из вагона. Женщина вернулась вся в слезах.
— Что я скажу мужу? — произнесла она и снова горько зарыдала. — Да, я буквально задремала…. Что же ты дочка его не остановила?
Нина промолчала, ей не хотелось оправдываться перед этой женщиной. Паровоз пронзительно засвистел. Пуля ударила в окно чуть выше головы девушки, угодив лежавшему на верхней полке мужчине в голову. Она посмотрела в окно. Вдоль поезда мчалась группа коников, стреляя по вагонам из револьверов и обрезов.
— Бандиты! — закричал кто-то из пассажиров, вызвав этим криком настоящую панику.
Пассажиры стали вскакивать со своих мест и бросились к выходу из вагонов. Паровоз опять загудел, в этот раз его гудок больше напоминал стон больного человека. Состав дернулся и стал тормозить. Многие пассажиры не удержались на ногах и словно кули повалились на пол. Где-то рядом захлопали выстрелы. Нину подхватил людской поток и понес ее к выходу.
— Что у тебя в бауле? — спросил ее мужчина в надвинутой почти на глаза папахе. — Открывай, вытряхивай!
Он нагнулся и стволом револьвера стал рассматривать ее вещи.
— Вот это оставь, а остальное можешь складывать обратно, — приказал он ей.
Девушка, молча, выполнила его команду. Сложив вещи в баул, она направилась в сторону вагона. Она направилась обратно в сторону вагона, обходя стороной разбросанные на земле вещи: белье, какие-то не совсем понятные ей вещи. Кругом стояли крики, кто-то кричал, требуя отдать баул или чемодан, другие кричали и умоляли бандитов не отбирать у них последнее. То тут, то там слышались выстрелы. Неожиданно Нину остановил голос мужчины, который подъехал к ней на коне.
— Поехали со мной, красавица! Не пожалеешь, — предложил он ей. — У меня большой дом, крепкое хозяйство. Заведем детей….
Нина посмотрела на него, отметив про себя, что он внешне выглядит неплохо. Ему было лет двадцать пять, хорошо сложен. Из-под кубанки выбивался русая прядь волос. Она улыбнулась ему, так была несколько удивлена столь неожиданному для нее приглашению.
— А что у столь гарного хлопца нет дивчины? Есть все, кроме дивчины?
— Ты права, дивчина. У меня есть все, а вот любимой нет.
— Неужели влюбился? Впервые увидел и влюбился?
— Да. А разве так не бывает в жизни?
— Может и бывает. Простите, хлопец, но не могу. У меня мать больная в Киеве…
Всадник улыбнулся. У него оказалось очень красивая и обворожительная улыбка.
— А если я вас сейчас украду, — произнес он, гарцуя рядом с Ниной.
— Степан! Иди же помогай укладывать вещи. Хватит обхаживать барышень!
Он еще раз улыбнулся, девушке и, стеганув плеткой коня, помчался в сторону, где человек десять укладывали на подводы, отобранные у пассажиров вещи. Нина зашагала быстрее, так была напугана словами этого молодого красивого бандита. Она забралась в вагон и села возле окна, наблюдая, как бандиты продолжали обирать пассажиров поезда. Одна из женщин схватила за край мешка, стараясь вырвать его из цепких рук бандита. Тот поднял револьвер и выстрелил женщине в лицо.
«Что делается на белом свете, — подумала она. — Когда это все закончится?»
Поезд еще простоял на перегоне минут сорок, а затем словно проснувшись, протяжно загудел. Звонко ударились чугунные буфера, поезд дернулся и стал медленно набирать скорость.
***
Отряд поручика Варшавского тихо вошел в село. Он еще утром от разведчиков узнал, что в населенном пункте остановилась небольшая часть красноармейцев из подразделения особого назначения, которая занималась продразверсткой. Задача красноармейцев была довольно простой это изъять из крестьянских запасов излишки зерна. Крестьяне хорошо знали, что красноармейцы забирали все зерно, что находилось в крестьянских амбарах и поэтому, многие из них предпочитали сгноить зерно в ямах, чем отдать его советской власти. Отряд у Варшавского был небольшим все-то в тридцать сабель. Это позволяло ему наносить колющие точные удары по таким же небольшим красным гарнизонам.
Евгений стоял около коня, держа его под уздцы, ожидая сигнала разведчиков, которые выдвинулись в сторону села около часа назад. К нему подскакал казак и вскинул руку для приветствия.
— Ваше благородие! Все тихо, часовые сняты.
Он вскочил на коня и громко скомандовал:
— По коням!
Выхватив из ножен шашку, Варшавский первым ворвался в село. Где-то совсем рядом хлопнул выстрел, затем второй, скоро все это превратилось в настоящие звуки боя, которые перемещались к центру села. Из-за забора, держа винтовку в руках, выскочил красноармеец в белом нательном белье. Увидев конника, он поднял винтовку и выстрелил в него. Пуля просвистела рядом с ухом Евгения. Он хотел еще раз выстрелить, но удар шашки поручика расколол его голову, словно спелый арбуз. Красноармеец схватился за голову и повалился на землю.
Красноармейцы засели в доме, который раньше принадлежал приказчику помещика Семенчука и, установив пулемет, не давали возможности атаковать их в лоб.
— Степан! — подозвал Варшавский казака, который лежал у плетня и вел огонь из карабина по окнам дома. — Нужно запалить дом, а иначе мы их оттуда не выбьем.
— Есть поджечь дом, — ответил казак и пополз в сторону дома.
Пулеметная очередь легла в метре от его головы.
— Огонь по окнам! — скомандовал Евгений и несколько раз выстрелил в окно, из которого бил пулемет. На какой-то момент огонь красных ослабел, и это позволило Степану преодолеть еще несколько метров. Пулемет красных словно проснулся и новая очередь, подняв дорожную пыль, легла впереди, ползущего к дому казака.
На востоке заалела заря. Где-то на окраине село закричал полусонный петух. Из окон дома вырвалась вспышка, а затем прогремел взрыв. Это Степан бросил гранату в открытое окно дома. Варшавский и несколько его человек бросились к дому. Вскоре все было кончено. Пленных отряд не брал.
— Молодец, Степан! — поблагодарил его Евгений. — А сейчас, передай сельчанам, пусть забирают обратно хлеб.
Минут через тридцать отряд покинул село. Варшавский оглянулся назад. Над селом стоял черный столб дыма. Это горел дом помещика Семенчука, подожженный кем-то из его казаков. Евгений хорошо понимал, что его очередная акция вызовет очередную попытку красных уничтожить его отряд. Так оно и случилось.
….. Катерина Игнатьевна нервно бросила трубку на рычаг телефона, услышав об очередной акции поручика Варшавского. Открыв дверь, она громко выкрикнула фамилию вестового, которого не оказалось на месте. Через минуту, вестовой буквально влетел в кабинет.
— Срочно найди начальника ВЧК и командира полка. Через полчаса я жду их у себя в кабинете.
Вскоре началось совещание. Катерина Игнатьевна стала отчитывать начальника ВЧК в том, что тот не в состоянии уничтожить белогвардейский отряд поручика Варшавского.
— Мне только что сообщили, что банда Варшавского совершила налет на село Мальцево. Весь наш отряд, направленный туда для выполнения плана продразверстки погиб.
