В число наиболее типичных эмоциональных проблем в результате ОСО входят озлобленность и депрессия в связи с возвращением — быть может, против своей воли — в этот физический мир. Людям, пережившим ОСО, может оказаться трудно принимать это возвращение и переживать “проблемы повторного входа в атмосферу”, во многом сходные с теми, что испытывает космонавт, возвращающийся на Землю. Нередко у них возникают проблемы согласования ОСО с их традиционными религиозными верованиями или с привычными ценностями и образом жизни. Поскольку ОСО кажется им затрагивающим их глубинную сущность и ставящим их в особое положение по отношению к окружающим, такие люди могут слишком сильно отождествляться с этим опытом и думать о себе прежде всего и в основном как о переживших его. Будучи во многих из своих новых воззрений и убеждений столь непохожими на тех, кто их окружает, люди, пережившие ОСО, могут преодолеть свое беспокойство в отношении того, что они в чем-то ненормальны, только заново определив для себя, что является нормальным.
Результатом ОСО могут быть и социальные проблемы. Пережившие его люди могут ощущать свою удаленность или отдельность о тех, у кого не было аналогичного опыта; они могут испытывать — и порой не без оснований — страх быть осмеянными или отвергнутыми. Для них может оказаться трудным примирить свои новые взгляды и убеждения с ожиданиями семьи и друзей; и в результате для них будет тяжело придерживаться своей старой роли и образа жизни, которые более не имеют прежнего значения. Люди, пережившие ОСО, могут обнаружить, что не способны адекватно передать другим смысл своего опыта и то, какое воздействие он оказал на их жизнь. Нередко, пережив в ОСО состояние всеобщей и безграничной любви, человек не может принять условности и ограничения обычных человеческих отношений.
Сверх и кроме этих проблем, с которыми в той или иной степени могут сталкиваться все пережившие ОСО, те люди, у которых этот опыт был неприятным или пугающим, вдобавок озабочены причинами, по которым они пережили именно такого рода опыт, и их могут беспокоить пугающие вспышки повторного переживания* самого этого опыта. Аналогичным образом добавочные проблемы могут возникать после ОСО в результате попытки самоубийства или у маленьких детей.
То, как консультант, или терапевт, или друг реагирует на человека, пережившего ОСО, может оказать огромное влияние на последствия этого опыта — независимо от того, будет ли он принят, став стимулом для дальнейшего роста, или же будет глубоко спрятан (но не забыт), как нечто странное и эксцентричное, о чем не следует рассказывать из страха быть объявленным душевнобольным.
Хотя многое из того, о чем идет речь в данной статье, относится исключительно к помощи людям, пережившим околосмертный опыт, многое другое вытекает из соображений здравого смысла или отражает подходы, которые могут быть полезны при любом духовном кризисе.
Подходы к работе с околосмертным опытом во время или сразу после его переживания
Медицинскому персоналу, занятому в процессе реанимации, следует избегать бесчувственных замечаний или действий. Пациенты, которые, казалось бы, находятся в бессознательном состоянии, могут быть осведомлены о том, что происходит вокруг них, и позднее вспоминать оскорбительные действия или высказывания. Когда в ходе реанимации вы вынуждены говорить или делать что-то, что может быть неверно понято, объясняйте пациентам, что вы делаете, даже если они выглядят бессознательными; в противном случае вам, возможно, придется помогать им распутывать пугающие воспоминания после того, как они пробудятся. Во время и непосредственно после бессознательного состояния полезно прикасаться к пациенту — это может очень помочь ему сориентироваться. Разговаривая с лежащим без сознания пациентом и одновременно прикасаясь к нему, обводя руками контуры его тела, вы можете помочь ему снова сосредоточить свое внимание на теле после переживания ОСО.
Разговаривая с людьми, только что побывавшими на пороге смерти, обращайте внимание на признаки, которые могут говорить о том, что они пережили ОСО. Прежде чем рискнуть поделиться с вами своим опытом, люди нередко прибегают к тонким намекам, чтобы проверить, насколько вы готовы выслушать все, что они вам скажут. Не расспрашивайте о подробностях ОСО — ждите знаков, которые указывают, что человек хочет продолжать рассказ. Пережившие ОСО могут не захотеть обсуждать подробности до тех пор, пока они не будут вам доверять. Позвольте им описывать свой опыт постепенно, как им удобно, наблюдая за их тонкими намеками, — проверками, насколько вы открыты, — которые подскажут вам, что они готовы рассказать больше.
