возрасте семидесяти семи лет, за два года до открытия кратера Чиксулуб. Жаль, что он так и не увидел, как блестяще подтвердилась его гипотеза, – думаю, он был бы в восторге.
Атомная мерка
В 1961 году на северных границах бывшего Советского Союза был произведен самый страшный взрыв, когда-либо осуществленный нашим биологическим видом – взрыв водородной «Царь-Бомбы». Она была в 3 ООО раз мощнее бомбы, в 1945 году сброшенной на Хиросиму, бомбы, которая вызвала такие разрушения и унесла столько жизней. Мощь Царь-Бомбы трудно представить себе даже с цифрами в руках – зная, что грибовидное облако после взрыва поднялось в небо на 70 километров (в семь раз выше Эвереста), что стекла из окон вылетали на расстоянии в 900 километров от эпицентра и что вызванное взрывом землетрясение трижды обежало планету. Вот лишь одна подробность: запалом для такой водородной бомбы послужил такой же ядерный заряд, как и взорванный в Хиросиме. Представьте, какой силы должен быть взрыв, если «обычная» атомная бомба служит для него лишь детонатором. Это какой-то чудовищный гротеск.
Царь-Бомба – хорошая мерка, с которой можно сравнивать энергии, высвобождаемые при падении астероидов.
Круги
Столкновение с телом диаметром около 120 метров – примерно как знаменитое лондонское колесо обозрения «Око Лондона» и чуть меньше, чем «потенциально опасный объект» по классификации NASA – привело бы к мгновенному выделению энергии трех Царь-Бомб. В земной коре образовался бы кратер поперечником около 1,6 километра. За 75 тысяч лет, которые прошли с тех пор, как люди начали рисовать на стенах своих пещер, Земля испытала с полдюжины таких ударов.
В межпланетном пространстве намного больше маленьких астероидов, чем крупных, поэтому с ростом размеров тел вероятность их столкновения с Землей быстро уменьшается. Представим себе на минутку астероид диаметром около 300 метров, то есть размером с Эйфелеву башню. Такие тела сталкиваются с Землей в среднем раз в 80 000 лет, а это означает, что с тех пор, как на Земле появился человек современного типа, наша планета испытала пару подобных событий. Столкновение с объектом такого размера – по стандартам NASA они формально относятся к «опасным» – оставило бы после себя кольцевой кратер чуть меньше шести километров в диаметре. В нем мог бы поместиться городок средних размеров. Выделилась бы энергия, эквивалентная сорока шести Царь-Бомбам.
Если бы на Землю обрушился один из 900 потенциально опасных астероидов поперечником более километра, энергия взрыва составила бы уже 1 600 Царь-Бомб, а диаметр кратера – шестнадцать километров. Внутри такого кратера свободно мог бы расположиться большой город. На таких масштабах даже Царь-Бомба уже становится незначительной и не годится в качестве мерки – теперь мы должны думать о воздействии взрыва на всю планету в целом.
Возможно, самый поразительный пример ударного кратера на Земле – метеоритный кратер в Аризонской пустыне в США. Это чашеобразное углубление диаметром примерно в 1,2 километра выглядело бы вполне уместно на поверхности Луны. Его кольцевая кромка возвышается над лежащей вокруг плоской пустынной равниной, обрываясь ко дну кратера почти 200-метровой отвесной скальной стеной. С высоты Аризонский метеоритный кратер выглядит, как будто кто-то уронил гигантский шарик от подшипника на мягкий пластилин (в таком сравнении нет ничего удивительного, так как именно это, только в очень большом масштабе, и произошло). Внутри же кратера у вас легко может разыграться приступ клаустрофобии – горизонт, куда ни посмотри, со всех сторон подступает слишком близко.
Пустыня, окружающая кратер, засорена обломками метеоритного железа. За последние тысячелетия люди – начиная с американских индейцев, почитавших куски странного металла священными, – собрали его здесь несколько тонн. Все эти осколки железного метеорита носят общее название Каньон Дьявола, по имени ущелья рядом с кратером. Это металлические обломки главного метеоритного тела, оторванные от него во время полета сквозь атмосферу. В момент контакта с почвой поперечник главного тела составлял всего сорок метров, но так как оно состояло из железа (то есть было вдвое тяжелее, чем обыкновенный камень такого же размера), здесь, посреди Аризонской пустыни, его невозможно было спутать ни с чем. Массовый сбор обломков метеорита Каньон Дьявола начался в конце XIX века; по стечению обстоятельств, один такой обломок попал в химическую лабораторию Клера Паттерсона, и именно на нем Паттерсон выполнил свои измерения количества первичного свинца, которые впервые позволили вычислить точный возраст Земли.
Случай с Каньоном Дьявола – Аризонским метеоритным кратером – выглядит странно потому, что найти сохранившиеся обломки столкнувшегося с Землей астероида вблизи ударного кратера удается исключительно редко. Даже от огромного астероида, вызвавшего мел-палеогеновую катастрофу, не осталось достоверных фрагментов. Энергия, выделяющаяся при взрыве, почти всегда полностью превращает вошедший в атмосферу объект в пар, разносит его буквально на атомы и рассеивает в воздухе на огромные расстояния. Обычно следы исходного тела сохраняются только на химическом уровне. Однако «шрапнель», образовавшаяся при падении Аризонского метеорита, чудесным образом выжила в огненном полете сквозь атмосферу – дождь обломков выпал на больших расстояниях от места удара. Поскольку столкновение произошло сравнительно недавно (кратер можно назвать молодым), обломки не успели заржаветь и разрушиться в почве.
Зачастую бывает трудно найти не только сохранившиеся фрагменты небесного камня, но и ударные кратеры, образовавшиеся после столкновения с астероидом. Время быстро стирает их с поверхности планеты, не оставляя почти никаких следов: их кольцевые стенки сравниваются с уровнем почвы, внутренние чаши заполняются отложениями. Поверх их историй появляются новые геологические записи. Но все-таки до конца память о них не исчезает – геологические методы и инструменты помогают извлечь ее из-под земли.
Аризонский метеоритный кратер сравнительно невелик. По поверхности Земли, без сомнения, рассеяно еще много кратеров сравнимых с ним размеров, но не так хорошо заметных. Они терпеливо ждут, пока их разыщут пытливые геологические умы будущего. Большинство известных нам ударных кратеров никак не проявляют себя на земной поверхности: посреди ландшафта не высятся кольцевые стены, рельеф местности не содержит чашеобразных котловин и вокруг не валяются россыпи небесных камней. Истории этих кратеров записаны в «каменной летописи» гораздо менее заметными знаками – как в случае гигантского ударного кратера на полуострове Юкатан.
Нердлинген
В средневековом баварском городке Нердлинген в Германии аисты выкармливают птенцов в больших гнездах, которые они вьют на высоких и крутых крышах из красной черепицы. Город со всех сторон обнесен крепостной стеной, построенной больше 800 лет назад. В его центре находится церковь Св. Георгия. Ее великолепная девяностометровая колокольня (которую горожане любовно называют по имени – Даниэль) возвышается над лабиринтом петляющих улочек. С колокольни открывается чудесный вид на окрестные поля. Традиционная уравновешенность старинной германской
