На глаза суккубе навернулись слезы.
— Лори… — она подалась вперед, захватывая девушку в объятья.
И стоило же именно в этот момент Ноалу решить навестить ее!
Короткий стук, и дверь комнаты распахнулась, пропуская киоса, который так и замер, увидев обнимающихся девушек.
— Эм… я не вовремя? — он скептически осмотрел Лори, все еще обернутую полотенцем и раскрасневшуюся Куолу, которая тут же отлипла от нее, почему-то начав хихикать.
Глава двадцать вторая
Завязав шейный платок, Ноал скептически осмотрел себя в зеркало. Светло-голубой камзол с белыми вставками и серебряным шитьем сидел на нем, как влитой. Зачесанные назад волосы открывали лоб, на который обычно падали непослушные пряди.
Вечером придется сменить наряд на черный. В знак уважения и памяти Моранен. А пока они в Ионтоне… Можно дать слабину во внешнем виде, тем более Лори должна была облачиться в те же цвета. Хотя бы на пару часов создать иллюзию, что все спокойно… Пару часов для обсуждения боя.
Ей придется встретиться с Роксаной до того, как начнется Совет. Рисковать. И взывать к Силам, что подарил ей Гисхильдис.
Ведь они так и не обсудили, что же именно она получила в дар. Какую способность? Что поможет в схватке с опытной воительницей?
Ноал подошел к столу и выдвинул ящик. Маленькая бархатная коробочка лежала все на том же месте.
Стоит ли ждать еще месяц, чтобы спросить сокровенное?
Ведь Лори приняла правду, что он скрывал от нее знание про отца. Не ушла. Хотя он страшился подобного. Лори сказала, что любит. Значит, скажет «да»?..
Раскрыв коробочку, Ноал несколько минут смотрел на переливающиеся в свете магических светильников бриллианты.
Если она ответит согласием, Ноал в тот же день отправится к ювелирам, чтобы заказать парные брачные браслеты. И с удовольствием позволит ей защелкнуть на своем запястье этот символ нерушимого брака.
Но если она откажет?
Хотя, с чего бы ей говорить «нет»?
Миф о том, что она — всего лишь маленькая рини, развеян. Остались формальности с ее коронацией и признанием Римонда, но это лишь вопрос времени.
Римонд… он может отказать ему в просьбе связать узами брака его с ней. По крайней мере в ближайшие годы. И будет справедлив.
Хорошо, если годы, а не десятилетия…
Ноал захлопнул коробочку и положил ее к себе в карман.
Возможно, он убедит отца, что им с Лори следует вернуться в Аминс. Хотя бы для того, чтобы сдать экзамены в Академии.
Ноал поежился, представив встречу с Римондом и его лицо, когда они представят ему Лорлиону.
Киос вправе будет запретить Лори покидать дворец. И видеться с ним. С тем, кто не раскрыл правду об их родстве.
И что он тогда будет делать?
Ломиться в ворота? И ощутить на себе магию разгневанных мужчин. Стражников. Римонда. Да и Альморона, ибо тот не потерпит, чтобы сын вел себя столь неподобающе для киоса.
Он страшился сегодняшнего вечера.
И боялся того, что произойдет днем.
Каким образом удастся уговорить Роксану на бой? Да и захочет ли она сражаться с Лори? В глазах Фреоски Лорлиона — всего лишь человечка, которой удалось обратить на себя его внимание. Игрушка, согревающая постель.
Ноал поморщился.
Ведь и Лори первоначально так описывала его намерения. Да и он сам сперва думал лишь о том, чтобы удовлетворить низменные желания плоти, не заботясь какими-либо чувствами, не считая желания. Первоначально им двигала похоть. Тяжело признавать, но так и есть.
Тогда, когда он заметил рыжеволосую красавицу в обворожительном шелковом платье, соблазнительно открывающим обнаженную спину. Он помнил тот день. Тогда Лори была на свидании с Авери. А он… собирался на встречу с какой-то безымянной куклой, одной из многих, что побывали в его постели. Одноразовой девушкой.
И контраст между чувствами, которые он испытывал, собираясь на встречу и тем, что увидел прехорошенькую служанку, смешались.
