— Наш призрак, — проговорил Синддл и повернулся к реке.
— Нет, что-то другое. Я ее разглядел. Женщину, одетую в мужской костюм.
— Да, призраки принимают разное обличье. Я видел ее уже дважды. В каменном лесу она появилась над поверхностью воды — помнишь, мы еще решили, что это рыба плещется? Потом у северного моста. Она возникла, когда мы проплывали под пролетом. И всякий раз она становится все реальнее.
— Кто она такая? — жалобным голосом спросил Тэм. — Или что она такое?
Синддл покачал головой и снова бросил взгляд на реку:
— Я не знаю и боюсь строить догадки. Надеюсь, она не желает нам зла.
— Лучше уж пусть за нами гоняются люди с оружием в руках, чем призраки, — заявил Тэм.
— Твои слова разумнее, чем может показаться, — быстро сказал Синддл. — Хотя я не думаю, что она призрак. Она принадлежит реке, прозрачна, как вода, и отражает только краски окружающего мира — небо и берег.
— Но чего она хотела от Бэйори?
— Полагаю, вылечить его.
— Зачем?
Синддл присел около Бэйори и накрыл одеялом его раненое плечо, замерев на мгновение, чтобы послушать его дыхание.
— Понятия не имею, Тэм. Ты задаешь мне вопросы, словно я что-то знаю про Зеленые Источники. Мне же почти ничего не известно. Мне не удалось услышать ни одной истории, объясняющей появление нашего призрака. Почему-то я уверен, что и не удастся. — Синддл потрогал лоб Бэйори, а потом поднялся и еще некоторое время смотрел на мирно спящего великана из Долины. — Как мы оказались на никому не известной реке? Почему в темноте налетели на Болтливый Камень, а не попали в стремнину, где нас прикончило бы быстрое течение? Про Зеленые Источники рассказывают массу странных вещей, Тэм. И мы не первые, кому довелось увидеть, как из воды появляется дух.
— А ты когда-нибудь слышал о духе, который вышел из реки, чтобы исцелить раненого человека?
Синддл посмотрел на Тэма своими загадочными черными глазами:
— Не слышал.
Тэм взглянул на Бэйори.
— Может быть, следует считать, что нам повезло, и ни о чем не беспокоиться. — Он снова посмотрел на Синддла. — Но ты так не думаешь, верно?
— Посмотрим, куда вынесет нас река, — ответил фаэль.
— Ну, куда-нибудь она нас обязательно вынесет. Другого пути до Песчаной Пустоши нет. Не думаю, что мне следует говорить Бэйори или Финнолу о том, что я видел. Бэйори нужно поправляться, лишние волнения ему ни к чему, а мир Финнола и без того пережил достаточно потрясений.
— Мир Финнола… — повторил собиратель преданий. — Он должен понять, что мир не определяется тем, над чем он может смеяться, а над чем — нет. Но ты прав, Бэйори не стоит зря волновать, а Финнол… очень скоро мир сам покажется ему в своей полной красе.
Бэйори повернулся на бок и что-то тихо прошептал, сбросив одеяла. Тэм наклонился и накрыл его снова.
Бэйори открыл глаза.
— Где я? — едва слышно спросил он.
— Ты с нами, на берегу реки Уиннд, — ответил Тэм. — Лихорадка отступила. Ты чувствуешь?
— Я стоял у Врат Смерти, — простонал Бэйори. — Призрачная женщина хотела заключить со мной сделку, но я отказался. Ворота открылись, и я почувствовал, как меня подхватили чьи-то холодные руки.
Тэм решил, что они, возможно, рано радовались и Бэйори бредит.
— Ты не у Врат Смерти, Бэйори. Ты поправляешься. Красное дерево и ива сделали свое дело. Спи, и пусть тебе приснится дом. И как ты плаваешь по озерам. Мы за тобой присмотрим и прогоним призраков, которые захотят прийти за тобой.
Бэйори кивнул и закрыл глаза. Его дыхание стало ровным и глубоким, голова чуть склонилась набок.
Тэм посмотрел на Синддла, который, повернувшись к реке, быстро нарисовал в воздухе знак, защищающий от злых духов. Затем фаэль вытащил меч и встал на колени рядом с Бэйори.
— Я должен понести наказание за то, что уснул на посту. Иди отдыхай, Тэм. Я покараулю Бэйори. Смерть его не заберет, — сказал он и сжал рукоять меча, как будто простое оружие могло остановить смерть.
ГЛАВА 20
На следующий день Бэйори чувствовал страшную слабость и еще страдал от боли, но рана начала затягиваться и выглядела гораздо лучше. Финнол без конца благодарил Синддла за то, что он принес листья красного дерева и кору ивы, но тот только пожимал плечами, словно хотел сказать, что он тут ни при чем.
На четвертый день Бэйори выбрался из своего одеяла и сел, жмурясь от яркого солнца.
— Неужели у нас даже жареной рыбы нет? — спросил он. — Синддл, где зелень и дикие грибы, приготовлением которых так славятся фаэли? Я умру от голода, если и дальше будет так продолжаться.
Его спутники посмотрели на него, потом переглянулись и впервые за несколько дней заулыбались. Развели костер и наловили рыбы в реке. Синддл отправился в лес и вскоре вернулся с добычей — принес разные травы, малину, ведьмины чепцы и такую громадную лунную веснушку, каких ребятам из Долины еще видеть не приходилось.
В честь выздоровления Бэйори устроили настоящий пир на берегу реки Уиннд. Все знали, что его рука еще некоторое время будет бесполезна, но разве это имеет значение, когда он остался в живых? Финнол тоже практически поправился после своего ранения и мог в случае необходимости недолго грести.
Они потеряли за последние несколько дней две пары весел. Под руководством Бэйори Тэм взял топор и смастерил новые.
На шестой день они снова двинулись в путь. Бэйори улыбался, несмотря на то, что его раненая рука была надежно привязана к боку. Боль не ушла совсем, но стала вполне сносной, по крайней мере для Бэйори, который, как казалось Тэму, терпеливее их всех. Впрочем, несмотря на радость в глазах, он оставался подавленным. Тэм не сомневался, что визит к Вратам Смерти ни для кого не проходит даром.
— Я больше никогда не смогу смотреть на реку прежними глазами, — сказал Финнол. — Представляете, если вдруг дорога от моего дома к дому Бэйори повернет и выведет меня совсем в другое место — например, к Тэму или за пределы Долины, хотя это совсем не близкий путь. — Финнол забросил удочку за борт, хотя и не особенно рассчитывал что-нибудь поймать. — Что это за мир такой, в котором ни в чем нельзя быть уверенным, глядишь, а знакомые вещи изменились и стали совсем чужими! Утром дорога идет в Дингл, а вечером уже в Парт! А если мы сейчас направляемся не на север, а на юг?
— Как только доберемся до Песчаной Пустоши, Финнол, — сказал Бэйори, — мы оставим эту проклятую реку и поедем по дороге, которая, насколько мне известно, ведет только в одно место — в Долину.
Финнол поднял глаза от удочки, движение получилось быстрым, точно у испуганной неожиданным шумом вороны.
— Возможно, на свете существуют гораздо более страшные веши, чем река, которой нельзя доверять, — пробормотал он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
