Я опять губами нахожу ее губы и терзаю их. Мне нравится впиваться в них, словно я пью ее, забираю ее вкус себе.
Полина все еще на моих руках, а член опять твердеет и уже упирается ей в бедро. Прислоняю ее к стене и беру член в руку.
- Держись за меня, девочка, - хриплю ей и она с готовностью обхватывает меня ногами, а руками обнимает за шею.
- Тагир… - шепчет сладко и громко охает, когда я приставляю член к складкам и резко опускаю ее на него. Я и сам стону от удовольствия, которое накрывает меня. Целую Полину в губы и, обхватив за ягодицы, начинаю трахать ее, то поднимая, то опуская.
Сначала очень медленно, растягивая свои ощущения от проникновения в Полину. Но не могу долго сдерживать себя. Постепенно ускоряюсь. Сильнее прижимаю Полину к стенке и сам уже бедрами толкаюсь и толкаюсь в нее. Соски натирают мне грудь и с каждым толчком из Полины вырывается стон.
Потом я быстро выхожу из нее, выключаю воду и Полина удивленно смотрит на меня.
- Сейчас продолжим, - усмехаюсь я, легонько шлепая ее по заднице. Вытираю нас кое-как полотенцем и несу ее на кровать. Кидаю туда и с наслаждением смотрю на тело, которое теперь принадлежит только мне. Просто смотрю, как Полина, смущаясь, пытается свести ноги и прикрыть грудь. Смотрю и пальцами сжимаю член. Яйца гудят. Кажется, только кончил в нее, и опять хочу. Хочу так, словно и не было ничего. Но сначала…
Встаю на колени перед Полиной и раздвигаю ее ноги. Она пытается приподняться, но я рукой опять укладываю ее на кровать.
- Не бойся, - хриплю я и взгляд опускается на покрасневшие складки. Пальцами провожу по ним и еще. Просто глажу, не надавливая. Потом ладонями сжимаю коленки Полины и целую их. И иду вниз поцелуями, по внутренней стороне бедра. Все ближе и ближе.
Вижу, как Полина замирает, следит за мной внимательно.
- Хочу попробовать тебя, - шепчу я. – Ты же везде сладкая?
- Ох… - слышу в ответ, когда мои губы касаются складок. Носом вожу по выступающему клитору.
Полина вцепляется кулачками в простыню и часто дышит.
- Сладкая… - шепчу я, обхватывая ее руками за бедра, чтобы не сдвинулась никуда. И языком прохожусь по складкам.
- Ох! Тагир! – вскрикивает Полина. – Господи! Не надо!
Но я лишь усмехаюсь в ответ и проникаю языком глубже. Вывожу там круги кончиком языка, а потом обхватываю губами клитор и посасываю его.
Громкие стоны Полины заводят меня еще больше. Я целую ее там, ласкаю языком, не оставляя ни сантиметра без внимания. И мне приходится и правда удерживать ее, потому что она упирается пятками в кровать и то и дело пытается приподняться или отскользнуть. Еще немного и она точно кончит. Я вижу это. Поэтому полностью переключаюсь на клитор и языком тереблю его, засасываю и чмокаю и опять облизываю языком.
И Полина кончает. Руками ощущаю дрожь ее ног и то, как она дергается. Запрокидывает голову назад и стонет. Громко и долго.
И, пока оргазм еще не отпустил ее, я быстро встаю, переворачиваю ее на живот, раздвигаю ягодицы и приставляю член. Там так мокро и мышцы пульсируют с такой силой, что я стону, стискивая зубы, и врезаюсь в нее одним толчком. Полностью ложусь на нее, накрывая своим телом и вдавливая ее в кровать, и резкими и частыми толчками трахаю. Чтобы тоже кончить.
Спазмы от оргазма усиливают мое удовольствие и я просовываю руки под Полину и с силой сжимаю грудь, а зубами прикусываю шею.
Мы стонем одновременно и я чувствую, что кончу. Опять кончу. Но пытаюсь оттянуть это, потому что каждый толчок как разряд посылает тысячи сигналов. Меня трясет от накрывающего удовольствия и, в конце концов, я срываюсь. Еще пара жестких толчков и я кончаю. С хрипом и стонами Полины. Опять заполняю ее. Бедрами вжимаюсь в упругую задницу, пока полностью не кончу в нее. Она моя и кончать я буду в нее.
Какое-то время мы просто лежим. Полина на кровати, вниз лицом, я на ней, большими пальцами теребя соски. Потом она начинает постанывать и я скатываюсь с нее. Ложусь на бок и притягиваю ее к себе.
