она решила докопаться до меня.
— Чаво сидишь тут?
— Знакомую жду, — вежливо отозвалась я, пряча планшет в сумку.
— Это какую такую знакомую? — ворчливо поинтересовалась она.
— Валерию. Мы договорились о встрече, а она трубку не берет, и дома никого нет.
— Так-то ж Лерка. Безалаберная особа. Наобещает с три короба и шиш тебе, — плюнула добрая бабулька.
Судя по всему, эта Лера чем-то ей насолила. Я решила поддержать престарелую даму.
— Ой, и не говорите. Совсем ненадёжная девушка. Мы договорились, что она мне сегодня конспекты передаст, а дома никого нет.
— Чай ты для студентки старовата, — подозрительно прищурилась она.
— Так-то не себе, сестрёнке младшей. У нее завтра экзамен, готовится, вот и попросила меня съездить, — вздохнула я. — Уже час жду, а Леры все нет.
— Так ее уже неделю нет, — радостно оповестила бабушка.
— Как? У нее же экзамены сейчас.
— А когда ей дело до учебы было? Профурсетка, тьфу.
— Как же мне быть? — растерялась я. — Может, вы знаете, куда она могла подеваться?
— И знать не желаю, — отрезала старушка. — Без нее хоть тишина теперь.
— Пожалуйста, подумайте, она мне очень нужна, — взмолилась я.
— Очень? — прищурилась старушка.
— Вы даже не представляете как.
— Может я и могла бы вспомнить, но память уже не та. Говорят, на работу мозга хорошо сладкое влияет. А где ж его взять, пенсии нынче и на молоко не хватает.
Я мысленно ухмыльнулась. Ай да бабуля.
— Понимаю. Я сейчас вернусь, — вскочила я. — А вы пока что чайник ставьте. Только скажите, из какой вы квартиры.
— Так из соседней. Потому и радуюсь, что Лерка дома не показывается, хоть тихо стало.
Я выбежала на улицу и огляделась по сторонам в поисках магазина. Как так, то они на каждом углу, а как надо ни одного не видно. Я остановила прохожего, который подсказал мне, где находится ближайший магазин и рванула в ту сторону. В кошельке было не много денег, но я решила не скупиться. Купила бисквитный торт, большую коробку конфет, зефир в шоколаде и килограммовую коробку печенья ассорти.
В дверь к старушке я звонила с туго набитым пакетом. Дверь распахнулась моментально.
— Обувь снимай. У меня полы помыты, — велела пенсионерка.
Я оглядела слой пыли, покрывающий пол ровным слоем, но решила не спорить. Очевидно, у бабушки плохо со зрением и ей кажется, что ее квартира стерильна. Пусть будет так. Жаль только, что я надела сегодня белые носки с очень забавным принтом. Носочки мне очень понравились и я не пожалела за них денег, на которые можно было купить несколько обычных пар. Теперь придется их выбросить. С такой грязью даже стиральная машина не справиться.
— Тапки можешь взять в обувнице, — сжалилась надо мной старушка.
Я посмотрела на две засаленные тапочки и из двух зол выбрала меньшее. Всё-таки носочки было жаль, а после тапок они хоть выживут.
Пока я возилась в коридоре. Бабуля уже разобрала пакет и в предвкушении причмокивала губами.
— Чай будешь? — любезно спросила она.
Я согласно кивнула. Видимо гостинцы пришлись ей по душе. Она щедро налила заварку в кружки и придвинула одну мне.
— Так вы знаете, где может быть Лера? — спросила я, пока она отрезала себе большой кусок торта.
— Меня Степанидой Андреевной кличут. А Лерка бесшабашная уже неделю здесь не показывается. Как умотала с хахалем на очередную тусовку, так и гуляет до сих пор.
— А родители не волнуются? — нахмурилась я.
— Так у нее нема никого, — пробормотала бабуля с набитым ртом.
Мне она торт так и не предложила. Хотя я и сама не собиралась его есть, но предложить то можно было.
— Откуда вы знаете, что у нее нет родителей?
— Так она сама мне и сказала. Рассказать?
— Да, — охотно кивнула я, пока Степанида Андреевна не передумала.
Ночью, устав от доносящихся стонов из-за стенки, которая разделяла две квартиры, Степанида Андреевна, пыхтя от злости, пошла, колотить в соседнюю дверь. На стук вышла Лера в наспех накинутом кружевом халатике.
— Сколько я еще буду слушать ваши прелюбодеяния? — взревела старушка.
— Уши заткните и не слушайте, — схамила наглая девица.
— Вот приедут к тебе родители, я им расскажу, какую они дочь воспитали.
— Да, пожалуйста, как найдете их, можете пообщаться, мне плевать, — хохотнула девушка.
— Что значит, найдете? — удивилась соседка.
— Сирота я. Воспитывало меня государство, — ухмыльнулась Лера. — Так что за воспитание благодарите не родителей.
И хлопнула дверью так, что за окном взвыла сигнализация на машине. Степанида Андреевна вернулась к себе, так и не разобравшись с наглой Лерой.
— Так что волноваться о ней некому, вот и кутит девица, — подвела итог пенсионерка.
Ох, не нравится мне эта история.
— А вы не помните, когда точно исчезла Лера?
— Так в субботу. Укатила с хахалем на такси и всё.
— А в субботу какую, позавчера или неделей раньше? — уточнила я, уже зная ответ.
— Раньше которая, — кивнула Степанида Андреевна.
— И больше она тут не появлялась?
— Верно.
— Скажите, а этот хахаль, вы его раньше видели? Может, знаете, как его зовут? — в надежде спросила я.
— Первый раз он тут был, но звать его знаю как. Лерка его громко окликнула, — важно произнесла бабулька.
— Как? Как его зовут? — в нетерпении воскликнула я.
— Пашкой она его назвала.
— Вы уверены?
— Да. Запомнила, потому что внука моего так зовут. Я ещё подумала, что мой Пашка бы с такой не связался. Это ж кем нужно быть, чтобы уже больше недели дома не показываться.
— Кем? — машинально спросила я, думая о своем.
— Шалавой, — припечатала Степанида Андреевна, отламывая ложкой очередной кусок торта.
На улицу я вышла с гудящей головой. Макс так и не объявился. Что делать дальше я пока что не придумала, поэтому решила отправиться домой и спокойно поразмыслить. Следовало разложить всю
