– Мы поможем, – вмешался Калеб. – Не беспокойся. Давай. – Он обнял меня за плечи. – Пошли в машину. Ты промокла до костей.
Я взяла девушку за руку, и она покорно двинулась за мной. И тут я поняла, какую ошибку совершила. Бек крепко держалась за руку Ральфа и смотрела на меня, будто видела впервые в жизни. Она качала головой, и с каждым выдохом у нее вырывалось облачко пара.
Мысленно она задавала мне вопросы. Как подруге, как человеку, которого когда-то знала. Она решила, что красота вскружила мне голову. Что я становлюсь поверхностной и заносчивой и ввязываюсь во что-то сомнительное. Иначе зачем мне тащить домой девицу, с которой я даже не знакома, после того как упала вместе с ней на пол дамской комнаты в клубе?
Я не могла ничего сказать, не могла опровергнуть ее домыслы. Просто отвернулась и закрыла глаза, пойдя за Калебом к джипу. Любимый мысленно заговорил со мной:
– Она поймет. Как только все это уляжется, она забудет.
– Я так не думаю. Только не на этот раз. Извини. Я была наивной дурочкой, надеясь, что смогу сохранить ее дружбу, несмотря ни на что. Это эгоистично, но мне просто нужна была подруга.
– Тебе не за что себя винить. Это я ее привез. В нормальных условиях это не стало бы проблемой, но теперь, когда такое происходит с Уотсонами, и еще твои способности… извини.
– Я хочу отправить ее домой. Думаю, это самый лучший выход.
– Ну вообще-то папа говорит, что мы все уезжаем домой. Он заказал билеты на первый же утренний самолет для всех.
– Но почему?
– Я рассказал ему про Амбер.
– В самом деле? А ведь он весь день был таким спокойным, веселым.
– Ему не хотелось расстраивать твоего отца и особенно Биша.
– А…
Калеб открыл нам дверь и выдвинул заднее сиденье для девушки. Сначала села я, а затем она. Джен ехала с нами, машину вел Калеб. Я видела, как Бек садилась с Питером и Рэйчел, и постаралась пока не волноваться на ее счет. Ей просто нужно выпустить пар и некоторое время побыть одной. Но потом, надеюсь, я сумею заслужить ее прощение.
– Все будет хорошо, Мэгги, – успокаивала меня сидевшая впереди Джен.
– Да, конечно. Не терпится этого дождаться.
– Может, кто-нибудь расскажет мне, что происходит? – попросила наша спасенная незнакомка.
– Как тебя зовут? – поинтересовалась я.
– Экстази. – Я вопросительно глянула на нее, и она вздохнула: – Мой отец так любит свои порошки. Этим все сказано. Экстази Линн Паркер.
Я увидела ее воспоминания о том, как он делает эти порошки – наркотики. Он делал много такого, чего его маленькая дочь просто не должна была видеть. Я поморщилась, увидев, как он ударил ее по ногам деревянной лопаткой для смешивания порошков. Тогда ей было тринадцать лет.
– Перестань, пожалуйста, – попросила я.
– Ты читаешь мои мысли, – догадалась она и заинтригованно наклонилась вперед. – Ты можешь увидеть мое будущее? Я имею в виду… Не то, что видела сегодня?
– Иногда могу, но это просто находит на меня.
– Это что еще за дерьмо?
– Эй, – прорычал Калеб.
– Да нет, я так. Ты когда-нибудь пробовала сама увидеть?
– Нет, – ответила я, сразу поняв, куда она клонит, – я не буду на тебе тренироваться.
– А почему нет? Я добровольная морская свинка.
– Нет.
– А может, и следовало бы, – заметила Джен и повернулась к нам: – Можешь использовать и меня.
– Что? Нет. Думаю, на сегодняшний вечер уже достаточно.
– Мэгги, ты мне как сестра, и я люблю тебя, – произнесла Джен, и я прикусила губу, услышав, как она назвала меня, – но все, что мы пережили сегодня вечером, произошло из-за того, что ты пока не научилась справляться со своими способностями. Тебе нужно тренироваться, – она говорила очень по-дружески, но твердо.
Джен была права, но от этого не легче.
– Джен, – встрял Калеб.
– Нет, она права, – проговорила я. – Мне нужно себя контролировать. Нельзя, чтобы каждый раз, как я с кем-нибудь столкнусь, все вокруг ломалось и лопалось.
– Ломалось? – удивилась Экстази.
– Ну да. Когда я расстроюсь или рассержусь… – Я поискала в зеркале глаза Калеба. Он ухмыльнулся и подмигнул мне. – Ну, в общем, разлетаются какие-то вещи: стекла, зеркала, электрические лампочки. Лампочки взрываются первыми.
Глава 20
– Вот это да. Значит, ты вроде супергероини? Ты видишь, что с беспомощными людьми в туалетах могут произойти страшные вещи, и спасаешь их? – в голосе Экстази послышалось восхищение.
– Мне жаль, что твой отец так себя ведет. Он не должен был так обращаться с тобой.
Экстази хмыкнула и скрестила руки на груди.
– Ну и пусть. Больно он мне нужен. Прекрасно обойдусь и без него.
– Это понятно. Только теперь у тебя появился шанс по-настоящему начать жизнь сначала. Не просто делать вид, что все прекрасно, а на самом деле жить хорошо.
Экстази хотела что-то сказать, но передумала, откинулась на спинку сиденья и стала смотреть в окно. А я почувствовала какое-то беспокойство.
– Калеб, – прошептала я мысленно.
– Да?
– Я боюсь.
– Мы почти приехали. Держись, хорошо?
– Не знаю, смогу ли. Получится ли. Каждый раз, как это случается, я вижу эти страшные картины…
– Детка, я понимаю…
Он повернул на подъездную дорожку. Фары высветили Биша, сидевшего на качелях на крыльце. Увидев нас, он встал и подошел к джипу с огромным пляжным зонтом. Изумленно глянул на Экстази, но открыл дверь и протянул руку Джен. У меня появилось то же самое предчувствие, что и раньше, и, быстро перехватив его руку у Джен, я вылезла из машины. Он удивленно поднял бровь, но улыбнулся.
– Ну как, повеселились? – Биш заглянул в машину. – Вижу, вы даже с прибытком.
Я ткнула его в живот, и он от неожиданности охнул, а потом засмеялся.
– Биш, это Экстази. Экстази, это мой брат Биш. – Она изучающе смотрела на него, потом прикусила губу, стараясь выглядеть привлекательной и обольстительной. Я думала, у Джен глаза выскочат из орбит, поэтому поскорее продолжила: – Экстази приехала с нами, потому что она… э…
– Им с Мэгги надо кое-какие девичьи проблемы обсудить, – выручил меня Калеб. – Они встретились в клубе и нашли, о чем поговорить..
– А-а, – протянул Биш и посмотрел на Калеба, стараясь контролировать выражение лица. – Ну так… как прошло?
