Читаем без скачивания Великолепная корпоративная вечеринка - Наталия Левитина

– Сейчас обрадую.

– Ты смотри, осторожно, – предупредил друга Валдаев. – А то Машка родит от счастья. А ей еще рано.

– А я позвоню мистеру Роберту Барку, – потянулся к телефону Ваня. – Сообщу ему, что нашлась Джессика.

Три часа усилий парикмахера и визажиста не пропали даром. Из зеркала на волшебниц смотрела темноволосая девушка с фарфорово-белым лицом, тонкими черными бровями и красивым коралловым ртом.

– Гениально! – воскликнула парикмахерша.

– Радикальный рестайлинг! – замысловато выразилась стилистка. – Вам безумно идет.

Но клиентка, видимо, не испытала восторга по поводу новой внешности. Такой она уже была, и этот имидж казался Брунгильде пресным. К тому же, когда она находилась в образе примерной девочки, она всем была должна – отцу, компании, совету директоров. Все от нее чего-то хотели. Ее заставляли сидеть на совещаниях, вникать в тонкости менеджмента, улыбаться на многочасовых приемах, сопровождать отца в поездках… Уныло, скучно, безрадостно! Это тяжелый труд – быть единственной наследницей империи, созданной тремя поколениями предков-бизнесменов. А Брунгильде хотелось любви, свободы, секса…

– Предупреждать надо! – возмутилась Маша, едва оправившись от изумления. На пороге квартиры стояла изящная мисс, отдаленно напоминающая Брунгильду. – Что с тобой?!

– Ходить салон. Делать красота. Эффект.

По мнению Маши, Брунгильда уже сносно объяснялась по-русски. Рекс прыгал вокруг гостьи и норовил вцепиться зубами в ее кожаную сумочку.

– Да, ты очень эффектна! И сняла с себя металлолом! И макияж нормальный! Ты чудо, Бруниша!

Кроме того, у девушки явно был вкус. Хотя окружающие вряд ли это замечали. Изменившись до неузнаваемости, Брунгильда поняла, что ее обычный авангардный прикид не будет соответствовать новому имиджу. Она порылась в чемодане и достала из него маленькое темно-синее платье от Донны Каран. Туфли и сумочка тоже имелись.

И в этом, до отвращения элегантном, виде Брунгильда появилась перед Марией…

Гинеколог женской консультации грузная, массивная Варвара Андреевна продвигалась по коридору, сметая с пути беременных, медсестер, банкетки. Так поршень скользит по цилиндру – не оставляя свободного пространства.

– Здоровякина!! – заорала Варвара Андреевна и поправила тяжелые очки, всматриваясь. – Ну, я дождалась! Теперь и помереть не страшно! Наконец-то! Быстро в кабинет!

– Сейчас не моя очередь, – скромно возразила Мария. Она держала на коленях пакет и ловко таскала из него профитроли с кремом. Вообще-то она собиралась постучать клавишами ноутбука. Но ей понадобилось отлучиться на минутку в туалет, и она, к несчастью, доверила компьютер Брунгильде. А вернувшись, не нашла ни того ни другого. Хорошо, хоть пакет с профитролями сиротливо лежал на скамье.

Странное исчезновение оруженосца немного волновало Машу. Но еще больше она мечтала вновь увидеть ноутбук. Она только что начала писать программу для авиалиний «Трансвэйз», и дело пошло так бодро, так споро, что жаль быть отрываться от дисплея. Мария вздохнула. Если бы не требования Здоровякина и свекрови, она ни за что не появилась бы сегодня пред очами громогласной Варвары Андреевны. Муж и его мамаша буквально пинками загнали Машеньку в консультацию. Но куда же испарилась Брунгильда?

– Давай, Здоровякина, прыгай на весы, – скомандовала в кабинете гинеколог. – Только не убейся. Даже и боюсь представить, сколько ты весишь.

Из-за ширмы, загораживающей гинекологическое кресло, раздалось интеллигентное кхеканье. Вероятно, там – в позе космонавта в невесомости – забыли пациентку.

– Укладывайся на кушетку, – приказала Варвара Андреевна. – А я быстренько даму осмотрю.

Врач нырнула за ширму.

– Как фамилия? Карточка на столе? Сколько задержка?.. А-а-а!!!

Мария от страха сжалась на кушетке. За ширмой вопили в два голоса – пациентка и Варвара Андреевна. Голос женщины был до боли знаком Марии. И точно, через секунду Маша увидела перед собой голую, босую Брунгильду! Из одежды на Брунгильде был один бюстгальтер. Не надо и говорить, что смотрелась она великолепно!

– О боже! – схватившись за сердце, причитала Варвара Андреевна. – Да как же! Кошмар какой!

– Что?! – закричала Мария.

– У нее там… – в ужасе простонала врач, – у нее там…

– Что?! Зубы?!

– Нет…

– Брунгильда, ты зачем полезла на кресло?!

