Читаем без скачивания Черный граф - Серж Арденн

– Моё имя, шевалье де Ро.

Карлик, будто узрев перед собой самого ангела смерти, бросился в угол темницы. Ужас исказил его лицо, он дрожал всем телом, не в состоянии пошевелиться.

– Этого не может быть! Уйдите, не прикасайтесь ко мне! Вы дьявол месье, я сразу это понял! Вы сатана!

Прошептал карлик в полубреду, безумным немигающим взглядом, уставившись на шевалье. Передав фонарь де Сигиньяку, Луи присел на корточки, не сводя взгляда с горбуна.

– У меня лишь один вопрос?

Беззлобно вымолвил Луи.

– Зачем вам понадобилось меня убивать?

– Мне тяжело говорить с вами, даже видеть вас мне невыносимо. Тем более, что вы не верите ни одному моему слову.

– А вы постарайтесь убедить меня. Ведь в жизни, порой, происходят удивительные чудеса. Нам ли с вами не верить в это?

Кокош, тяжело вздохнув, промолвил.

– Вас месье, мне ни за что не забыть, вас я запомню на всю оставшуюся жизнь.

Казалось ему трудно говорить, вымолвив всего несколько слов, он хватал ртом воздух, будто рыба, выброшенная на берег.

– Мне никогда не приходилось видеть, чтобы люди не просто не знакомые, но вряд ли когда-либо встречающиеся, как мне показалось, могут столь единодушно, желать смерти одному человеку. У вас, месье, талант наживать себе врагов.

– И кто же эти люди?

Горбун говорил столь отрешенно и непринужденно, не оствляя сомнений в том, что он давно желал хоть с кем-нибудь этим поделиться.

– Один из тех, о ком вы спрашиваете – граф де Ла Тур. Он заплатил, чтобы я убил вас и ещё некоего месье де База. Второй, огромного роста мушкетер, с которым я повстречался в Шиноне, при весьма неприятных для меня обстоятельствах. Он приказал мне убить вас, а так же ещё двоих. Господина де База, отчего я и запомнил имя этого господина и какого-то гасконца, как его зовут, уже и не припомню.

– Де Сигиньяк.

Послышался голос Жиля, из-за спины шевалье.

– Да, так и есть, де Сигиньяк. Вижу господам всё известно и без моих объяснений.

– Кто третий?

– О-о, третьим был самый таинственный и ужасный человек. Он не выходит у меня из головы. Я никогда не видел его ни до, ни после нашей встречи. Имени его я не знаю. Но этот месье, пожелал, чтобы я расправился с вами одним. Именно с вами.

– Опишите его.

Горбун задумался.

– Ну, я видел его всего несколько мгновений…

Устремив сосредоточенный взгляд в потолок, Кокош промолвил:

– Он невысокого роста, длинные рыжие волосы, и глаза! Очень странные глаза, неподвижные, но где бы ты не находился, кажется, что его жуткий взгляд направлен именно на тебя.

Де Ро выпрямился, ещё какое-то время, глядя на жалкого карлика.

– Благодарю вас, господин Кокош. Вы сделали всё, что могли.

Анжуйцы направились к двери. Загремели засовы, и Кокош вновь оказался в одиночестве, в кромешной мгле.

ГЛАВА 42 (136) «Монастырское вино»

ФРАНЦИЯ. ПРОВИНЦИЯ АНЖУ. ГОРОД АНЖЕР.

Было около трех часов пополудни, когда четыре мушкетера, прибыли к старой заброшенной мельнице, где была назначена встреча с братом Дюфре. Друзья прихватили с собой вина и снеди, и, развернув на траве план Шато-Орфилен, тот, что купили у падре Орело, устроились отобедать на холме, прямо у стен мельницы. Время шло медленно. Когда костер начал угасать, а с ним и стих звон посуды, насытившийся Портос, улегся на спину, заложив руки за голову, и глядя в безграничную синеву неба, задремал. Атос с д'Артаньяном тщательно изучали схему крепости, отмечая каждый проход и арку.

Арамис, же, уединился, листая старенький потертый требник, время от времени устремляя взор к проплывавшим над ним облакам, что-то бормоча себе под нос.

В назначенный час, внизу, у подножия холма, где под стенами мельницы расположились мушкетеры, показалась громоздкая повозка, груженная огромными бочками с вином. Монах, пожилой тщедушный человек, в потертой францисканской рясе, остановив лошадей, двух сильных першеронов, крикнул, обратившись к дворянам.

– Эй, господа, карета подана!

Мушкетеры спустились вниз, и Арамис обратился к минориту.

– Вы, брат Дюфре?

Оглядев с головы до ног вооруженных до зубов людей, монах простодушно ответил:

– Так и есть, месье, я брат Дюфре. И это настолько же очевидно, клянусь Девой Марией и святым Антонием, как глядя на вас можно смело предположить, что вы собрались не на увеселительную прогулку.

Арамис кивнул.

