Персефона переживала из-за Минты.
ГЛАВА 30
Персефоне было стыдно признавать, что слова преследовали ее всюду.
«Ты не переживаешь из-за Минты?».
Нет, она не хотела переживать из-за нимфы, ведь была богиней. Но разве ее не вырастили нимфы? Потому она, а не другая богиня заинтересовала Аида? Он пытался заменить свою бывшую любовницу?
Она знала, что мысли были опасными. Они гнили в ее разуме, сеяли семена сомнения глубоко в полях ее сердца.
Она стала искать то, чего не должна была. Знаки, что Гермес был прав, и она была слишком наивной. Слишком слепой. Она видела как-то раз, как они говорили в поле. И хоть Аид дико размахивал руками с безумным взглядом, она не знала, была ли это ссора возлюбленных.
Минта смотрела на Аида за ужинами с другими богами и богинями. Она накручивала волосы на палец, игриво улыбаясь. Когда она замечала взгляд Персефоны, она улыбалась еще шире. Словно у нее была тайна, которую богиня не знала.
Персефона знала, что многое преувеличивала. Она должна была перестать так думать и просто спросить у Аида, что происходило. Она не говорила с ним толком о Минте, и ей нужно было услышать его уточнение.
Но одержимость не проходила.
Наконец, она покинула замок и пошла к Стикс. Может, если она постоит там, где они впервые смотрели на Царство мертвых, она вспомнит, почему доверяла ему.
Черный песок восхищал так же, как в первый раз. Души с их голубым сиянием на берегах… восхищали. Они были милыми и чистыми, и она хотела спасти все.
Может, ей нужно было попросить Гекату и Танатоса поиграть с ней. Она могла получить от них пару монет и вернуть себе то состояние, в каком была, когда только открыла свои чувства к Аиду.
Она еще не дала тем чувствам имени. Ее ревность мешала другим эмоциям проявить силы.
Она заметила движение у портала. Еще кто-то? Сколько живых приходило в Царство мертвых за день? Они прибывали чаще, чем она верила. Подземный мир должен быть местом, куда не могли пойти смертные, пока не умирали.
Трое мужчин вышли на песок, и первого она узнала.
— Геракл? — спросила она, потрясенно качая головой. — Я не думала, что вскоре тебя увижу.
Он низко поклонился.
— Моя королева. Благодаря вам, моя душа была очищена раз и навсегда.
— И я рада слышать это, — она хмуро посмотрела на его друзей. — Но ты вернулся с гостями в этот раз.
Геракл повернулся и указал на двух других мужчин, и они подошли ближе.
Они были красивыми, лучше многих смертных, кого она видела за свою жизнь. Они не могли затмить Геракла в бою, она была уверена. Они были мягче. Тоньше. Может, творческие натуры, а не воины.
Один был светлым, как свет луны, его голубые глаза были яркими, бледные волосы были лишены красок. Другой был смуглым, черные волоса падали кудрями на лоб. Он следил за ней. Может, слишком пристально.
Геракл указал на первого, красавца, похожего на луну.
— Это Тесей, — он указал на другого. — Это Пирифой. Они попросили меня показать им путь в Подземный мир, и теперь моя клятва Тесею завершена.
Она видела, как он прищурился, глядя на двух других мужчин. Что-то мелькнуло между ними, но она не могла понять, что это было за предупреждение.
Геракл снова поклонился ей.
— Если выслушаешь их просьбы, эти два болвана будут благодарны. Но я должен попрощаться, дева Подземного мира.
— Я теперь Персефона, — исправила она.
— Знаю, — ответил он. От искры в его глазах она покраснела. — Для меня ты всегда будешь священной девой.
Он прошел в портал и пропал. Персефоне казалось, что она не увидит его снова, пока он был жив, хотя он унесет мужество Зевса даже в смерти. Но она будет скучать по жару и жизни в его венах.
Она посмотрела на двух других мужчин, они пылко глядели на нее.
— Я уважаю Геракла. Что я могу для вас сделать?
Им нужно было знать, что она делала это не потому, что хотела помочь им. Смертным не было места в Царстве мертвых, и если бы Геракл не помог им, она бросила бы их гнить. Харон разобрался бы, что с ними делать.
Он подплыл ближе, когда она подумала о нем. Звук весел, бьющих по опасным водам, успокаивал.
Пирифой заговорил первым, его голос был таким же красивым, как его лицо.
— Моя королева, для меня честь тебя встретить, — он низко поклонился. — Мы слышали, что Подземным миром правит красивая женщина, но я не знал, как ты потрясаешь на самом деле.
Она нахмурилась. Почему он так ее хвалил?
— Спасибо. Геракл говорил, что вам что-то нужно?
— Все смертные говорят о твоей красоте с благоговением, — он шагнул ближе, и ее сердце дрогнуло в предупреждении. — Они говорят о твоей доброте к мертвым.
Может, люди и услышали, что она дала пару монет душам. Если они были из тех семей, которые не смогли позволить им настоящие похороны, то смертные могли оценить это. Хотя она не была уверена.
Ей хотелось отчасти бежать. Он не должен был так много
