эти два месяца, а Тоха мне не рассказывал. Васян развелся и сейчас вовсю наверстывает упущенные радости холостяцкой жизни. Поэтому в випке собралась большая компания. Пятеро мужчин и столько же девушек. Рыженькая, зеленоглазая девушка недвусмысленно улыбается и стреляет глазками. Она очень даже ничего. В другой ситуации я бы повелся. Во мне множество недостатков, но в вопросах верности я принципиален.
Я никогда не изменял будучи в отношениях. Даже тем своим любовницам, с которыми планировал расстаться. Тем более я не стану этого делать, будучи женатым. На Рите. Она сейчас дома, наверняка уже спит. Нежная, красивая и голая. По крайней мере я отправил ей сообщение, чтобы ложилась спать только в таком виде. А еще подробно описал как буду ее будить, и каким именно образом не буду давать спать еще несколько часов.
Самому от себя смешно. Я шлю похотливые смски. Я!
— Эй, Хьюстон вызывает базу, прием! Сукин ты сын, Костян, сто лет с тобой не виделись, а ты что есть, что тебя нет — один хрен, — возмущается Саня.
— Че, Ритка строит? Домой зовет? Эти бабы они такие. А на свадьбе вся такая ромашка безобидная была. Все они суки и стервы! — морщится Вася.
— Э-э-й, — обидчиво тянут девушки. Волна гнева разливается внутри стремительно и ядовито, но одергиваю себя. Это же Вася. Самый добрый человек на свете. Серьезно, его доброта и пацифизм порой сродни тупости, за это и поплатился. С женой они расстались паршиво.
Да и знаю я каково быть на его месте. У меня у самого патологическое недоверие к женщинам не развилось на ровном месте. Моя бывшая жена преподнесла мне самый ценный и незабываемый урок.
В клубе я пробыл еще около трех часов и все это время отрабатывал звание друга. Пил и веселил всю компанию рассказами о том, какой Васян замечательный человек и товарищ. Оказалось вспомнить было что. Пару раз мы с ним делили койку в вытрезвителе, один раз оба лопухнулись попав на удочку мошенникам, потеряв по сотке зеленых каждый. В итоге месяц сидели на дошираке, пока этих бессмертных не нашли люди моего отца и не вытрясли все с компенсацией. Хотя в школе мы с ним не ладили. Он был этаким хорошим парнем, в бабочке и очках, а я и Антоха были угрюмыми задирами. Но мы стали дружбанами после того, как подрались из-за Веры Косициной, которая мне даже не нравилась, просто она была самой красивой девочкой в школе.
Время с друзьями пролетело быстро и весело. Оказывается мне действительно нужно было выпить и расслабиться. Эти два месяца тяжело дались не только Рите, но и мне. Вся эта ситуация истощила все мои энергоресурсы, буквально выпотрошила меня. Физически и эмоционально.
И все же мне не терпелось оказаться дома, в спальне. Навалиться на Риту и трахать, трахать, трахать. Я был достаточно терпелив и нежен. Настал мой черед.
— Давай, Леха, гони! Если окажемся дома через полчаса — выпишу премию, — мой водитель ухмыляется и качает головой. Не настолько он глуп, чтобы рисковать нашими жизнями ради бабла.
И все же добираемся мы быстро. Сверяюсь со временем и ухмыляюсь. Доехали за 27 минут.
— Просто поздно уже, дороги пусты, — спешит объясниться Леха.
— Будет тебе премия, в двойном размере, — отмахиваюсь.
Дома тихо, и впервые за это время приходит осознание, что теперь он не только мой. В постели меня ждет красавица жена, а в скором времени я надеюсь в нем появится ребенок, а потом еще один и может даже на третьего сподобимся.
Не вовремя просыпается совесть, которая напоминает мне о том для чего я женился и как цинично использую Риту в своих целях. На свадьбе я обещал, что наш брак будет счастливым, но не обещал ей, что это навсегда.
Смачно выругавшись затыкаю голос совести. Пошло все на хер. Проблемы нужно решать по мере наступления. До развода еще дожить надо.
Войдя в спальню вижу Риту. Спит. Смешно раскинув руки и ноги. Раздеваясь даже не пытаюсь быть тихим, все равно сейчас проснется. Алкоголь лишь расслабил, снял усталость и напряжение, физически я трезв и готов растерзать свою девочку.
Скинув с нее одеяло, мысленно хвалю ее. Хорошая девочка, послушная, голенькая, как я и приказал. Нетерпеливо расталкиваю ее ноги шире, отчего Рита причмокивает губами и что-то невнятно бубнит. Наваливаюсь на нее лишь, слегка опираясь на локти, чтобы не раздавить, но при этом максимально чувствовать мягкость и податливость ее тела.
Целую шею и вгрызаюсь в губы, сминаю, то ее грудь, то бедра.
— М-м-м, Костя, — стонет она сонно, но отвечает, моментально включаясь в игру. Она на редкость чувствительна и отзывчива, ласкать ее, пробуждая в ней похоть это особое удовольствие. Протяжно стонет и выгибается, когда втягиваю в рот сосок, гладит меня по спине и плечам, зарывается пальцами в мои волосы. Мне одновременно хочется просто лежать на ней урчать, как довольный кот, наслаждаясь ее лаской и в то же время желание вогнать в нее член до упора становится невыносимым. Рычу, потираясь о ее плоть, которая уже сочится. Для меня.
— Я тут подумала, — вдруг заговорила, — ты мне кое-что должен.
— И что же? — даже замираю от удивления. Она немного мнется, ее пальчики мягко поглаживают мою кожу.
— Свидание, — бурчит она, — у нас ни разу не было нормального свидания. — ее ответ лишь усиливает мое удивление. Господи, всего-то.
— Будет тебе свидание, сколько захочешь и где захочешь, — возбужденно шепчу, закидывая одну ее ногу на сгиб локтя и вхожу в нее резко и глубоко. Да, блть! Вот так! Вот где хорошо, — проносится восторженный рев в моей голове.
37
Рита
— Ты сегодня рано, — улыбаюсь при виде своего безумно сексуального мужа. — Сейчас накрою на стол.
Лицо Кости привычно беспристрастное, но слегка сощуренные глаза говорят о недовольстве. Сканирует меня цепким взглядом и просто кивает. Пока Костя уходит переодеваться, я бегу на кухню, быстро разогреваю в духовке мясо и гарнир. Салат к счастью нарезала заранее. Едва заканчиваю сервировать стол, как появляется Костя. Молча занимает свое место, даже не смотрит на меня.
Его хмурое лицо предвещает долгую ночь. Злость от неприятностей на работе Костя выплескивает всегда на мне, долго и мучительно истязая в постели. От этой мысли низ живота наливается приятной тяжестью. Господи, какой ужас! Костя превратил меня в нимфоманку.
— Как прошел твой день? — спрашиваю непринужденно, садясь за стол, а сама сжимаю ноги, чтобы унять пульсацию между ног.
— У меня продуктивно. А у
