Ребилло родился в 1931 г. в Детройте (Мичиган). Он получил степень бакалавра философии в университете Детройта и магистерскую степень в области театрального искусства в Мичиганском университете. Много лет его чрезвычайно привлекало театральное искусство — режиссура, актерская игра, работа сценариста, — и его академические исследования помогали ему выявлять и формулировать теоретические и практические аспекты своего увлечения.
Во время военной службы он попал на год в Японию, где он работал в армейской дальневосточной радиосети. Знакомство с эстетически утонченной культурой, обладающей древними традициями, оказало глубокое влияние на его личную жизнь и профессиональную ориентацию. Особенно сильное впечатление на него произвели японские театральные школы Кабуки и Но. После возвращения в США Ребилло включал разнообразные элементы этих восточных театральных искусств в свою собственную работу.
Внезапно его жизнь совершила неожиданный поворот. Ребилло пережил глубокий экзистенциальный перелом, за которым последовало то, что бы мы назвали “духовным кризисом”. Посреди спектакля, где он играл главную роль, его вдруг одолели серьезные сомнения и вопросы относительно смысла его жизни и жизни вообще, и он почувствовал неодолимую потребность предпринять путешествие самооткрытия.
Он оставил театральное искусство и ушел в уединение, где практиковал интенсивную медитацию. Кульминацией этого периода стал двухмесячный эпизод, в ходе которого он переживал глубокие неординарные состояния сознания. Он вышел из этих переживаний с совершенно новым пониманием потенциальных возможностей подлинного театра — его целительной, ритуальной, магической и духовной силы. Этот личный опыт позволил ему по-новому оценить преемственную связь европейского театра с древнегреческой трагедией, с ее очистительным воздействием.
Ребилло чувствовал потребность исследовать переживания, которые столь глубоко преобразили всю его жизнь, и каким-то образом выразить их в своей работе. Эти искания привели его в Эсаленский институт в Биг Суре (Калифорния). Во время своего длительного пребывания здесь он познакомился с Фрицем Перлзом, основателем гештальттерапии, и стал одним из его ближайших и самых преданных учеников. Практика гештальта представляет собой уникальный метод экспириенциальной психотерапии, в котором интенсивное сосредоточение осознавания на эмоциональных и физических процессах, происходящих здесь и теперь, используется для психологической проработки и завершения разнообразных не доведенных до разрешения травмирующих проблем в жизни человека*.
Еще одним влиятельным мыслителем и учителем, с которым Ребилло встретился в Эсалене, был покойный Джозеф Кэмпбелл, считавшийся величайшим в мире специалистом в области мифологии. Книга Кэмпбелла “Герой с тысячью лиц”, в которой описан универсальный миф о путешествии героя, стала для Ребилло чрезвычайно важным источником вдохновения. Основываясь на своем театральном опыте, необычайном музыкальном таланте, личных переживаниях неординарных состояний сознания, а также на знании гештальттерапии и на мифологических открытиях Кэмпбелла, Ребилло создал оригинальную форму терапевтического ритуала, который он назвал “Путешествием героя” и который первоначально предназначался для того, чтобы позволить профессионалам в области психического здоровья заглянуть в мир их пациентов-психотиков.
Нам посчастливилось несколько раз работать с Ребилло, и на нас произвела большое впечатление глубина переживаний и самоисследования, которой достигали участники этой удивительной смеси театра, ритуала, музыки, песен, создания масок, терапии и изысканной формы развлечения. После исследования наших отношений и чувств — к самим себе, нашему дому, работе и тем, кого мы любим, — “Путешествие героя” увлекает нас в наш внутренний мир, чтобы выявить наше героическое “я” и нашего демона. Руководимые им, мы переживаем противостояние этих двух аспектов самих себя, его разрешение и интеграцию. По возвращении к повседневной реальности мы исследуем, как эта внутренняя трансформация изменила наши чувства — к нам самим, нашему дому, работе и близким.
