Ежедневный почти безостановочный труд не позволял упадническим мыслям и настроениям тревожить мою многострадальную голову. Я чувствовала, как шаг за шагом иду к своей цели.
Кстати, а цель-то какая? Раскрутить лавку и щелкнуть по носу Дарена, чтобы забыл про долг? Или утереть нос высокомерному Леоргу?
И понимала – не все так просто. Лавка – это не самое важное, что я имею в этом мире.
Едва я закончила раскладывать готовые изделия по местам, как послышался стук в дверь.
– Господин Лоренс! – я радушно улыбнулась молодому человеку и пустила его внутрь. – Как раз ждала вас сегодня, кольца готовы.
Парень на несколько мгновений задержался на пороге, обводя взглядом лавку. За последние дни она изменилась до неузнаваемости.
Сегодня Лоренс нарядился в отутюженный серый костюм и белые перчатки. Нервно зачесав назад длинную русую челку, он скрыл волнение за ответной улыбкой.
– Отлично! Сейчас как раз иду к Миари. Буду делать предложение руки и сердца, – на этих словах он побледнел, затем покраснел.
Главное, чтобы перед ней вел себя уверенно и не заикался. От души желая ему удачи, я достала из закромов коробочку с заказом и откинула крышку.
На бархатной подложке лежали парные кольца. Ретикуляции создала на поверхности эффект текущей воды. В кольце Миари я заменила серебряную горошину, которую планировала добавить в середину цветка, маленькой жемчужиной. Она таинственно мерцала, скрытая лепестками серебряной кувшинки.
Лоренс долго рассматривал заказ, потом примерил свое кольцо и убедился, что размер подходит. Выражение лица говорило о том, что он доволен работой.
– Спасибо, госпожа Танита. Я думаю, Миари понравится. Хочу, чтобы сегодня все было безупречно.
Хотелось дать парню несколько советов, но я сдержалась. Он справится и сам.
– Желаю удачи, пусть все получится, – я с чувством сжала пальцы и потрясла кулаком.
– Сколько с меня, госпожа Танита? – Лоренс извлек из кармана потертый кошель, и в этот миг дверь отворилась, пуская новых гостей.
– Извините, одно мгновение, – я неловко улыбнулась.
На пороге стояли двое мужчин в одинаковых темно-синих костюмах с широкими плечами. Надеюсь, они не из полиции, а то выглядят как-то подозрительно.
– Вы госпожа Танита? – по-деловому осведомился один из них, пощипывая кончик черных усов.
– Она самая. Простите, но я должна сначала отпустить покупателя.
Как не вовремя их принесло! Лоренс смотрел то на меня, то на этих господ. Усатый улыбнулся и вкрадчиво произнес:
– О, не спешите. Позвольте представиться, меня зовут господин Стек, а это – господин Морис. Вас беспокоит служба надзора за качеством товаров. Поступил анонимный донос, что вы торгуете изделиями из фальшивого золота и серебра. А это наказуемое деяние, уважаемая госпожа Танита.
Все время, что он говорил, меня швыряло то в жар, то в холод, я даже дышать не могла от возмущения и гнева. Пальцы задрожали мелкой дрожью, несколько раз я открывала и закрывала рот, чтобы опровергнуть глупое обвинение.
– Вот, взгляните. Этот документ подтверждает, что мы действуем в рамках закона.
Мне под нос сунули грамоту с печатью и дали время изучить. Кажется, даже через десять лет я не буду знать всех местных причуд и учиться на своих шишках.
Наконец, способность говорить ко мне вернулась:
– То есть вы поверили анонимному доносу? – я скрестила руки на груди. Голос прозвучал на удивление твердо и уверенно. – Если доносчик смеет бросаться подобными обвинениями, то почему бы ему не заявить об этом открыто? Разве честные люди прячутся под маской? Или он просто боится, что сам будет наказан за клевету?
Ох, кажется, я знаю, что за наглая крыса хочет мне напакостить. Но он то ли слишком невнимателен, то ли глуповат, потому что не учел одной детали – я золото не продаю.
