Лорлиона невольно поднесла к объекту повышенного внимания ладонь, словно могла ощутить биение жизни под сердцем.
Как Римонд это понял? С одного лишь взгляда?..
Какой же мощью обладает ее отец?!
— Похоже, что ты скоро будешь дедушкой, — решила надавить именно на положительную сторону сложившейся пикантной ситуации Лори.
— Лорлиона… — Римонд стоял, не шевелясь.
А она просто не знала, что еще сказать.
Да и что тут можно было обсудить? Все карты раскрылись слишком быстро. Потрясение свалилось на новоявленного отца, словно над ним опрокинули ушат с ледяной водой.
— Пожалуйста, не ругайся…
— Гисхильдис, Лори, о чем ты?! — Римонд схватил ее руки, заглядывая прямо в глаза. — Небеса решили сыграть со мной злую шутку. Я так мечтал о ребенке! Но не знал, что у меня уже есть красавица-дочь. Я хотел нянчить малышей, но ты уже слишком взрослая для этого. И теперь я понимаю, что мое дитя вскоре будет мамой! Лорлиона, это подарок Гисхильдиса! Ты — подарок Гисхильдиса! — в зеленых глазах, столь похожих на ее собственные, внезапно показались слезы. — Дочка, прости меня…
— Тебе не о чем извиняться, отец! — Лори осмелилась дотронуться до мужской щеки, покрытой мелкой щетиной.
Римонд снова хотел каяться в том, что не был рядом? Но ведь это не его вина. Он не знал о ее существовании. И не мог предполагать о подобном.
* * *
За пару-тройку часов, что им удалось урвать перед съездом титулованных гостей, Лорлиона поняла весьма странную и приятную истину: они с Римондом понимали друг друга с полуслова. Так, словно она росла с ним рядом. Так, словно отец постоянно находился вблизи, направляя ее поступки и решения.
Быть может, именно его кровь, что помогла ей принять свою вторую личину, была тому причиной. Сильная кровь. А, быть может, они оба так стремились получить подарок от судьбы в виде отца и ребенка, что грани настороженности, которые недовольно воздвигаются при новых знакомствах, пали, не простояв и минуты.
Она рассказала о своей жизни все, без утайки, и король внимательно слушал, не перебивая, лишь задавая уточняющие вопросы, чтобы полнее раскрыть ее характер.
Его глаза странно блеснули, когда Лори призналась, что ее мама лишь недавно вышла замуж и родила сына. И последовавшее предложение перенести Сандеру с ее мужем и ребенком в Аминс было воспринято Лорлионой в несколько смущенном ключе.
— Не думаю, что Гилин согласится покинуть киоса Альморона. И мама не бросит мужа.
— Думаю, я смогу договориться с Альмороном.
— Не нужно, отец! Я правда благодарна тебе за предложение, но маме привычнее будет оставаться в Ионтоне.
— Однако на церемонию твоей коронации они будут приглашены, — было сказано безаппеляционно.
— К… коронации?
— Разумеется. Ты вступишь в законные права правления как моя наследница, Лорлиона. Ты — моя дочь…
— Но я — бастард.
— Ты — моя плоть и кровь! Киосса по рождению, пусть до Сандеры не дошел титул геуны, принадлежащей твоим предкам по материнской линии… этот факт ничего не меняет.
— Но…
— Не перечь отцу! — Римонд погрозил пальцем и тут же улыбнулся. — Получается делать вид строгого папочки?
Лорлиона сначала опешила, а потом, не сдержавшись, хихикнула.
— Вполне, Ваше Величество.
Римонд фыркнул.
— Так на чем мы остановились?.. Коронация. Я прикажу начать приготовления немедленно.
— Может, лучше после завершения Совета? — робкий вопрос, и полные ужаса ожидающей церемонии глаза.
* * *
Король хотел отложить королевский Совет, предпочитая долгим государственным переговорам общение с ней, однако Лори настояла на том, что разговоры с дочерью вполне можно перенести на следующий день. Тем более на Совете стоило обсудить весть о кончине принцессы. И объявлении киоссы.
Однако Лорлиона боялась предстать перед высшей знатью. Морально она не была готова к столь быстрому повороту событий в своей жизни. Пусть весть об отце успела улечься в ее восприятии, встречать же многочисленных друзей Римонда, взгляд которых, несомненно, будет направлен на нее… С этим лучше повременить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А каких трудов ей стоило уговорить короля не ринутся к семейству Кейнаттильских, чтобы за шкирку потащить Ноала в алтарю в тот же день, сложно описать.
Однако Лори убедила отца, что желает сперва самостоятельно признаться в волнующей новости наследнику соседнего государства.
И вот теперь, шагая из угла в угол по своей комнате, выполненной в нежно-абрикосовых тонах, Лорлиона то и дело бросала взгляд на дверь.
Как Ноал воспримет новость о ее беременности?
На киосе лица не было, когда она предстала перед ним неделю назад после боя с Роксаной. Да и Римонд строго-настрого запретил Ноалу приближаться к «его девочке», пока не разрешит ситуацию с ее вступлением в права наследования.
И коронация прошла.
Правда Лори казалось, что она спит, ведь многочисленные дворяне, что присутствовали на сим знаменательном событии, и смотрели на нее с нескрываемым интересом, теперь по праву считаются ее подданными.
Однако среди толпы незнакомых аристократов были близкие сердцу — Сандера с Мэвлаем, Гилин. Ноал, Альморон и Каларика.
Жаль только отец не позволил пригласить в сам Храм Куолу, Руокора и Ллориана, которых вместе с ее матерью перенес Ноал, и которые, узнав, кем она приходится королю соседнего государства, пришли в осадок.