На протяжении многих лет Ребилло проводит такие занятия во всех уголках США и в Европе. Ту же форму он использует и для своих семинаров “Смерть и возрождение”, “Путешествие любовников”, “Овладение тенью” и других. В настоящее время, благодаря щедрой стипендии Лоренса Рокфеллера, он работает над книгой под названием “Путешествие героя”. Она станет учебником для тех, кто хотел бы освоить методы, необходимые для руководства другими людьми в этом удивительном внутреннем приключении.
Я создал методику “Путешествия героя” несколько лет назад, после того как сам пережил духовный кризис. Первоначально она была задумана в качестве возможности для тех, чья профессиональная деятельность связана с помощью другим людям, в упорядоченной форме пережить опыт, напоминающий шизофренический эпизод. Я надеялся, что тогда в своих контактах с людьми, переживающими аналогичные эпизоды, они смогли бы, вдобавок к профессиональной подготовке, руководствоваться своим личным опытом. Я работал с персоналом психиатрической больницы, стараясь научить их, как поддерживать контакт с людьми, пребывающими в экстраординарных пространствах, и как быть достаточно уверенными в себе, чтобы позволять своим пациентам завершать их процесс, не вмешиваясь в него из страха.
Буддисты говорят, что один из основных наших страхов — это страх необычных состояний сознания. Мы боимся их в самих себе и боимся их в других. Справиться с этим фундаментальным страхом можно, пережив необычное состояние сознания в безопасной ситуации, чтобы исследовать, как входить и, самое важное, как выходить из него. Танцевальный транс, дыхательная медитация, определенные виды йоги и методы кружения дервишей — вот лишь некоторые из различных способов произвольно входить в измененные состояния сознания. Лично для меня самым интересным и привычным из них является ритуальная драма. Эта форма ценна тем, что позволяет людям ясно отдавать себе отчет в том, что они могут входить в экстраординарное пространство и выходить из него полностью осознанно.
“Путешествие героя” — это шанс разыграть драму внутреннего преображения так, что она будет обладать упорядоченностью и управляемостью ритуала. Ритуал — это событие, в котором пересекаются вечность и хронологическое время. Благодаря обращению к архетипической структуре и ее отреагированию здесь и теперь, повседневную жизнь индивида озаряет свет вечного. Это создает возможность взаимообмена между двумя измерениями: открываются врата, через которые архетипический мир может входить в жизнь человека, тем самым привнося новую энергию и форму в повседневный мир. В этом взаимопроникновении двух миров и состоит суть ритуальной драмы.
Когда я создавал этот процесс, первым шагом было найти какую-то схему, сюжет, который я мог использовать для построения ритуальной драмы. Такой сюжет четко обрисован в книге Джозефа Кэмпбелла “Герой с тысячью лиц”. Работая вместе с Джоном Перри, Кэмпбелл обнаружил, что многие из элементов, существующих в героической мифологии, по-видимому, встречаются также и в эпизодах шизофрении — быть может, не в тех же самых пропорциях и порядке, но сходные образы действительно возникают. Используя центральную сюжетную линию героического мифа, я задумал процесс, позволяющий провести группу людей через архетип трансформации так, чтобы они затем могли применить этот опыт в собственной жизни. Касается ли изменение дома, отношений, работы или точки зрения, все это, судя по всему, происходит по одной и той же схеме. Многие люди, пережив “Путешествие героя”, пришли к выводу, что знают форму трансформации, так что, когда в их жизни случается та или иная перемена, она больше им не угрожает. Они знают, что она будет происходить в определенной последовательности. У них есть карта.
История
История путешествия героя подчиняется основному сюжету. Герой — это тот, кто услышал зов к приключению и следует этому зову. В общем случае этот человек, мужчина или женщина, достаточно хорошо приспособлен к социокультурной среде, но испытывает тягу к необычному. В какой-то момент эта склонность усиливается, превращаясь в переживание зова. Этот зов может приходить извне в виде приглашения или предложения от другого лица или же принимать форму внутреннего голоса. В любом случае он гласит: “В жизни могло бы быть нечто большее, чем то, чем ты живешь”. Как бы он ни приходил, этот зов глубоко проникает в существо человека и остается там до тех пор, пока не поведет за собой героя или не будет убит тем, кто не последует стремлению своего собственного сердца.