Служащие выслушали с пониманием, и товарищ усатого – господин Морис, высокий молодой мужчина с ранними залысинами, сказал:
– Мы всего лишь исполняем свои обязанности, госпожа Танита. За свою работу мы получаем деньги, поэтому обязаны реагировать на каждую жалобу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На лице промелькнуло кислое выражение, словно ему самому не в радость бегать по лавкам с проверками. Вот только этот эпизод все равно может бросить тень на мою репутацию мастера. Все происходило при Лоренсе, который растерянно хлопал глазами, не зная, что делать. Парень не успел оплатить заказ, его пальцы нервно вертели коробочку с кольцами.
Ух, зла не хватает!
Я откашлялась и спокойно произнесла:
– Ваш доносчик так спешил меня оболгать, что допустил глупую промашку. Я не продаю золото, в чем вы сами можете убедиться. Большая часть моих украшений выполнена из недрагоценных металлов, но имеется немного серебра.
Черт, серебро. Только недавно думала о том, что в этом мире оно может содержать другие примеси и существенно отличаться от местного.
Надо как-то спасать положение. Сейчас я чувствовала себя мухой в паутине, главное, еще больше не запутаться!
– Я беру свои материалы у проверенных поставщиков. Наверняка вы знаете господина Дарена Ингеррама, разве кто-то посмеет сказать, что он продает фальшивку? Этой лавкой и мастерской владел мой брат, тоже ювелир.
– Мы в курсе, – вставил усатый, а я продолжила:
– Неужели вы думаете, что я решила погубить репутацию лавки, которой он посвятил всю жизнь? Заодно испортить собственную в самом начале карьеры. Кстати… – я сощурилась и пристально оглядела своих “гостей”. – Навет может быть местью конкурента. Учтите это, пожалуйста.
Служащие переглянулись с сомнением.
– Сочувствуем, госпожа Танита, что вам пришлось с этим столкнуться. Мы уверены, что вы честная женщина, но долг обязывает нас забрать ваши изделия на проверку.
– Какая проверка? Как она будет проходить?
Забрать мои украшения?! Этого еще не хватало! От новости словно земля из-под ног ушла, а кровь ударила в лицо.
И все это накануне открытия лавки!
Так, срочно успокоиться, нельзя показывать волнение и навлекать лишние подозрения. Что бы ни случилось, нельзя теряться или истерить.
– Наши специалисты во всем разберутся, один из них – уважаемый в городе ювелир, господин Олберт Беренгер. У него огромный опыт, он с первого взгляда определит, подделка перед ним или нет.
Еще лучше. Олберт – это папочка Леорга, он тоже не упустит случая притопить меня в память о былой дружбе с Малкольмом. Но, наверное, можно считать комплиментом, что эта семейка начала боятся меня заранее, даже не узнав моих возможностей.
В голове не укладывается, как можно быть такими жадными? Наверное, они так поступают со всеми. Повезло стать частью токсичного ювелирного сообщества.
– Не переживайте, – попытался утешить меня усач. – Мы обязательно привлечем и господина Ингеррама, раз он является вашим поставщиком. Этот человек, насколько я знаю, привозит свои материалы из гномьих гор, а гномы тоже дорожат своей репутацией.
Зря ляпнула про Дарена, но сказанного не воротишь. И как быть?
Я устало вздохнула и потерла переносицу – от переживаний разболелась голова.
– Молодой человек, задержитесь, – велел Лоренсу один из служащих. – Будете свидетелем. Мы опишем все изделия, которые будут взяты на проверку.
Сейчас, наверное, самое правильное – послушно исполнять законы города и не препятствовать. В любом случае они своего добьются. Господин Морис и господин Стек всего лишь следуют букве закона, если бы они были разбойниками, со мной разговаривали бы по-другому и сразу попытались запугать.
Я поймала сочувственный взгляд Лоренса. Он тоже пострадал из-за глупой ситуации – парню велели отдать кольца. Ушел бы раньше, чем явились эти двое, его сватовство бы не сорвалось!
Было больно смотреть, как мои серебряные украшения описывают и складывают в коробку, чувство беспомощности угнетало. В дверях маячили испуганные лица Варды с Тимошем, и я попросила детей пока побыть в комнате.
– Ждите решения через несколько дней. Если все будет в порядке, ваши изделия вернутся к вам без потерь, – заверил меня господин Стек.
