— Давно не видел оборотня. — проговорил он, обращаясь скорее к себе. — Для столь редких гостей, видимо должен представиться.
Встав, он оперся о стол и, наклонившись к нам, с достоинством проговорил:
— Глава тайной канцелярии, Сыч!
— Очень приятно! — отвесив шутливый поклон, пропел дядя.
Я тоже хотел сказать, как меня зовут, но не смог выговорить. Странные желтые глаза гипнотизировали, а окружающая обстановка не располагала к пустой болтовне.
— Что же, пока можете не называть ваших имен. — добавил Сыч, садясь на свое место. — Я и так знаю, что оборотня зовут Люсьен Носовский, широко известный ученик знаменитого мастера Оливье. О вас много пишут! — усмехнулся глава тайной канцелярии. — Но, против вас ничего нет. Так что вас, я скоро отпущу. — произнес он, вытаскивая из ящика стола объемную красную папку и кидая ее поверх карт. — К моей печали, великий мастер Оливье не столь безгрешен!
Подняв глаза, он с отвращением посмотрел на дядю и склонился к папке.
— Временное правительство Изумрудного острова пока не подало официальное прошение о вашем аресте и экстрадиции, но я задерживаю вас за нарушение введенного советом магов военного положения!
— Да? — беспечно протянул дядя.
— Конечно. — любезно ответил Сыч. — Вы выбрали неудачное время для шалостей, задержанный! Миры на грани войны, нас ждет раскол, анархия и прочие ужасы. А вы верхом на радуге, врываетесь в закрытый для посетителей мир! Может, вы специально открыли этот путь? Возможно, вы поддерживаете Константина?
— Кого? — скривившись, уточнил Оливье.
— Какая неосведомленность, а может быть хитрость? Вы действительно не знаете брата нашего достославного покойного короля? Право, неосторожно!
— Начинаю терять терпение. — пробормотал дядя.
— Зря. — высокопарно заметил глава тайной канцелярии. — Совет магов считает, что преступная защитница и наш неудавшийся король Константин, союзники!
— Что?
— Изменники! — холодно сказал Сыч.
— Хорош тролля валять! — не выдержал Оливье.
— Ведите себя культурно!
— Что! — взревел дядя. — Ты решил отвертеться от спора?
— От чего? — удивился Сыч. — Не понимаю вас, задержанный.
— Я так и знал! — закричал Оливье, наступая на главу тайной канцелярии. — Недавно, я готовил тебе Семисветское жаркое под лимонно-чесночным соусом. Ты сказал, что новый король хоть и безумен, но ты сам бы поставил мешок риса сырца тому, кто откроет хотя бы один луч, питающий радужный мост. Было?
— Ну. — вяло согласился Сыч. — Политическое положение было совсем другим…
— Я сказал, что ловлю тебя на слове. — перебил дядя. — Мы произнесли магическую спорную формулу и ударили по рукам! Так? — не отставал он, приближаясь к столу.
— Да.
— Ага! — взревел дядя и протянул руку.
Сыч моргнул и нехотя подал свою. На их ладонях вспыхнуло синее свечение, превратившееся в веревку, связавшую руки у запястий.
— То-то же. — сказал Оливье. — Где мой мешок?
Глава тайной канцелярии отдернул руку и в сердцах сплюнул на пол.
— Поглотитель тебя подери, Оливье. Ты прекрасно знаешь, что у меня нет мешка сырца!
— Спор есть спор. — пожал плечами дядя, присаживаясь к письменному столу.
— Короли приходят, и уходят… — опустив глаза, начал Сыч.
— А сырец растет в цене! — гаркнул Оливье.
— Что же, говори, что тебе надо! — нахохлившись, сказал Сыч.
— Моя честно заслуженная награда. Мешок сырца.
Справившись с эмоциями, глава тайной канцелярии надел маску невозмутимости и погрозил дяде пальцем.
— Прибыв в Благодатные земли, ты послал знак синей звезды. Поэтому, ты здесь. Ты прекрасно знал, что мешка сырца у меня нет. Деньги ты, скорее всего, не возьмешь. Значит! У тебя есть предложение, на которое, я скрипя сердцем, соглашусь.
— Как скучно. — ответил Оливье.
— Выкладывайте, задержанный. — строго сказал Сыч.
— Как скажите, господин глава тайной канцелярии. — проговорил дядя. — Из мешка риса сырца, я бы мог приготовить, что угодно, даже Пир на весь мир.
Глава тайной канцелярии вздохнул.
— Покороче, задержанный, я вполне осознаю стоимость мешка сырца.
— Хорошо. — Оливье тоже вздохнул. — Первое, ты оформишь мой арест. Все тридцать миров должны знать, что я здесь. Потом, ты выпустишь меня под залог. Размер вознаграждения установишь и оплатишь сам.