Прежде чем вступать в контакт с человеком, пережившим ОСО, вам следует изучить свое собственное отношение к подобному опыту. Выясните, есть ли у вас какие-либо предубеждения в том, что касается значения ОСО, а также по отношению к людям, пережившим такой опыт. Вам не следует навязывать свои убеждения или интерпретации — пусть вашу беседу направляют собственное объяснение и понимание индивида, пережившего ОСО. Прислушивайтесь ко всему, что может вам подсказать, как человек сам осмысливает свой опыт, и помогайте ему прояснять эту интерпретацию, используя для этого его же собственные слова. Каждому из вас придется найти свой собственный способ поощрять беседу об ОСО. Используя свой личный стиль общения, как вербального, так и невербального, вы лучше всего сумеете донести до человека, что готовы его открыто выслушать.
Что бы вы ни думали о подлинном значении или причине ОСО, вы должны с уважением относиться к нему как к чрезвычайно мощной движущей силе трансформации. Если вы игнорируете огромные потенциальные возможности ОСО вызывать как положительные, так и отрицательные изменения личности, убеждений и телесной активности, значит, вы игнорируете то, что более всего заботит индивидуума, пережившего этот опыт. Вы должны относиться с уважением не только к опыту, но и к тому, кто его переживает. ОСО испытывают самые разные люди, и не следует оставлять без внимания богатую личную и духовную историю человека, рассматривая его исключительно в качестве пережившего ОСО.
Возведение ОСО в ранг синдрома или постановка индивидууму клинического диагноза на основании того, что он пережил ОСО, скорее помешает пониманию и оттолкнет человека, чем поможет ему. Когда у индивида, испытавшего ОСО, судя по всему, все же есть умственное или эмоциональное расстройство, и он, и вы сами должны ясно отдавать себе отчет, что это заболевание никак не связано с самим ОСО. Попытки квалифицировать такой опыт как симптом болезни не являются ни корректными, ни полезными.
Решающее значение для завоевания доверия человека, испытавшего ОСО, имеют искренность и честность. Если вам это кажется уместным, вы можете поделиться с ним своими чувствами относительно ОСО, при этом не обесценивая его собственных восприятий и интерпретаций. Вы должны убедить его, что способны подходить ко всему, что вам рассказывают, сугубо конфиденциально; он должен быть способен доверять вам в том, что вы не будете рассказывать о его ОСО другим людям без его разрешения. Люди нередко остерегаются рассказывать о чем-то столь необычном и интимном, как ОСО, до тех пор, пока они не уверены, что вы отнесетесь к этому с уважением, и у них будут разумные опасения в отношении того, как воспримут это другие люди, с которыми вы могли бы поделиться полученной информацией.
Самое полезное, что вы можете сделать для человека, испытавшего ОСО, — это внимательно выслушать все, что он захочет вам сказать. Те, кто оказывается выведенным из душевного равновесия этим опытом, обычно чувствуют настоятельную потребность понять его. Они нередко больше расстраиваются, если вы предлагаете им не говорить о нем или если уговариваете их успокоиться. Позвольте человеку, пережившему ОСО, поделиться им и таким способом избавиться от пугающих ощущений. В отличие от галлюцинирующих пациентов, которые могут еще больше выходить из себя, рассказывая о своих страхах и смятении, люди, испытавшие ОСО, обычно чувствуют облегчение, если вы позволяете им стараться найти верные слова для описания пережитого.
Вам следует поощрять человека, испытавшего ОСО, к выражению любых возникавших у него при этом эмоций. Большинство разновидностей ОСО включают в себя очень яркие эмоции, и у пережившего его человека эти необычайно сильные чувства могут сохраняться в течение некоторого времени. Отражайте чувства человека, но не анализируйте их. Обратная связь в форме его собственных описаний и эмоций будет помогать ему разобраться в чувствах, которые вначале могут казаться необъяснимыми, тогда как преждевременный анализ и интерпретация этих эмоций могут лишь усилить боязнь этого человека быть неправильно понятым.
