Ниже пещер рабов простиралось поле. Там бесчисленная армия атлантов выходила навстречу войску рабов. Две армии остановились и встали одна против другой. Они казались огромными муравейниками. Рулевой остановил лодку, но спускаться вниз не стал. Аута посмотрел через мощную подзорную трубу и увидел лица стоящих в строю людей. Войска не двигались; казалось, каждый солдат ожидал, что бой начнет противник. Оружие десятков тысяч солдат Атлантиды, стоящих до самого горизонта, блестело, заливая поле золотым светом. Рабов было раз в пятьдесят меньше. Вдруг Аута увидел, как от армии рабов отделился человек. Аута внимательно всмотрелся и почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он не мог услышать, что тот кричал, но понял, что человек кричит. Это был Яхубен. Он сделал знак щитом, и толпы рабов хлынули вперед. Аута заволновался.
— Спустите меня! — крикнул он. — Я должен быть с ними!
Чужеземцы молчали.
— Я хочу выйти отсюда, мне надо к ним! — снова закричал Аута и начал расстегивать ремни.
Тогда Хор мягко ему указал:
— Ты же отлично понимаешь, что, идя с ними, ты не только ничего не добьешься, но, что особенно важно, они ничего не добьются. Если тебя убьют атланты, а они несомненно убьют тебя немедля, то тогда собранная тобою армия потеряет всякую силу. Они верят в тебя, пока ты здесь, вверху. Но они не знают, чего хотят. Да и ты, Аута, не очень-то знаешь. Необходимо, чтобы прошло какое-то время…
— Тогда все, что они делают, — напрасно?
— Не напрасно. Это ступенька, первая ступенька. Ведь ты не поднимаешься прыжками по лестнице, а идешь по ступенькам. Понимаешь? И не думай, что, если они поклоняются тебе, все это сделал только ты… Если бы они не захотели этого, ты ничего бы не сделал. Без тебя они все равно рано или поздно восстали бы. В них было достаточно ненависти. Ты лишь на мгновение ускорил все.
Аута не знал, чему верить. Или эти чужеземцы не хотят вмешиваться, или они в самом деле правы.
— Как бы там ни было, — сказал, обращаясь к нему, Хор, — по меньшей мере богатые испугаются.
— Да, им придется узнать, что может быть и иначе, чем думают они.
Рулевой немного спустил лодку, оставив ее по-прежнему неподвижно висеть в воздухе. Поле было усеяно трупами и залито кровью. Чужеземцы не смотрели в подзорную трубу. Один Аута никак не мог оторваться от нее. Вдруг Аута увидел, как какой-то человек вырвался вперед Он пробил копьем солдата-атланта, затем ударил топором другого. Вокруг него образовалось кольцо из защищающих его рабов. Это был Яхубен. Через мгновение Яхубен, внезапно запрокинув голову, как-то странно изогнулся. Его левая рука выпустила топор, схватилась за грудь. Аута вгляделся получше. Что это? Яхубен упал на спину, пытаясь выдернуть стрелу из сердца. К нему подбежало несколько рабов. Двое упали. Потом еще один. Оставшиеся склонились над Яхубеном, но вдруг оставили его. Значит, он умер.
Аута на мгновение онемел. Хор посмотрел в трубу туда, куда ему показывал Аута. Он сразу же все понял. Посмотрел на Ауту и тихо произнес:
— Мне кажется, это твой друг, который летал с нами.
Аута не ответил. Он сидел, обхватив руками колени. Затем, не в состоянии более сдерживаться, зарыдал. Но тут же сжал губы и овладел собой, так как рулевой, ни с кем не посоветовавшись, направил лодку на армию атлантов. Аута охватил взглядом войско рабов: во главе его с луком за плечом, с тяжелым копьем в руке бежал Май-Бака. Аута мгновенно схватил воронку и закричал:
— Рабы Атлантиды, чтобы не быть рабами, уничтожайте ваших врагов. Отомстите за смерть Яхубена!