Сыч кивнул.
— Во-вторых, после вечернего отлива мой корабль должен стоять у причала большой арены.
Глава тайной канцелярии еще раз вздохнул и повторно кивнул.
— В-третьих, мне нужны два… — Оливье оглянулся на нас. — Три билета в большую арену на завтрашний виктатлон.
— Все? — натужно спросил Сыч.
— Почти. — растягивая буквы ответил дядя.
Глава тайной канцелярии поджал губы, выжидательно глядя на Оливье. Дядя потянул время, наслаждаясь нервным напряжением Сыча, и добавил:
— Мне нужен почетный караул, пусть твои мальчики подбросят нас к банку.
На непроницаемом лице Сыча проступило облегчение.
— Что же, договорились.
Он протянул руку и Оливье пожал ее. Появившаяся из синего блеска веревочка развязалась и исчезла. Несмотря на это, дядя продолжал трясти руку главы тайной канцелярии.
— Приятно иметь с вами дело. Обожаю Благодатные земли. Буду рад посетить вас снова.
— Свободны, подозреваемые. — с нажимом проговорил Сыч, высвобождая руку.
Поморщившись, он убрал красную папку и, не глядя на нас, вернулся к картам.
— Спасибо, ваша любезность не знает границ. — продолжал тараторить Оливье, выходя из пыточной комнаты. — Я никогда не сомневался, что вы человек чести. Ваше слово непоколебимо. Благородство безмерно. Слава о нем разошлась далеко за пределы Благограда. Да что там Благоград, за пределы Благодатных земель…
Преодолев темный коридор, мы влезли обратно в повозку. Следом за нами запрыгнул круглолицый и второй гвардеец.
— В банк! — бросил дядя и развалился на скамейке, облокотившись на меня.
— Мы попадем на арену? — с детской непосредственностью спросил архивариус.
В его словах скрывались и надежда, и страх, и радость. Оливье великодушно кивнул.
Круглолицый постучал по крыше повозки и нас подняли наверх.
— Потрясающе! Еще недавно я и представить не мог, что увижу такое. Немыслимо! Лучшие достопримечательности тридцати миров. Явления и магия, которую не видели уже сотни лет. Я самый везучий из всех живущих!
— Заткнись! — беззлобно сказал дядя.
C поднятой повозки сняли цепи, и мы понеслись по серпантину в обратном направлении. Спустившись, переехали мост и остановились на балконе ближайшей платформы.
— Банк. — с трудом выталкивая слова, проговорил круглолицый.
Оливье выглянул в окошко.
— Подъезжайте ближе. — сказал он. — Перед лестницей грязно.
Королевский гвардеец, скрипя зубами, постучал в потолок. Повозка двинулась, проплыла три шага и остановилась. Борт отъехал в сторону. Дядя встал, по-отечески похлопал круглолицего по плечу, и вышел. Мы спрыгнули следом.
Повозка со скрипом сдвинулась и умчалась прочь. Борт закрывался на ходу.
Оливье улыбаясь, вальяжно потянулся и зашагал по ступенькам.
Массивное сооружение всемирного банка занимало всю платформу. Его сложили из крупных каменных плит и окружили колоннами. Вход украшал барельеф, изображающий источник магии. Вокруг него крутились четыре кольца с надетыми на них шарами. Они, то врезались в поверхность стены, то отплывали от нее. Загорались огнем. Шипели водяными бичами. Свистели рассерженным ветром и грохотали смертоносным камнепадом. Под барельефом сверкали золоченные ворота с надписью «Для волшебных персон». Рядом с ними примостились небольшие белые двери без таблички.
— Потрясающая архитектура! — воскликнул архивариус. — Классический стиль, а какое исполнение.
— Полностью с вами согласен, умели строить в эпоху великих волшебников. — согласился Евлампий.
Оглянувшись на них, Оливье скомандовал:
— Ждите здесь.
Глава 13
Полно неожиданностей
Мы остановились. Голем с архивариусом продолжили свои восторженные комплименты древним строителям, а я тоскливо посмотрел вслед Оливье. Что-то меня беспокоило. Дурное предчувствие, непонятное мне самому.
— Что приуныл? — спросил, обративший на меня внимание, Евлампий.
Я замотал головой.
— Выше нос, юноша. Нам несказанно повезло. Мы находимся в одном из прекраснейших городов всех миров! — воскликнул архивариус.
Я кивнул. Королевская столица Благодатных земель действительно потрясала.
— С минуты на минуты начнется прилив! — продолжил Мровкуб. — Позвольте предложить вам подойти к балюстраде и восхититься этим чудесным зрелищем.
