Бугай: 27
Аран: 2
Мураши-гиганты, опустившись на землю, зарылись в почву, выпуская более мелких особей подчинять территорию.
Лагерь стоял почти как новенький. Слегка помятый, но с офигенной прягой обнажённых безоружных латников.
– Ну вот и всё. Заклинателей нет, без центурионов латники разве что девчонок пугать бледными телесами способны, – злорадно констатировала Вальора. – Теперь прославленный Нельзинбер тоже сможет вступить в битву… – стреляя глазками в сторону короля, томным голосов произнесла Вальора.
– Но как же… – замешкался владыка Алесуна. – У нас великое дело к друиду, и месяц промедления может стоить свободы сотням девушек Империи. Согласись, это скорбная плата, – глядя в глаза споровице, говорил король. – Не думайте, я рад сразиться с таким невероятным войском, тем более в союзе с вами. Но враг страшен и точно падёт немало моих воинов.
–Великий король, поспешу тебя обрадовать, – взял слово Двухсотый. – Я открою портал в роще у Колодца Перерождения к полю битвы. Так что если желаешь, ты сегодня можешь всласть нарубить врагов, не переживая о долгом пути.
Нельзинбер на секунду задумался.
– Прости, хозяин, но я предлагаю скрепить военный союз поднятием кубков!
Вот это промах. Король пришёл, а стоит здесь, среди нас, чухан-чуханом. Ни попить ему не предложили, ни присесть. Еб твою, правитель славного Алесуна… Я дипломат! И культурная свинья.
Я ловко перевёл стрелки, глядя на фей озадаченным и огорчённым взглядом. Есть тут среди нас бездельники и побольше меня. Сидят в углу, жмутся. Ладно, мне не прислуживают, но гостю чашу не подать… Переломятся, что ли? И вообще, некрасиво. Одна только сирена за всех отдувается, радует, пляшет обнажённая в вышине с ситарой, создавая ламповую атмосферу.
Фейки дернулись, но поспешней остальных оказались две старшие. Антея и округлая Дафния принялись расставлять и наполнять кубки, вынимая пузырьки из ящиков. Канья и Хебра принесли большую красиво плетёную корзину с яблоками.
По-походному вышло. Я взял чашу и задумался, чего же они туда налили? Селесты нет, этикеток я не видел. И наливали девчонки точно не с того десятилитрового бочонка, который Рон притащил ночью.
Не пить нельзя, а Нельзинбер потихоньку, кивая мне, поднял бокал вверх.
Глава 18
Пригубив, я с облегчением ощутил приятный вкус зелья бодрости.
— Фух! — выдохнул Нельзинбер. — Друзья! Поспешим! Не будем терять ни минуты!!
Поддерживая задор короля, соратники принялись творить заклинания одно за другим. Лук Доминго бодро обещал врагам скорые неприятности "Пиздох! Пиздох!".
Лия, спорхнула птицей с перил балкона и, ритмично махая крыльями, набрала высоту, устремляясь в направлении стана Детей Смерти.
— Желаю поскорей сразиться плечом к плечу с вами против грязной погани! В бой! — протараторил владыка Алесуна и уже развернулся, чтобы уйти с балкона.
— Постой, король. Так будет быстрее, — обратился к Нельзинберу возбуждённый леший, открывая портал.
— Быстрее! Быстрее!! — оттеснил владыка Алесуна Двухсотого, вбегая в открывшееся окно.
— Лорд, я поспешу проводить по безопасным тропам гостей. Заодно займусь подстраховкой и заберу с собой Вальору. И мы вместе вступим в славную битву!! — поторопился обозначить дальнейшие действия леший.
— Двухсотый, но... — Было видно, как девушка мечется между двумя чувствами. Потирая горло, она не могла сделать выбор: пойти в атаку или поддаться страху и не быть снова пленённой.
— Отставить, — леший посмотрел на Вальору так, что сразу стало ясно, какую чушь она несёт. — Быстро в бой! — схватив лиску за ладонь, Двухсотый потянул её за собой в портал.
Остальные уже давно что-то кастовали в ускоренном темпе. Я лихорадочно искал умение, которое можно многократно применить и быть полезным. Ускорение Изивала казалось единственным актуальным заклинанием.
— Родственник, мы дома, — скользя по стволу спиной ко мне поднялся Охотник.
— Позволишь догадаться о сути следующего приказа? — вторая часть тентакли поднялась следом.
— Да, похоже, вы правы, разумные многочлены.Быстро сюда! Пихайте скорее всех, до кого дотянетесь в Хранилище!! Сейчас войско людское доскачет и ничего вам не достанется. К тому же, есть ещё чем вам помочь, — и я кастанул на братьев-тентаклей Ускорение Изивала. — В бой! Быстрее! В бой!
Охотники задвигались веселей, уже практически со скоростью хорошего бега, они ворвались в один из раскрытых порталов, на который я указывал пальцем.
Найдя вороном выходящих из тоннеля союзников, обрадовался. С рвением стараясь одарить всех по очереди необходимым заклинанием ускорения, я творил каст за кастом. Вот теперь тренировка пошла лучше. Приходилось держать хороший темп, чтобы семнадцать бойцов пехоты, постоянно были под действием двадцатисекундного заклинания. Досадно, что Рон и хало двигались под землёй, недоступные моим действиям.
Зато феникс еще чуть, и смогла бы создать торнадо, исполняя ускоренный танец в небесах под моим заклинанием, сея огненные перья преимущественно по левому флангу. Даже хорошо, реальный урон она наносила только латникам и другой мелочёвке. И вообще, для голозадой пехоты нежити настали уж совсем тяжёлые времена. Попытка лагеря двинуться вперёд захлебнулась на полушаге. Латники исчезали в недрах глубоких волчьих ям и недлинных полосах рвов. Ветви деревьев постоянно хлестали, отталкивая, а иной раз и отрывая головы от туловищ. Попадая на грибные полянки и окутываясь облаками спор, латники в одурманенном состоянии принимались гладить землю собою, стараясь с ней слиться в любовном трансе.
Вдобавок, вблизи, у самого носа лагеря выросло особо огромное дерево, и у его корней раскрылся большой портал, выпустивший стройную вереницу пеших воинов Нельзинбера. Каждый боец короля в одной руке держал двуручный меч, в другой виднелся небольшой круглый щит с гербом Алесуна. Лес расступался, пропуская колонну бойцов. Зато к нежити та же растительность теперь относилась рьяно агрессивно. Стволы деревьев ухали по рядам голых чудаков. Деревья несли слабые потери, обламывая лишь мелкие ветви и теряя листву. А вот латники страдали нещадно. Леший бил слаженно: стволы, загнувшись параллельно земле, рубили в строй разом, справа налево. Летели брызги, ошмётки мяса и иногда, на излёте удара, латников целиком относило внутрь стана.
Главным было то, что быстрым лианам Двухсотого удавалось в суматохе битвы вытаскивать из окраин лагеря не очень осторожных командиров.
Фантомы споровицы практически вольно перемещались в рядах неприятеля. Около сотни копий Вальоры вместо того, чтобы очаровывать, попросту входили в тела латников, взрывая их изнутри, аннигилируя в невесомый алый туман. Лисица просто кайфовала, уничтожая нежить в задуманных ею локациях. На столе-карте чётко