Девушка, так напугавшая гинеколога, поспешно натягивала платье. Она была не менее обескуражена, чем Варвара Андреевна.

Она спокойно стояла у стены в обнимку с Машиным ноутбуком, когда ее втолкнула в кабинет медсестра и приказала быстро раздеться и лезть на кресло. Брунгильда попыталась, используя доступные ресурсы речи, объяснить медсестре, что у нее «там» все в порядке, и она наблюдается у маститого, безумно дорогого лондонского гинеколога, и нет никакой необходимости медицинского вмешательства в интимные Брунгильдины места, тем более что сегодня она пришла в клинику с подругой в качестве сопровождения, а вовсе не для того, чтобы…

– Понаехало нерусских, – грубо возмутилась медсестра. – Все заполонили! Скоро наступить будет некуда! Ни карточки у ней, ни полиса, а права качает. Ты бы сначала, чурка, русский выучила, прежде чем мне указывать. Что, не понимаешь? Вот и я о том же. Хватит ручками махать, лезь на кресло, кому сказала!

Так Брунгильда очутилась на постаменте в качестве эротического экспоната. Ей почему-то не выдали хрустящей от свежести распашонки и белоснежных бахил. Да и кресло подозрительно покачивалось, как лодка на волнах, одна ступенька висела криво. А когда Брунгильда увидела в руках врача металлический предмет, несомненно являющийся орудием пытки, она заорала от страха. Ее лондонский гинеколог нежно и приятно орудовал одноразовым пластиковым инструментом, кроме того, Брунгильда всегда была деликатно отделена от врача экраном из простыни и поэтому не вникала в подробности процесса.

А Варвара Андреевна завопила потому, что не ожидала увидеть… Хмм… Ну… В парикмахерской Брунгильда избавила от металла и стразов уши и брови. Но в некоторых местах ей все же удалось сохранить свою яркую индивидуальность. Варвара Андреевна увидела такое впервые…

– Дай в себя прийти, – сказала Мария и села на скамью в коридоре.

Брунгильда опустилась рядом. Ей тоже требовалась пауза. А за стеной Варвара Андреевна уже рассказывала медсестре о шокирующем зрелище…

Напротив у стены сидела такая же парочка – беременная мадам плюс эскорт в виде преданной подруги. Мария невольно уловила несколько слов из их беседы и поняла, что речь идет о ее любимой фирме – промышленной корпорации «Консул». Маша тут же развернула локаторы в сторону девиц и отрегулировала громкость.

Беременная жаловалась на мизерные декретные, выплаченные ей бухгалтерией.

– Ты ведь знаешь, наша бухгалтерия выполняет указание гендиректора. Они повесятся, но лишнюю копейку не отдадут, – говорила подруга. – Но ты отмщена. Борис Сергеевич наказан за свою патологическую скупость.

– Как?

– Удача в конце концов отвернулась от него. Помнишь, мы все грезили о контракте с японцами?

– Да. Невероятно выгодный контракт.

– Все, забудь о нем. Зельдману не удалось очаровать партнеров. В день подписания контракта у нас случилась чудовищная неприятность – в компьютерную сеть проник вирус. Все кэмпы ошизели, база данных усвистела. Японцы не захотели вникать в подробности. Просто сказали Зельдману горячее адью.

– Так и сказали?

– Или домоаригато, как там по-японски? Но это еще не все. Бухгалтерия тоже лишилась базы данных, в результате возникли проблемы с отчетностью, и налоговая тут же с радостью наложила штраф.

– Ура! – мстительно сказала беременная.

– Информация о наших бедах сразу просочилась в деловые круги города. Три крупные компании, договоры с которыми тоже находились в стадии подписания, отказались от сотрудничества.

– Класс!

– В довершение всего Таня, секретарша, уронила на Бориса Сергеевича горшок с бонсай.

– Да ты что!

– Сам подставился. Он метался по кабинету, изрыгал проклятия и требовал убрать все японские прибамбасы. Татьяна и полезла наверх – чтобы безжалостно разрушить экспозицию на полке. И уронила одно кашпо на Бориса Сергеевича.

– Надеюсь, он не выжил?

– Ты же знаешь, вредность и долголетие находятся между собой в прямой зависимости. Зельдман будет жить фантастически долго. Но пока он находится в больнице с сотрясением мозга, порванным ухом и сломанной ключицей…

Мария слушала рассказ о несчастьях, обрушившихся на голову гендиректора «Консула», и не знала, радоваться или плакать. Ее месть достигла цели. Но Маша и не предполагала, что урон, нанесенный Борису Сергеевичу, будет столь значителен.

Глава 52

Брунгильда. Заложница, невольница, страдалица

Лейтенант Евдокимов получил благодарность за эффективную помощь, оказанную англичанину Роберту Барку. Роберт Барк был без ума от счастья, увидев Джессику (Брунгильду). Ему светило солидное вознаграждение от господина Мейтера, отца Джессики.