Серо-свинцовые тучи нашли нас и в отраженном мире. Сиявшее совсем недавно солнышко исчезло, и нам на головы захныкал мелкий дождь. Прохожие мигом исчезли, словно призраки после молитвы, и мы остались в незнакомом городе совсем одни. Хотя нет. Редкие прохожие все же встречались, но спешили скрыться в какой-нибудь лавке, совершенно не желая мокнуть под дождем.
— Смотри! — Я первая заметила дом, над дверью которого красовалось нарядное платье. — Кажется, нам туда!
— Нет, нам туда! — Ник указал совершенно в противоположную сторону, где на скромной вывеске красовались штаны. — Или ты снова хочешь купить платье, которое через день будет рваным и грязным? Стоит ли так бездарно тратить мои деньги?
— Или мои? — Я нахмурилась. После происшествия на сеновале Ника словно подменили. Его ответы стали едкими, обидными, а уж о романтике и вовсе было забыто… Ну и ладно!
— Я пока не видел ни копейки, заработанной тобой. А вот моим потраченным рублям и счет потерял!
— Значит, не считай! — отрезала я, развернулась и направилась к лавке со штанами.
Вскоре я стала обладательницей удобных кожаных штанов, темной рубашки и жилета. Еще Ник разорился мне на мягкие полусапожки, оставив подобревшему лавочнику мои порядком истрепанные туфли и пожеванное платье.
Наконец мы вышли на улицу. Дождь уже перестал, но небо по-прежнему хмурилось, отбивая любое желание пуститься в путь под вечер. К тому же наше средство передвижения сейчас где-то бродило по улицам города, демонстрируя вселенскую обиду.
Я остановилась и настороженно прислушалась. Мне кажется или где-то слышатся голоса? И не двух-трех горожан, нет… Казалось, говорили вразнобой человек двадцать. Шум рос, как снежный ком, катящийся с горы. Вскоре из-за угла вывернула толпа и, не прекращая что-то азартно обсуждать, волной хлынула к нам.
Ник приглушенно ругнулся, задвинул меня за спину и, когда горожане уже готовы были втянуть нас в свой марш-бросок, шагнул вперед и вполне учтиво поинтересовался:
— Почтеннейшие, что случилось? Мы с сестрой — гости вашего города и не хотели бы вмешиваться в ваши проблемы, но если они коснутся нас, то…
— Ну ты наплел! — От толпы разом замолчавших горожан отделился широкоплечий невысокий бородач и приблизился. Словно получив негласный приказ, нас тут же окружили, да так плотно, что сбежать мы бы уже при всем желании не смогли. — Так бы и спросил: чего вы такие радостные, господа кипежчане?
— Ну я примерно так и спросил. — Ник улыбался, не сводя взгляда с заводилы, но глаза его оставались настороженными, а пальцы правой руки скрылись под полой плаща, наверняка уже сжимая рукоять меча.
Но бородач этого, казалось, не замечал и благодушно пробурчал:
— Да ладно, чужеземец. Поведаю тебе о нашей радости. В такой радостный день хочется, чтобы вместе с нами радовались все! — Он оглядел улыбающихся демонстрантов и хлопнул Ника по плечу. — Сегодня день великого избавления! Долгих пять лет нас изводил непомерной данью Змей Подгорный. Откуда взялся, не знаю, скорее всего, гнездо у него неподалеку. Так вот. Поначалу он охотился на наши стада, а после и вовсе оборзел! Выставил требования — давать ему по одной животине раз в месяц, или он будет потрошить обозы с продуктами из внешнего мира. К сожалению, всем известно, что двери сквозь миры находятся аккурат у ворот городской стены.
— И сегодня вы его убили? — догадливо покивал Ник. Больше не стискивая рукоять меча, он заинтересованно скрестил руки на груди и озадаченно оглядел разом загалдевших горожан.
— Ага, как же!
— Последнюю достопримечательность…
— Убить!
— Вы в своем уме?!
Пытаясь утихомирить народ, Ник вскинул руки:
— Тихо-тихо! Виноват, сделал неправильные выводы… — И кивнул ведущему рассказ мужчине: — Продолжай, уважаемый.
— Завтра день нашей дани, и сегодня боже ниспослал нам подарочек. Животину для пожертвования. Свою-то жалко! А тут чья-то приблуда. К тому же забавная такая. Говорящая. Так что на месяц мы в покое! А то глядишь, змеюка и жрать конягу не будет, пока не наговорится, а это месяца два-три в запас упадет!
— Говорящая и смешная? — Ник бросил на меня быстрый взгляд.
Я в ужасе зажала себе рот ладонью. Неужели наш Борька влип?!
— Ага. Как давай нам проповеди читать… О вреде равнодушия… — подтвердил мои опасения рассказчик.
— Жеребец? Рыжий? — уточнил Ник и едва не застонал, когда все вокруг закивали.
— А откуда вы знаете? — запоздало насторожилась протиснувшая к нам поближе девчушка лет пятнадцати.
Все нахмурились и в ожидании ответа снова подозрительно уставились на нас.
— Сон мне приснился про рыжего жеребца, — не моргнув глазом соврал Ник. — Да будто никакая это не лошадь, а пророк господень.
— Ну… сон и явь вещи разные… — заворчали горожане, не желая расставаться с добычей.
— Где доказательства?
— Видели мы таких предсказателей…
— Не верим!
— Ну не верите, и бесы с вами! — нагло заявил Ник, будто невзначай снова берясь за рукоять меча. — Вам же тогда принимать божественную кару за ваше неверие!
Толпа испуганно шарахнулась от него и стала истово креститься. Никита, чтобы закрепить результат, перехватил меч за лезвие, вознес над нами крестовину и с видом мученика заявил:
— Покаявшийся — да не убоится греха. Ладно уж, не впервой мне вашего брата выручать от беды неминучей. Отдайте мне жеребца, и я отведу от вас гнев божий.
Но вместо того, чтобы обрадоваться, горожане растерянно заоглядывались.
— Э-э-э… — развел руками словоохотливый мужичок. — Мы бы с радостью, коль так, но жеребца-то нету.
— Как «нету»? — не выдержала я и, вынырнув из-за спины Ника, вцепилась в вышитый ворот его малинового кафтана. — Как это «нету»? Куда вы дели моего Борьку?!
Мужик от такого и вовсе замер столбом, только издавая нечленораздельные звуки:
— А-а-а… Э-э-э… Ну-у…
Его выручил сухонький старичок. Активно работая локтями, он выпал к нам из расступившейся толпы и прошамкал:
— Дык отвели вашего длинногривого пророка к норе Змеевой. Привязали на цепку, чтобы не сразу Змей его схарчил. Вот оттуда и возвращаемся!
— А Змей? Вы его видели? — подобрался Ник.
— Не. Или спит, или где летает. Одним словом — зверюга. Он все больше ночью хозяйничает.
— Отведите нас к норе и можете уходить. Мы со Змеем сами договоримся, — решил Никита и оглядел горожан.
Но те не спешили соглашаться. Переглядываясь, они словно выискивали того, кто смог бы отвести странных чудиков на верную смерть, выразительно поглядывая на темнеющее вечернее небо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