Смотрю на покрасневшие щеки, на волосы, прилипшие ко лбу и затуманенный взгляд. Глаза полузакрыты и она смотрит на меня так, что я понимаю, что она еще не отошла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Девочка моя, - шепчу, прижимая ее к себе и целуя в волосы.
- Тагир… - шепчет она. – Это… я…
- Это то, чем мы будем заниматься с тобой постоянно, - усмехаюсь я, натягивая на нас одеяло. – Давай отдохнем немного. Я три ночи толком не спал. А нам еще столько надо сделать.
- А мама…
- И мама твоя тоже, - целую ее. – Спи, Полина. Все потом. Все хорошо будет. Обещаю.
Впервые за долгое время я сплю так, что набираюсь сил. И мне так хорошо. Несколько раз за ночь я проверяю, тут ли Полина. После всего, что случилось, мне до сих пор не спокойно, не верится, что она здесь, рядом. Прижимаю ее к себе еще крепче и опять проваливаюсь в сон.
Просыпаюсь, когда в комнате уже светло. И первое, что я вижу, - это взгляд Полины. Она сидит рядом и смотрит на меня. Сидит, закутавшись в покрывало. И взгляд такой. Там все еще страх. Ни улыбки на лице, наоборот – брови нахмурены.
И я понимаю, что в этом лишь моя вина. В таком ее поведении. Она все еще не верит.
Приподнимаюсь и беру ее за запястье. Тяну на себя. Она не сразу, но наклоняется. Кладу ее себе на грудь и обнимаю.
- Полин, доброе утро, - шепчу ей в волосы.
Молчит.
- Как ты спала? – мне хочется как-то разрядить нависшую над нами тишину.
- Тагир, - ее горячее дыхание обжигает грудь, - а что будет дальше?
Ясно. Девочка так и не расслабилась. Приподнимаю ее с себя и кладу на кровать, а сам нависаю над ней.
- Все хорошо дальше будет, Полин, - говорю, заправляя ей волосы за ухо. – Теперь почти все позади.
- Почти? – опять испуганно смотрит.
- Почти. Но скоро и это разрешится. Но главное другое. Знаешь, что? – провожу пальцами по ее скуле и касаюсь губ.
- Что? – губы дрожат.
- Что мы теперь вместе. И что я никуда тебя не отпущу. Никуда.
- Тагир…
- Подожди, Полина. Ты, наверное, думаешь, я вчера врал? Или пьян был? Или просто хотел трахнуть тебя, поэтому так сказал? Нет. Я люблю тебя. И хочу, чтобы ты всегда рядом была. Слышишь? Повторить еще? Веришь мне? Полин, скажи хоть что-нибудь?
- Что? – ну, наконец-то, уголки губ дергаются. Хочет улыбнуться, но сдерживает себя. Опять боится? Боится довериться?
Я наклоняюсь и шепчу ей в ушко, касаясь его губами:
- Но знаешь, мне и слова не нужны.
- Почему?
- Я тебя чувствую. Ты сказать боишься, но чувства не скроешь, Полин, - опять смотрю ей в глаза. – Ты думаешь, я отпущу тебя? Что сейчас потрахаю и брошу? Так?
Смущается и пытается отвернуться. Но нет. Мне нужны ее глаза. Поэтому беру за подбородок и заставляю смотреть мне в глаза.
- Да, Полин, потрахаю. Тебя это слово смущает? – ее покрасневшие щеки вызывают у меня улыбку. – Я буду трахать тебя, Полина. Я. Только я. Только мой член будет в твоих дырочках, - мне нравится, как она смущается. Отвернуться не может и закрывает глаза. Маленькая совсем еще. Целую ее в глаза. Потом в скулы. – Мы будем жить и трахаться. Полин, я люблю тебя. А то, что люблю, я никому не отдам. Да, я был дурак, совершил кучу ошибок, но ты ведь простишь меня? Ты добрая. Хорошая. Ты простишь. Я больше никому не позволю обижать тебя. Полин, открой глазки. Я хочу видеть их. В них больше ответов для меня. Девочка, открой.
И она слушается.
- Тебе пока сложно говорить. В душе сомнения, да? Обними меня просто. И я все пойму. Ты ведь хочешь быть со мной, да, Полина? Давай, девочка, просто обними меня.
Губами касаюсь ее щек, носа, глаз. Потом спускаюсь на шею. Терплю из последних сил. Она же тоже чувствует, как член упирается ей в бедро. Яйца сжимаются от предвкушения.
Но я жду. Жду ее ответа. И улыбаюсь, чувствуя ее теплые пальцы на своей спине. У меня мурашки от ее прикосновений. Она ведет руки выше и вот уже ее ладошки у меня на шее, а пальцы она запускает в волосы.