Тысячеголосый рев прокатился по полю. Рабы ринулись вперед, словно стремясь догнать пущенные ими стрелы. Солдаты-атланты при виде странной серебряной, с огненным хвостом и гребнем птицы, из которой звучал громоподобный голос, кинулись бежать врассыпную, бросая оружие.
Теперь Аута был уверен, что рабы дойдут до Великого Города. И только после того, как чужеземцы убедились, что армия атлантов полностью рассеяна, рулевой, не говоря ни слова, повернул лодку на север и полетел на Святую Вершину.
Полет проходил в полном молчании.
ГЛАВА XXIII
Чужеземцы пробыли на Святой Вершине почти два месяца. За это время произошло немало всяких событий. Одни из них опечалили Ауту, другие заставили его радоваться.
Однажды, когда он беседовал с Хором, сидя на утесе, с которого открывался широкий вид на море и поля у подножия гор, он увидел поднимающуюся к ним из долины группу людей. Лица их нельзя было разглядеть даже в подзорную трубу, они находились еще довольно далеко. Однако Аута сразу понял, что это идут рабы, так как на них не было никакой одежды, кроме небольшого, повязанного вокруг бедер куска материи. Чернокожие и краснокожие отличались высоким ростом, желтые и белые были поменьше. Аута насчитал их двадцать человек. Все они были вооружены. У него сжалось сердце. Он давно не получал вестей от Май-Баки. Уж не вернулся ли Мпунзи?
А с Мпунзи случилось следующее. Однажды, совершая полет на легкой лодке вокруг вершины, рулевой посадил ее на открытом месте среди кустарника и редко растущих деревьев у самого истока теплого ручья, из которого образовывалась Горячая Река. Один из чужеземцев изучал деревья, Хор и другой его спутник брали из источника воду, наполняя ею специальные сосуды, чтобы выяснить ее качество и состав. Рулевой собирал камни, складывая их в коробки. Вдруг из-за деревьев в сопровождении надсмотрщика Великого Жреца появилось несколько рабов-дровосеков. Заметив Ауту, надсмотрщик подозвал рабов и приказал им перейти на другое место, а сам незаметно пробрался на противоположную сторону вершины. Аута тут же подбежал к рабам и, взяв у одного из них топор, разрубил им на ногах цепи. Затем, посоветовав им идти на Огненную Гору, рассказал, как туда найти дорогу. Рабы знали Ауту и не боялись его. Они уже слышали о том, что он ушел с богами. Но они решили не идти на Огненную Гору, а разбрестись по лесу. Только один остался, это был Мпунзи. От него Аута впервые узнал о дальнейшей судьбе восстания. Юноша слышал, как об Ауте говорили надсмотрщики, а однажды он видел Великого Жреца, как тот мрачный ходил по саду дворца. Мпунзи знал, что Великий Жрец приказал солдатам, что если они увидят беглого раба Ауту, то должны поймать его и невредимым доставить к нему. При этом они не должны бояться его как бога, так как всем известно, что боги не могут иметь черную кожу. Однако, рассказывал Мпунзи, среди рабов говорят, что Аута добрый бог рабов, нарочно превратившийся на время в раба, чтобы лучше узнать их тяжелую долю и страдания. И Мпунзи верил в это. Ауте стало стыдно, но он знал, что, как бы он ни старался развеять эту веру, ему все равно не Удастся это сделать. Мпунзи еще добавил, что будто бы недавно поймали одного из восставших рабов, который заблудился на берегах Холодной Реки. Его поймал надсмотрщик Великого Жреца, шедший с солдатами. Но так как тот был удивительно сильным человеком, он решил не убивать его и отправил в дом рабов на работу. От него-то Мпунзи и узнал о восстании, руководимом с неба великим богом черных людей, который может а любое время принять вид мальчика, раба, человека или серебряной птицы. Мпунзи узнал от него, что Май-Бака после изгнания богами солдат решил не идти на Великий Город. В исчезновении на небе серебряной птицы он увидел знак того, что лучше собрать восставших рабов и брошенное на поле боя оружие, для того чтобы его армия смогла стать еще более сильной. Теперь это войско снова находится на Огненной Горе, но не наверху, а там, где раньше находился лагерь солдат, у пещер рабов.
