– Ты ни от чего меня не отрываешь. И что же ты выяснила?
– Ничего. Именно поэтому мне и не хотелось тебя беспокоить.
– Я рад, что ты позвонила. Здесь вокруг меня кишмя кишат одни аллигаторы. Ты даже не представляешь, как приятно услышать дружеский голос.
– Что нам теперь делать, Зак? Мне так жаль Марию. Не знаю даже, чем я могу ей помочь. Похоже, вся эта история с привидением превосходит мои способности.
– Отлично тебя понимаю. Когда сегодня утром я ехал к себе – кстати, всю дорогу старался не думать о том, какая ты соблазнительная в постели, – мне в голову пришла одна идея.
– И какая же?
– Я подумал о том, что мы с тобой проглядели очевидные вещи. Мариано утверждает, пока он работал на ферме – а это примерно тридцать лет, – в доме никто не умирал. Иными словами, если в доме кто-то и умер, то еще до того, как Мариано приехал сюда. Сан-Пико – небольшой городок, а лет тридцать-сорок назад был еще меньше. Если верить тому, что о них говорят, привидения появляются в результате внезапной, насильственной смерти, ведь так?
– Так.
– Так, может, нам стоит поискать в газетах?
– Зак, ты гений! И как мы сразу до этого не додумались!
– Как ты сама сказала, охота за привидениями – это неисследованная территория.
– Я при первой же возможности отправлюсь рыться в газетах. Если не ошибаюсь, в библиотеке старые газеты хранят на микрофишах или что-то в этом роде. Вдруг и впрямь что-нибудь удастся откопать.
Зак рассмеялся:
– Не что-нибудь, а кого. Я тоже займусь поисками, только в Интернете. Может, тоже сумею найти что-то полезное. Шансы, конечно, мизерные, но не будем зарекаться.
– Тоже мысль.
– Если ничего не найдется в газетах, я попробую поговорить с отцом. Он хотя и не помнит ничего из того, что случилось с ним после падения, но временами голова его проясняется, особенно когда он говорит о прошлом.
– Думаешь, что-нибудь из этого выйдет?
– Сказать по правде, он обожает предаваться воспоминаниям о добром старом времени. В сороковые годы, когда был построен серый дом, он был еще ребенком. Кто знает, вдруг в его голове сохранились воспоминания о тех, кто в нем жил в те годы, когда он сам был мальчишкой.
– Что, видимо, и вправду стоит попробовать. А пока мне нужно бежать. Ко мне вошел следующий клиент.
– Сообщи, если откопаешь что-нибудь стоящее.
– Непременно.
– Увидимся в пятницу.
На том конце трубки возникло секундное молчание.
– Хорошо. Значит, до пятницы.
Зак нехотя положил трубку. В течение всего разговора он со всех сил сжимал телефонную трубку, в душе моля Бога, лишь бы только Лиз не передумала, лишь бы согласилась встретиться с ним в выходные дни. Вздохнув поглубже, он заставил себя расслабиться. Еще ни одна женщина не доставляла ему столько душевных тревог, как Элизабет.
Он вспомнил ее в юности, еще в школьные годы. Решительная и независимая, она, в отличие от своих сверстниц, не поддавалась давлению со стороны молодежной среды. Ее мать умерла от рака, когда ей было всего пятнадцать, и, если верить слухам, мать умирала медленно и мучительно. Вскоре после этого бакалейная лавочка, которую держал ее отец, стремительно разорилась, и он был вынужден объявить о банкротстве. Лиз устроилась официанткой в кафе. Собственно, там он и познакомился с ней.
Она была умна. Зак предполагал, что она наверняка получила стипендию на обучение в колледже, однако предпочла одновременно работать. И он уважал ее за это, понимая, какой силы воли от нее требовалось совмещать учебу и работу. Элизабет была из тех, кто постоянно думают о других людях. Наверное, именно поэтому она и выбрала психологию и теперь работала консультантом по семейным проблемам.
Он вздохнул и откинулся на спинку стула. Кажется, он влюбился. Впрочем, почему кажется? Внутренний голос нашептывал ему, что, пока не поздно, ему следует спасаться бегством.
Но сердце подсказывало другое. Что-то такое, о чем он раньше даже не задумывался. Почему бы нет? Если судьба посылает такой шанс.
От этих мыслей ему сделалось еще больше не по себе.
График работы был напряженный, и в редакцию газеты Элизабет выбралась лишь в среду во второй половине дня. Зак сказал ей, что старый дом, по всей видимости, был построен в сороковых годах прошлого века. И поэтому она попросила секретаршу в приемной принести ей газеты за тот период.
Она рассчитывала пробежать глазами заголовки. В таком маленьком городке, как Сан-Пико, любое преступление, связанное с применением насилия, наверняка было бы вынесено на первую полосу.
Секретарша была седовласая женщина, слегка полноватая, в очках в серебряной оправе, которые на цепочке висели у нее на шее.
– Вам помочь? – спросила она.
Элизабет объяснила ей, что ее интересуют старые репортажи. Женщина жестом пригласила ее войти в невысокую деревянную дверь, за которой располагалась рабочая зона, откуда провела в комнату в задней части кирпичного здания, построенного относительно недавно; вместе с ростом населения города вырос и тираж газеты, что потребовало новых площадей.
– Все номера за последние пять лет загружены в компьютер, – с гордостью заявила работник издательства. – Теперь у нас тут все по последнему слову техники. К сожалению, то, что печаталось до этого, хранится на микрофишах. Машины для чтения на столе возле стены.
Элизабет повернула голову и увидела две старомодные машины для чтения микрофишей с большими экранами и кнопками на боковой поверхности для перемотки пленки.
– Умеете ими пользоваться?
– Думаю, что да. У меня есть опыт. Когда я писала диплом в колледже, мне довелось ими пользоваться.
– Пленки находятся вон в тех металлических выдвижных ящиках. – Женщина указала на высокий шкаф с четырьмя выдвижными ящиками. – На каждой катушке с пленкой указан год. На пленках есть все экземпляры за все годы. Если вам понадобится моя помощь, позовите меня.
Женщина ушла, а Элизабет села за работу. Начала она с сороковых годов, в надежде найти хоть какое-то упоминание о преступлении, которое произошло в старом доме или просто на земле «Харкорт фармз». Занятие это оказалось долгим и нудным и отняло у нее всю вторую половину дня. Элизабет уже почти завершила свои труды, когда в комнату вошла секретарша.
Элизабет вздохнула и поднялась с места. Будь у нее время, она бы еще вернулась сюда и продолжила свои изыскания. Например, проверила бы полицейские сводки, в которых упоминались любые имевшие место правонарушения, однако, если учесть, за сколько лет пришлось бы переворошить номера, задача была явно не из легких.
