Она вытерла окровавленный нос, поправила волосы и блузку, запачканную кровью. Исчезновение Эмили крайне угнетало ее. Джейн дорого дала бы за то, чтобы понять, где враг. Она давно знала, что нет ничего хуже неопределенности, и теперь испытала это на собственной шкуре.
Джейн задумалась. Эмили была здесь несколько минут назад. Значит, она и сейчас в пределах досягаемости. Джейн снова огляделась. Ничего! Черт побери, что же это такое? Куда она делась? Чертовщина какая-то! Где можно спрятаться в пустыне?
Развернув машину, Джейн проехала вперед, внимательно осматривая окрестности, потом повернула назад и до рези в глазах вглядывалась в безжизненное море песка. Свернув с шоссе, она кружила по песку возле того места, где, по ее предположениям, могла находиться Эмили. Джейн обследовала каждый кактус, каждый камень, за которым не удалось бы спрятаться даже ящерице, и в отчаянии вернулась на шоссе.
Солнце стояло почти в зените и палило так нещадно, что, казалось, ничто живое не выдержит такого пекла. Джейн то и дело вытирала мокрое от пота лицо, но это не приносило облегчения, поскольку пот впитывался в обгоревшую кожу и вызывал нестерпимый зуд. Взглянув на термометр, она ужаснулась. Если простоять здесь хотя бы час, мотор этой старой развалюхи не выдержит перегрева и тогда все ее надежды отыскать свои денежки рухнут.
Правда, развязка может наступить еще раньше. Весь этот безумный день Джейн изнывала от жары, поэтому сейчас больше всего боялась потерять сознание. Надо немедленно выпить чего-нибудь прохладительного и подлезть под кондиционер.
«Впрочем, Эмили Шоу тоже нужен отдых, — злорадно подумала она, все еще осматриваясь по сторонам. — Сейчас только мысль о том, что Эмили еще хуже, поддержит меня. И вообще, зачем сидеть в этой парилке и напрягать глаза, если сама природа позаботится об этой сучке? Почему я должна страдать от жары, чтобы облегчить Эмили смертные муки? Сейчас мне нужно подумать о том, как поскорее найти мерзавца Керри и вернуть деньги. А Эмили пусть изжарится на этой дьявольской сковородке. Она сама во всем виновата. Нечего было устраивать эту ковбойскую сцену с захватом пистолета. Лучше бы спокойно добралась до своего дома и помогла мне отыскать деньги. Ну что ж, вольному воля. Пусть коротает время с койотами и всякой прочей мерзостью, которой пруд пруди в этом проклятом месте».
Убедившись в разумности принятого решения, Джейн утопила педаль газа и помчалась на запад. Сегодня ночью, когда эта несчастная дура Эмили будет корчиться в предсмертных судорогах в забытой Богом пустыне, она с наслаждением растянется на свежей простыне в прохладной комнате, попивая холодное шардонне.
— Я непременно произнесу тост за твое здоровье, Эмили Шоу, — весело пробормотала Джейн. Ветер врывался в салон машины, навевая приятные мысли о благах цивилизации. — Впрочем, я готова произнести тост и за аппетит кровожадных степных стервятников, — добавила она, с удовольствием воображая, как хищники терзают Эмили.
С трудом протиснувшись в грязную, заполненную зловонной жижей дренажную трубу, Эмили ощутила признаки приближающегося обморока. Она едва дышала, и теперь ей грозила мучительная смерть от удушья. Словно в подтверждение этой мысли, Эмили увидела истлевшие останки каких-то зверюшек, которых тоже угораздило забиться сюда. Вот так и она останется здесь навсегда, а когда-нибудь ее труп найдут местные строители.
Эмили попыталась пошевелиться, но это ей не удалось. Так и клаустрофобию можно заработать, а заодно и змеефобию, койотофобию и все прочие фобии. Впрочем, какая разница? Все равно придется подохнуть здесь, так что фобии ей уже не угрожают.
В другое, более благоприятное время Эмили с интересом поразмыслила бы об истоках своих многочисленных фобий, но сейчас приходилось думать о другом. Главное — собраться с духом, сконцентрировать всю свою волю и постараться выжить любой ценой. А потом выползти из этой вонючей трубы. Но когда именно? И как она может узнать, уехала ли Джейн?
Эмили слегка выпрямила руки и прислушалась. Мертвая тишина. Некоторое время назад ей показалось, что земля слегка вибрирует, будто старый «мустанг» стоит прямо над головой с работающим двигателем. Но потом все затихло, и сейчас она ничего не слышала. Значит, Джейн схитрила и выключила мотор, надеясь выследить свою жертву.
Эмили приподняла голову и посмотрела вперед. Свет едва пробивался в гнусную трубу. Хуже всего было то, что в этой темной душегубке она совершенно утратила чувство времени, поэтому не знала, давно ли находится здесь, хотя ей казалось, что прошло уже несколько часов. Пару раз Эмили послышался громкий голос Джейн, окликающей ее. Залезая в трубу, Эмили надеялась спрятаться, но потом подумала, что Джейн, выстрелив несколько раз в трубу, покончит с ней навсегда.
Но может, Джейн не станет искать или не догадается, что она залезла в эту вонючую дыру? Впрочем, не все ли равно? Даже выбравшись отсюда, она погибнет от жары и жажды. Вот разве что какая-нибудь машина подберет ее и доставит в город или поселок.
Так или иначе, нужно выбираться отсюда поскорее. Она должна добраться домой, иначе Джейн найдет Керри и пристрелит его. Теперь Эмили не сомневалась в том, что эта женщина способна на все.
Собравшись с силами, Эмили попыталась выползти. Однако не тут-то было. Грязь словно засасывала ее. Тогда она двинулась в другую сторону, туда, где виднелась узкая полоска дневного света. Эмили ползла, как змея, извиваясь всем телом, отталкиваясь плечами от грязных стенок трубы. Дыхание стало прерывистым и тяжелым. Эмили почти теряла сознание. Еще немного… еще несколько движений… еще пару метров вперед…
Наконец она с наслаждением вдохнула чистый воздух. Неужели нужно оказаться в вонючей трубе, чтобы испытать блаженство от самых простых и доступных вещей?
Эмили отгребла от себя зловонный мусор и осторожно выглянула наружу. Солнце тотчас ослепило ее. Она решила подождать, пока глаза привыкнут к яркому свету. Эмили настороженно прислушалась. Тишину нарушали лишь жужжание мух и стрекот насекомых.
Превозмогая нечеловеческую усталость, Эмили выползла из трубы, поднялась на ноги, оглядела шоссе и с облегчением вздохнула.
— Господи, благодарю тебя за помощь и поддержку, — прошептала она пересохшими от жажды губами. — Ты всегда был добр ко мне и милостив. Никогда не забуду того, что ты сделал для меня. — Эмили стряхнула паутину с грязной одежды. Вот если бы Бог послал ей немного воды… нет, не воды, а какую-нибудь машину, чтобы она могла добраться до ближайшего населенного пункта.
