— Нет. — Он позвонил Гарденеру и выпроводил визитеров. Совершенно не хотелось, чтобы эти два так называемых джентльмена разгуливали по Бедиверу более необходимого для того, чтобы добраться до ворот усадьбы.
— Гарденер, где сейчас миссис Бедивер? Уже вернулась? — Нива уехала в деревню, чтобы помочь одной из женщин с новорожденным.
— Она еще не возвращалась, сэр.
— Когда она появится, пришли ее ко мне в кабинет, — кратко велел Эш.
Он сможет вздохнуть с облегчением, только когда жена окажется дома, в безопасности. Разрозненные фрагменты мозаики наконец начали складываться в единую картину. Конечно, это только предположение, но что, если Генри было известно о наличии месторождения каменного угля? Это дает ему мотив оставить Бедивер вообще без достатка. Владелец разорившегося имения будет испытывать сильное искушение принять подобное предложение, и, если бы Генри являлся опекуном, он бы так и поступил. Двадцать тысяч фунтов — целое небольшое состояние, не говоря уже о пятнадцати процентах прибыли. Очень даже неплохое денежное содержание. И от кузена требовалось всего лишь отказаться от Бедивера.
Кузен видел во всем лишь возможную выгоду, прибыль. Для Эша же первоочередным оставалось сохранить поместье. Даже если бы не деньги Дженивры, Эша никогда бы не прельстило предложение «бизнесменов». Стаффордшир переполнен промышленными предприятиями и шахтами, и Эш не понаслышке знаком с отвратительными последствиями подобной индустриализации. А ведь Стаффордшир таит в себе дикое очарование, прелесть отдаленной английской глубинки. Еще не все графство охвачено сетью заводов и шахт, Эш предпочитал его первозданный ландшафт.
Дверь в его кабинет отворилась, и влетела Дженивра, с растрепанными волосами, выбившимися из-под шляпки, щеки раскраснелись от езды верхом.
— Ты будешь рад узнать, что с мамочкой и малышом все в порядке… — Она внезапно остановилась, ее оживление улетучилось. — Что случилось, Эш?
— Существует картель, желающий заполучить права на добычу каменного угля в Бедивере.
— Генри? — тихо присела на стул Дженивра.
— В этом есть смысл. — Эш быстро обрисовал ей свою теорию. — Конечно, я им отказал. Мне не нужны их деньги.
— Однако они, вероятно, не рассматривают ответ «нет», — заметила Дженивра.
— Нет. Я думаю, нас попытаются убедить пересмотреть наши позиции. — Эш слишком хорошо понимал, что этот визит — всего лишь предупреждение, последний шанс присоединиться к планам Генри или столкнуться с местью кузена.
Глава 24
Они решили, что Генри пошлет Эшу записку с просьбой поговорить и объясниться. И не соблаговолит ли Эш встретиться с ним около фамильного мавзолея? Общий тон послания подразумевал признание, некую попытку покаяния. Если у Эша не возникнет идеи, в чем собирается каяться кузен, тем лучше. Однако Генри опасался, что у Эша есть по меньшей мере предположения. Он провел слишком много времени за бухгалтерскими книгами.
Однако после сегодняшнего дня это не будет иметь значение. Он может признаться даже в краже королевских драгоценностей, среди множества прочих грехов, Эш все равно не сможет ничего предпринять, поскольку умрет до того, как покинет усыпальницу. В зарослях кустарника, окружающего каменный мавзолей, спрячется наемник, который выстрелит исподтишка, пока Эш отвлечется на беседу. После этого Трент без лишнего шума уберет нанятого убийцу, и никто и никогда не узнает о том, что произошло. Кто станет разыскивать случайною человека? Стрелок не должен промахнуться, а смерть Эша можно будет объяснить множеством причин: самоубийство, неумелое обращение с оружием, возможно, даже нападение сумасшедшего брата. Последняя идея нравилась Генри больше всего. Это даст ему прекрасный повод отправить Алекса под опеку доктора Лоуренса.
Итак, записка была послана. Сейчас она должна уже лежать на столике в прихожей, ожидая, пока Эш ее заметит. Генри отправился на оговоренное в послании место встречи. План родился прямо на ходу, став некоторой неожиданностью, поэтому Эш не должен ни о чем догадаться, если все пойдет хорошо. Через пару часов все будет кончено, и Бедивер перейдет к нему.
Эш опаздывал. Алекс еще раз проверил время, меряя шагами прихожую, не спеша, скорее задумчиво. Он не был расстроен. Да, они собирались пойти побродить по парку во второй половине дня, хороший шанс для братьев поговорить. Однако Алекс заметил, как Эш сидит на лужайке с Джениврой, наслаждаясь редкой солнечной погодой. Когда он подошел позднее, семейная пара уже исчезла из вида. Алекс не возражал. Его беспокойный младший брат наконец-то обрел счастье. И любовь. Хотя Алекс не думал, что Эш осознавал произошедшее. Он еще поймет это в самом ближайшем будущем, и мысль об этом придавала Алексу утешение. Брат будет доволен, удовлетворенность сделает из него прекрасного управляющего Бедивером и хорошего графа.
Алексу недолго оставалось жить на этом свете. В том месте, где его держали, был один молодой доктор, который поделился своим мнением относительно состояния его здоровья. Лоуренс не согласился с таким суровым прогнозом и запретил дальнейшие обсуждения, однако объяснение того доктора показалось Алексу вполне логичным. Нервные припадки — прелюдия, признак более тяжкого заболевания. Депрессия, подавленное состояние, апатия, провалы памяти — все типично. Молодой доктор назвал это разрушением нервной системы. Следовательно, Алекс не сумасшедший. И это хорошая новость, которая поддерживала его долгие месяцы в больнице. Правда, все перечисленные симптомы вели к скорой смерти. Ему повезет, если удастся прожить еще год.
Алекс уже ощущал небольшие изменения. Ничего ужасного, просто чувствовал, как постепенно уходят жизненные силы. Бывали дни, когда он замечал, как его мысли куда-то уносятся, не в состоянии осознать случившееся. Иногда речь становилась невнятной. Иной раз дрожали руки.
Однако случались дни, такие как сегодня, когда он чувствовал себя превосходно. Сегодня для Алекса было настоящим благословением. Обычно в такие периоды он старался работать как можно напряженнее, записывая все, что собирался сказать Эшу, зная, что придет время и он не сможет вспомнить ответы на вопросы, столь отчаянно разыскиваемые братом.
Алекс остановился у большого стола в прихожей. Его внимание привлекла записка на серебряном подносе. Приглашения не часто приходили в Бедивер в те дни, однако он вполне мог себе представить не столь отдаленное время, когда Дженивра и Эш будут получать бесчисленное количество приглашений. Бедивер возродится, и уже дети Эша будут бегать по его коридорам и лестницам, запускать в фонтане игрушечные лодочки.
