Несмотря на это, слова Спайка, обвинившего чернокожего в расизме, вышли в эфир вместе с телевизионным каналом.
Опра попросила кого-то за кулисами разобраться со Спайком, пока она вызовет врача, и сама качала головой в неверии, что скандал со Спайком достиг тысяч домохозяйств через телеканал, и что нужно что-то сделать, чтобы его замять.
За это короткое время руководство сообщило ей, что поступают звонки с протестами против выбора для участия в шоу такого подонка, как Спайк Ли.
Зрители легко идут на поводу у общественного мнения, но они не глупы. Если чернокожий может кричать о расизме на другого чернокожего, можно ли доверять расизму, который выходит из его уст?
Теперь, когда ситуация происходит на глазах у многих зрителей, Опра может поставить точку.
Спайк было настолько плохо от тухлых яиц, что его сразу вынесли на улицу.
Опра не собиралась останавливать эфир, поскольку было ясно, что он станет хитом.
В течение двух-трех минут команда очистила сцену, на ней остались только Мэтью и Опра.
Шоу также достигло своей завершающей стадии.
Рекламные перерывы закончились, и камера прямого эфира переключилась на сцену, где Опра, получив информацию от гида, сказала: «Расизм — это постоянная проблема в обществе, но он есть и в таком виде, в каком вы его только что увидели».
Поскольку она должна быть на стороне справедливости, конечно, она должна была раз и навсегда потапить Спайка с высоты своего положения: «Есть также люди, которые используют тему расы для своих скрытых мотивов, вместо того чтобы действительно бороться за права меньшинств, и мы должны опасаться таких людей, поскольку мы работаем над искоренением расизма».
С этими словами Опра подошла к Мэтью и обняла его.
«Ты так долго находился под давлением и критикой, это было нелегко». — Она отпустила Мэтью и встала рядом с ним, выглядя особенно радостно: «К счастью, ты выстоял».
Мэтью кивнул: «Я всегда верил, что в нашем мире есть справедливость».
Опра получила подсказку от закулисного гида и спросила: «Скажи нам, что ты чувствуешь по этому поводу».
После небольшой паузы Мэтью ответил: «Фильм «300 спартанцев» подвергся незаслуженной критике из-за Спайка, и это заставило меня лучше думать».
Он сделал небольшую паузу, чтобы посмотреть в лицо аудитории: «Мы не снимаем фильмы ради киноиндустрии, не говоря уже об определенной демографической группе, мы снимаем фильмы для зрителей, для вас».
Раздались бурные аплодисменты, Опра усиленно хлопала Мэтью.
Шоу закончилось под аплодисменты, но эти аплодисменты продолжались, доходя даже до кулис и одной из гостиных.
***
Спайк уже вымыл лицо и тщательно прополоскал рот, попросил своего менеджера Джеймса уволить производственный персонал и врача и сел на диван, но его рот полон зловония, от которого до сих пор кружится голова.
«Они расисты!». — Спайк махнул рукой, говоря бессвязные высказывания: «Это чистый расизм!».
Джеймс поспешно крикнул: «Спайк! Спайк! Заткнись!».
Возможно, из-за невыносимой вони из рта, Спайк остановился.
«Никогда больше не говори такого дерьма». — Джеймс заявил: «Никто больше не поверит тебе».
Он попытался сбавить тон: «Давай вернёмся к реальности».
Спайк застыл, вспоминая, что только что произошло, его карьера в качестве голливудского борца за толерантность номер один… разрушена?
«Я собираюсь подать на них в суд!».
В этот момент ему пришло в голову, что все еще есть большой флаг закона, против которого нужно бороться.
Но Джеймс вспомнил о телефонном звонке, который он получил ранее, и сказал: «Мэтью и Sky Dance Pictures подали на тебя в суд за клевету, я только что получил уведомление, что повестка будет у тебя в офисе завтра».
«Что?». — Глаза Спайка расширились.
***
Не очень далеко от этой гостиной Мэтью только что закончил снимать макияж, отстранив визажиста, которого он привел с собой, и спросил Хелен: «Есть новости из суда?».
Хелен кивнула: «Думаю, повестка будет доставлена Спайку в ближайшие пару дней».