Глупо.
Прикрыв глаза, Ноал вспомнил каждый жест, каждое движение Лори тем вечером.
Высокая прическа открывала изящную длинную шею, а игривые локоны, которые от ветра чуть растрепались, заставляли взгляд перемещаться на ложбинку меж ее упругих грудей, что так призывно выглядывала из-за низкого выреза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Раньше он не обращал внимания на округлости своих служанок, которые прятали сокровище от пытливых взглядов, предпочитал искать утешения среди девушек своего круга. Благо таких было предостаточно, стоило лишь немного включить обаяние, и все падали перед ним. Все, кроме одной. Рини, работающей в его доме.
Черный атлас, делающий ее кожу белоснежной, а рыжие волосы еще ярче, как нельзя лучше подчеркивал женственные изгибы на стройной фигуре.
И это — та самая рини, что каких-то четыре года назад в скромном наряде кухарки обнаружила его в конюшне с какой-то служанкой?!
Лори незаметно превратилась в ослепительную женщину.
Женщину, которая могла претендовать даже на его внимание.
Не дав ему опомниться, быстро поклонившись, Лори прошмыгнула в дом, быстро направляясь в сторону лестницы, ведущей на верхние этажи.
Ох, зачем она показалась ему сзади?
Этот умопомрачительный вырез на платье, открывающий гладкую кожу спины, внезапно обрывающийся на самом интересном месте, заставляя фантазию дорисовывать возможное продолжение, вызвал у киоса внезапное желание плюнуть на сегодняшние планы, оставшись дома.
Как он мог быть так слеп? Как он мог не заметить этот драгоценный камень под самым своим носом?
Пока он размышлял, Лори успела добежать до третьего этажа, и послышался тихий стук закрываемой двери.
Ноал прислонился к стене, на секунду прикрывая глаза. У него перед мысленным взором все еще было чудное видение изящной девичьей фигурки с узкой талией и высокой грудью.
Фигурки, облаченной в легкий материал, порвать который было так просто…
Ведь пожелай, он смог бы вмиг оставить ее обнаженной, порезав атлас на мелкие полосы отросшими внезапно когтями.
Взяв себя в руки (да и где это видано, чтобы он так моментально терял голову от желания, что начал перевоплощаться в свой истинный облик?), Ноал, несколько раз глубоко вздохнув, убрал когти, возвращая рукам приличный человеческий вид.
Лори…
Он снова взглянул в сторону лестницы, понимая, что стоит ему только приказать, и она не сможет отказаться.
Но приказывать он не хотел.
Никогда не практиковал принуждение со своими дамами. Да того и не требовалось, они сами готовы были по первому мановению его пальца предоставить себя в его пользование.
Однако Ноал понимал, что Лорлиона сама не пойдет к нему в постель. Она всегда помнила, что между ними существует огромная пропасть, которую и не стремилась преодолеть.
Ноал открыл глаза. Этот самый инцидент заставил его взглянуть на Лорлиону, как на женщину. Привлекательную женщину. Желанную.
И ведь этот блондин, Авери, на прошлой неделе, когда Ноал перенесся к нему с просьбой принять участие в ритуале по вызову Гисхильдиса, заставил его устыдиться именно реакцией на внешнюю привлекательность Лорлионы. И разговор у них вышел весьма провокационный.
* * *
— Ноал? — Авери с удивлением осмотрел неожиданного визитера.
— Добрый день, Танасори.
— Мне казалось, что ты должен быть еще в Ионтоне.
Ноал прошелся до высокого окна, выглядывая наружу.
— А ты неплохо устроился.
— Этот дом мне по душе, — Авери поднялся из-за стола, подходя к визитеру. — Так чем обязан?
— Лори.
Звук шагов резко прервался.
— О чем ты?
— Не прикидывайся, Авери. Больше нет нужды. Ты ведь первым узнал, кто ее отец. И делал все, чтобы я заметил неприметную служанку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я не пони…
Ноал резко развернулся.
— Хватит. Не нужно строить из себя идиота. Мы оба понимаем, какой силой ты обладаешь. Наследник Тайной Разведки. Тень Римонда. Мне продолжать перечислять твои прозвища?
