— Ну тогда вам лучше всего пойти с нами во владения Бога Смерти, чтобы убедиться, что мы останемся живы и сможем помочь вам вернуться в цивилизованные страны.
Почувствовав возможность убедить Рофа, Эрейзан сказал:
— Разве это не тот самый главарь бандитов, который говорил, что он не боится ничего, даже гнева Дьявола? Королева, вы обмануты. Он просто болтун и не заслуживает никакой награды. Он не главарь бандитов, а предводитель хвастунов.
Обаж, из своих собственных соображений, подлил масла в огонь оскорблений.
— А! Единственная награда, которую он заслуживает, это хорошая порка за наглость. Поехали, королева. Забудьте этих ничтожных людишек. Мы готовы следовать за вами. Мы не боимся.
Солдаты и дворяне издали приветственные крики в честь королевы. Они этими криками, наигранной храбростью и пренебрежением к опасности старались побороть свой страх.
Потерпев поражение со всех сторон, Роф постарался вернуть свое доброе имя. Он выпрямился, выпятил грудь, как петух и изрек:
— Клянусь бородой, сделка есть сделка! Я заставлю тебя проглотить твои слова, сэр. Роф не трус и не лжец.
Эрейзан натянул поводья, как будто он собирался загонять разбойников в лес.
— Докажи это. Да крепче держи свое мужество, а то его сдует ветром, как пыль!
— Я докажу это!
Роф ткнул пальцем в сторону Эрейзана. И затем продолжал уже менее уверенным тоном.
— Но… но я требую обещания колдуна, чтобы его колдовство защищало нас в лесу.
— Я союзников не бросаю, — подчеркнуто громко произнес Тирус.
Роф хмыкнул, не очень убежденный в этом. У Одноухого и других бандитов глаза бегали, как у затравленных волков. Однако им было не пробиться сквозь линию сторонников Джателлы. Они были теперь в том же положении, как и много лет назад, когда спасаясь от варваров, им пришлось углубиться в Ледяной Лес. Теперь их сюда загоняли люди Джателлы. Роф решил играть роль лидера и стал опять наглым, чтобы не растерять уважение бандитов.
— Ну что же, пошли. — Он шутовски поклонился королеве. — Конечно, с вашего королевского соизволения.
— Ты же знаешь, что я давно уже готова, — парировала она. Джателла приготовилась пустить лошадь вперед, но Тирус остановил ее.
— Подождите. Все стойте на своих местах.
Недоуменно переглядываясь, все повиновались ему. Тирус стал объезжать весь отряд вокруг. Из его рук, казалось, вытекает серебристый шнур. Как паук ткет свою паутину, Тирус окружил Джателлу и всех ее спутников вместе с лошадьми этим шнуром. Возвратившись назад к тому месту, откуда он начал, Хон сказал:
— Это граница защитного экрана. Если мы подвергнемся нападению в лесу, оставайтесь внутри и он защитит вас от злого чародейства. Если вы выйдете наружу, то вы выйдете из сферы моего слияния и мне будет очень трудно защитить вас. Я не знаю, как он будет защищать нас от Раскалывателей Черепов. Если они создания Бога Смерти, то он, возможно, сможет остановить их. Если же они смертны, хоть и не люди, магия вряд ли сильно подействует на них. Будьте настороже, если это случится. Но против истинной магии кольцо наверняка защитит вас. Помните, оставайтесь внутри круга!
После такого напутствия и упоминания о Раскалывателях Черепов, как неизвестной угрозе, Тирус вынул из ножен свой волшебный меч. Его сверхъестественное зеленое мерцание вызывало благоговейный шепот среди его спутников. И бандиты, и придворные подчинились приказу Тируса. Телохранители же вообще принимали все его распоряжения, как должное, заметив, что королева всегда поддерживает их. Их не смущало даже то, что Тирус отдает приказания тоном высокопоставленного господина.
Осторожно все последовали за Джателлой и Тирусом по пологому спуску к деревьям. Люди со страхом смотрели на черные переплетения веток и пугливо шарахались от них, когда ветер пригибал их к земле. Тирус заметил это и заверил, что замороженные деревья не испепелят их и не превратят в лед, но они не приняли полностью на веру его обещания.
На самом краю леса Тирус сказал:
— Королева, я думаю, что Рофу надлежит ехать впереди. Должен же он отработать свою плату.
— Лучше я поведу, — ответила она, смеясь. — Не думай, я же дочь Фер-Со…
Тирус в ответ улыбнулся ей.
— Роф уже бывал здесь и может заметить какие-нибудь ловушки и ямы, как это было в Бесплодной Земле.
Джателла искусно отклонила лошадь в сторону, пропуская вперед Рофа.
— Мы ждем тебя, проводник, — сказала она, подчеркнув последнее слово.
Роф не сразу принял приглашение. Он осмотрел всю группу и сказал:
— Соберите всех вьючных лошадей в центр. Привяжите веревки к их седлам и свяжите их одним узлом. Они будут бесноваться и вырываться, если нападут Раскалыватели Черепов. Эти зверюги расправляются с ними так же быстро, как и с людьми. Они не очень разборчивы. И не останавливайтесь.
Джателла отдала приказ готовить оружие, но Роф грубо ее поправил:
— Мечи и дубинки. Только. Но не эти пики. Здесь, среди деревьев, от них мало пользы.
Люди достали склянки с рыбьим жиром, без которого ни один клариканец не пускается в путь, и из сучьев и тряпок сделали факелы. Тирус смотрел на все это растерянно. Эрейзан подошел к нему и тихонько спросил:
— Может лучше сделать волшебный свет?
— Не здесь, — угрюмо сказал Тирус. — Думаю, что мне понадобятся все силы, чтобы поддерживать колпак и защищаться от Врадуира. Магия в лесу это его магия. Как только мы туда войдем, он будет знать, что другой колдун вторгся в его владения. С этого места опасность возрастает, мой друг.
Эрейзан больше ни о чем не спрашивал. Он взял один из факелов и вместе со всеми приготовился вступить в незнакомый лес.
Тропа была такой узкой, что можно было двигаться только по одному, и Тирусу пришлось изменить форму шнура, чтобы вся вереница уместилась в нем. Джателла ехала сразу за Рофом. За ней хотел пристроиться Обаж, но Тирус не пустил его, сказав, что королеве может понадобиться его магия для защиты. Неохотно Обаж повиновался и занял место в группе придворных.
Воздух в лесу был спертым. Духота была такой, что кислорода едва хватало для горения факелов. Как только деревья сомкнулись над ними, небо исчезло, скрылось из виду. Хотя на деревьях листьев не было, они росли так плотно, что их голые сучья закрывали даже свет Иезор-Пелувы. Тени были какими-то неестественно серыми. Казалось, что деревья сами светятся злым угрожающим светом. Факелы трещали и посылали немного тепла вверх. Деревья начали таять и на путников, когда они проходили под деревьями, капала ледяная вода.