– Скажите, брат Дюфре, а отчего вы едете так поздно, ведь когда мы доберемся до Шато-Орфилен, будет уже сосвсем темно?

– В этом-то и вся хитрость, господа мои. Ведь я не просто должен доставить вас в крепость, но и сделать так, чтобы у вас имелась возможность там остаться? Если я не превратно понял падре Орело?

– Вы правильно поняли, брат Дюфре. Вот только объясните, как вы намерены нас провезти в Шато-Орфилен, незаметно для стражи?

– О, это не сложно, поверьте скромному слуге Господа. Видите эти бочки? Так вот, они полны вином все, кроме четырех. И как только мы окажемся в близости от крепости, вы, все четверо, укроете где-нибудь в кустах своих лошадей, а сами, уж простите за неудобства, каждый устроитесь в своей бочке, и накроетесь крышками. А еду я, в такой поздний час оттого, что по темноте никогда не возвращаюсь, а стало быть, ночую в замке. А телегу мою, с бочками, ставят на ночь во дворе, возле конюшен…

Монах подмигнул исполненным внимания мушкетерам.

– … вам-то, в темноте, не составит труда выбраться из бочек и укрыться где-нибудь, ну скажем в конюшне?

Дюфре улыбнулся.

– Вы просто стратег, любезный брат Дюфре. Кстати, вы получили причитающиеся вам деньги от господина Орело?

Вмешался в разговор Атос.

– Ну, а то как же? Падре Орело кристально чистой души человек.

– Тогда сделайте одолжение, возьмите ещё пять экю.

– Ого! Это отчего же такая щедрость?

– Берите, берите, это за вашу находчивость.

ГЛАВА 43 (137) «Черный граф»

ФРАНЦИЯ. ПРОВИНЦИЯ АНЖУ. ГОРОД АНЖЕР.

Четыре породистых рысаки и два крепких мула, несли шестерых всадников, по узким улочкам, вечернего Анжера. Миновав городские ворота, кавалькада устремилась к берегу Мэн, что несет свои спокойные воды, к несравненной Луаре, чья прелестная долина испещрена множеством маленьких речушек и звенящих ручьев, пополняющих полноводную артерию – жемчужину французского королевства. Добравшись до реки, всадники направились на юг, вдоль берега, и, покрыв расстояние немногим более полу лье, остановились лишь по команде метра Вареля, исполнявшего, в эту вечернюю пору, обязанности гида. Оставив лошадей в укрытии, средь высокого кустарника, они двинулись пешком, вслед за беспокойно озирающимся ростовщиком, оглядывавшим скользящим взором окрестности. Путники брели один за другим по густым зарослям, закрываясь от хлеставших по щекам ветвей, и пригибаясь, будто кланяясь, развесистым покосившимся кронам. Смеркалось. Ночная мгла, сгущалась над рекой, окутывая серым туманом, раскрашенные осенью, шапки деревьев, высочивших над водной гладью. Наконец Варель остановился, и, оглядевшись, неуверенно промямлил.

– Кажется где-то здесь.

Немного помешкав, ростовщик, призвал следовавших за ним дворян, спуститься вниз, к кромке воды. Тревожно шаря глазами по верхушкам пожелтевшей осоки; нависшему над головами берегу, укрытому, словно шапкой, зеленой травой, не утерявшей свежести и сочности, не взирая на вступивший в свои права октябрь, Варель указал пальцем в гущу камыша, тянувшегося к холму, увенчанному несколькими, накренившимся над частоколом стеблей, ивами, свесившими, словно непроницаемую для глаза вуаль, длинные густые ветви.

– Это определенно здесь.

На сей раз, без тени сомнения, заявил проводник.

– Туда, господа.

Промолвил он, указав на небольшой холм, возвышавшийся над заболоченным берегом. Сигиньяк подал знак Гаспару, и тот, сбросив с плеча полдюжины заранее заготовленных факелов, и мешок, в котором таилось нечто, напоминавшее деревянный ящик, извлек из-за пояса кинжал, напоминавший о Тибо, доставшийся ему во время схватки, и ринулся, рассекая острым лезвием стебли осоки, вслед за де База. Добравшись до холма, шевалье, следовавший впереди, раздвинул ветви, нарушив совершенство ивового ажура, увидел грот, в глубине которого чернела деревянная дверь.

Через какое-то время, до слуха ожидавших на берегу друзей, из-за зарослей осоки, за которыми исчезли Гийом и Гаспар, донеслись глухие удары, которые, впрочем, вскоре стихли, и послышался голос молодого дворянина.

– Господа, сюда, здесь действительно вход в подземелье!

Оказавшись под сводами мрачного, сложенного из огромных камней тоннеля, анжуйцы разорвали мглу пламенем нескольких факелов, позволивших разглядеть зловещий, окутанный тьмою проход.

– Де База, берите один из факелов, вы пойдете первым. Месье де Ро, возьмите другой, вам придется замыкать колонну. Остальные черенки, до времени, доверим Гаспару, кто знает, какой протяженности это чертово подземелье.