но не смог, в те времена магией будущий советник интересовался исключительно в рамках классического образования любого наследника богатого рода), так вот, почему за столько лет, кроме аронтцев, этой разработкой больше никто не заинтересовался?
Отметил себе поинтересоваться этим подробней. Он что-то пропустил из появившихся в магическом сообществе новинок? Что-то такое специфическое, интересное исключительно самим магам. И узнать о судьбе изобретателя. Вероятно, тот по какой-то причине не обнародовал свое детище?
Вторым интересным событием стало обнаружение на собственной постели в выделенных ему графом покоях записки. На ней аккуратным, но незнакомым почерком было написано: «Ваша светлость, возможно, Вас заинтересует информация по поводу совершаемых на Вашу персону покушений. Если это так, предлагаю встретиться на границе территории Заповедника в любое удобное для Вас время. Дабы сообщить о своем согласии, за день до встречи поставьте на подоконник в Ваших покоях бронзовый подсвечник и зажгите среднюю свечу».
Кэт сунула в записку любопытный нос:
– Что там?
Ингельд прочитал вслух.
– А вдруг это ловушка? – заволновалась драконочка.
– Весьма вероятно.
– Так, может, не пойдешь?
Советник неопределенно качнул головой.
– Тогда не ходи, пока я не вернусь.
– Полагаешь, сможешь мне чем-то помочь? – с сомнением спросил Ингельд.
– Я могу попросить нескольких драконов полетать вокруг места встречи и посмотреть, не прячется ли по кустам толпа вооруженных людей.
– Разумно. Хорошо, я подожду.
На завтра у них был запланирован визит к егерям и отбытие Кэт в Заповедник.
Глава 23
Я здорово нервничала. Вроде бы и повода особого нет, и все-таки мандраж был такой, что, казалось, сейчас зубами стучать начну. Заповедник приближался, я постоянно смотрела на высокие пики гор в окно кареты. Артем, который все-таки пожелал присоединиться к нам, в окно смотреть не стал, нацепил свои смешные очки и вновь уткнулся носом в очередную книгу, типичный ботаник. На него я старалась оборачиваться поменьше, потому что в этих круглых очках он напоминал мне черепаху Тортилу и трудно было удержать глупое хихиканье.
Вчера у нас с Гестом состоялся очередной разговор, действующий на мои неокрепшие мозги покруче, чем новогодняя попойка. С этим драконом невозможно общаться долго и при этом не почувствовать, что мир вокруг напрочь лишен логики и иллюзорен, как видения шизофреника. Я начинаю бояться этого дракона.
– Тебе нужно больше внимания уделять своей драконьей жизни, – сообщает со своей лукавой улыбкой.
И я озадаченно задумываюсь: что же он имел в виду? Как я могу недостаточно уделять внимание своей драконьей жизни, если я ею живу?
– Мы не так уж сильно нужны людям, гораздо больше люди нужны нам. – Этакое философское замечание между делом. И самое интересное, я до сих пор искренне считала, что дело обстоит с точностью до наоборот. Но Гест, он старый и мудрый (если не сумасшедший, конечно), ему видней.
И опять, казалось бы, совершенно не имеющая отношения к нашему разговору и даже странная фраза заставила меня всерьез задуматься о многом. Например, о том, что о взаимоотношениях драконов и людей я знаю лишь с одной точки зрения, как фамильяр. А как оно выглядит с другой стороны, с точки зрения вполне разумного вида, вынужденного тем не менее притворяться не просто дикарями, а дикими животными, жить в резервации и терпеть людей, которые регулярно похищают их новорожденных детей? В таком ракурсе и вовсе непонятно, кто же кому на самом деле нужен – люди драконам или драконы людям.
В общем, разговор с Гестом весь прошел в таком же ключе. Он говорил что-то на первый взгляд совершенно нелогичное и к разговору не относящееся, а я вдруг задумывалась над этим, как над настоящим откровением. В результате о чем говорили, толком не помню, но осталось стойкое ощущение, что в отношениях людей и драконов все очень непросто и точно не так, как выглядит на первый взгляд.
И вот наконец Заповедник, уже практически приехали. Уже видно большое деревянное строение, похожее на русский терем, местообитание егерей, дальше никому, кроме них, хода нет. Сейчас Ингельд отправится их страшить своей инспекцией, а мы с Артемом полетим дальше.