Она задумалась на мгновение и добавила: «Это шоу очень полезно для нас».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мэтью холодно хмыкнул: «Устроим с ним долгую тяжбу, заберём все деньги и уничтожим его!».
Что касается небольшого режиссерского дохода Спайка, то дела обстоят гораздо хуже, чем у него, и самое главное, чтобы в это дело вмешался Дэвид Эллисон, человек, который неплохо обращается с деньгами, а также может найти наиболее подходящего адвоката.
«И да». — Мэтью вдруг вспомнил о чернокожем парне, который бросил яйцо, и добавил: «Передай привет стороне Опры и не позволяй им усложнять жизнь тому парню на сцене».
Хелен кивнула.
Она вышла из гримерки и вернулась менее чем через пять минут.
Мэтью встал: «Пойдём».
Он прошёл за кулисы студии, поздоровался с режиссером и остальными членами закулисной команды, сказал несколько вежливых слов и поболтал с подоспевшей Опрой, попрощался и покинул студию, принадлежащую Harper Productions, после чего сел в машину, чтобы вернуться в отель.
«Хелен». — Мэтью сказал, сидя в машине и глядя в окно на удаляющийся пейзаж: «Это только начало».
Этот инцидент может показаться абсурдным, но в Голливуде случались и более абсурдные вещи, не говоря уже о расовых обвинениях. Пока подозрение не снято, он может подвергнуться остракизму в этом все более левом кругу, не получить работу, возможно, немного преувеличено, но снижение конкурентоспособности в подобных условиях неизбежно.
Мэтью отвел взгляд и спросил: «Кто ещё участвовал?».
Хелен задумалась на мгновение: «Спайк Ли, Наоми Харрис, Пола Паттон, Фрэнсис Лоуренс, Джада Смит и Уилл Смит за ней, и… Вин Дизель, остальные — все мелкие рыбешки, о которых не нужно беспокоиться».
«Нет…». — Сказал Мэтью после молчания: «Я очень мстительный человек».
Машина была припаркована перед отелем, наконец, этот напряженный день закончился…
Глава 514
«Я не знал о том, что сказала Джада». — Уилл Смит выглядел особенно искренним с этим печальным лицом, когда повернулся к микрофону репортера: «Если ее слова задели Мэтью, я прошу прощения за нее…».
Увидев Уилла по телевизору, Мэтью взял пульт дистанционного управления и выключил его. Смит был действительно умным парнем, и наличие крикливой и глупой жены могло бы стать для него щитом.
После вчерашнего шоу, от бумажных СМИ до телеканалов и Интернета, направление общественного мнения изменилось, даже таблоиды, которые раньше ругали его больше всех, тоже сделали поворот на 180 градусов, включив экстренные тормоза.
В частности, СМИ компаний Walt Disney и Warner Bros распевали дифирамбы Мэтью на полную катушку.
Во время обратного перелета из Чикаго в Лос-Анджелес он читал много газет, и вдруг его и «300 спартанецев» стали хвалить, как будто все сомнения, которые были раньше, никогда не появлялись.
Он знал, что таков путь СМИ, и что, за исключением нескольких крупных газет и телеканалов, которые несут ответственность, большинство СМИ предпочитают воспринимать историю в штыки.
Даже трем основным газетам, «Нью-Йорк Таймс», «Вашингтон Пост» и «Лос-Анджелес Таймс», нельзя было доверять в отношении многих их сообщений о том, что происходит за пределами Соединенных Штатов Америки.
Например, иранцы в эти дни также протестуют против 300 спартанцев, но три крупные газеты прямо говорят, что иранцы ведут себя неразумно.
Конечно, после вчерашнего ток-шоу Опры, протесты иранцев тоже никого не заинтересовали, и подавляющее большинство СМИ, упомянувших о них, прошли мимо.
По отзывам Хелен, СМИ в странах и регионах, симпатизирующих Ирану и предвзято относящихся к нему, раздувают из мухи слона, что вполне нормально.
Но мало кого в Северной Америке это волнует, а Голливуду на это наплевать; Иран не был рынком для голливудских фильмов более двадцати лет, и не будет в ближайшие двадцать.
В течение следующих двух дней, когда СМИ подхватили эту историю, Мэтью и «300 спартанцев» стали еще более активными, чем когда фильм только вышел в прокат.
