все свободные дни. Но позже, во время встречи с Артуром у Наташи дома, он вдруг вспомнил, что у него в запасе осталось еще несколько. Маленькое и хлипкое, но несовпадение.
Однако был еще один момент, который совсем вылетел из Наташиной головы. Она сидит в своей в комнате, Илья на ее кухне что-то роняет и говорит, что это был его мобильный телефон. Все бы ничего, но его телефон в тот момент стоял на зарядке на столе, рядом с Наташиным, а сам стол находился не на кухне, а в комнате. Ерунда? Отнюдь.
Наташа подумала, что сама выложила Илье всю историю путешествия носового платка по рукам после его обнаружения в тайнике, а он вдруг очень заинтересовался его поисками. Во время разговора с Артуром он будто бы намеренно высмеивал серьезное отношение Наташи к платку, но тут же напросился на поездку в Холмогоры, несмотря на то что она могла не принести никаких плодов.
А еще Илья знал, где живет дядя Миша. Лекарство, которое он отвез ему однажды по просьбе Наташи. Он знал его адрес.
Но откуда он мог знать, что у дяди Миши вдруг появилась редкая вещь, которая могла стоить больших денег? Если только сам дядя Миша ему об это не рассказал…
Наташа взяла в руки мобильный телефон и набрала номер следователя Звягина.
Он сразу ответил и ни разу не перебил Наташу, пока она торопливо говорила в трубку, зачем-то прикрывая ее рукой.
Катя за это время успела поговорить с Денисом и узнать, что ее мама привезла ему домашнюю еду и убралась в доме. После разговора она почему-то решила, что это ее путешествие совершенно напрасно, а семья важнее.
Закончив разговор с майором, Наташа прислушалась к себе: ощущения того, что она сделала что-то неправильно, не появилось.
Она затушила сигарету и вернулась в номер.
В этот момент в дверь номера постучали.
– Пицца и пиво, – возвестил Илья, стоя на пороге. – Гуляем или как?
Он выглядел довольно дружелюбно, и в этот момент Наташины подозрения, из которых она успела возвести целый бастион, чуть было не разъехались в разные стороны. Меньше всего ей хотелось видеть его рядом с собой, но она не успела придумать причину, по которой могла бы выставить его за дверь. Оставалось делать вид, что с момента их последней встречи ничего не изменилось.
– Я заходила к тебе недавно, – сказала она.
– А я не стал спать, а отправился гулять по городу, – весело заявил Илья.
– А чего же нас с собой не позвал?
– Решил, что вы занимаетесь своими делами, – пожал плечами Илья. – У вас, девчонок, вечно сборы по часу. Да я просто побродил. А потом, дай, думаю, порадую нас всех пиццей и пивком. А чего вы такие прибитые? Я не вовремя?
Ответа, впрочем, он словно не ждал. Шагнул в комнату, вытянул на середину журнальный столик и поставил на него сумку.
– Налетайте, пока пицца горячая, а пиво холодное. Я зря это тащил, что ли?
Наташа взглянула на Катю.
Та, поймав ее взгляд, недоуменно приподняла брови.
– Ну ладно. Будем пировать, – согласилась Наташа. – Илья, вымой руки, пожалуйста.
Илья бросил в кресло ветровку и отправился в ванную комнату. Наташа подошла к креслу, взяла ветровку в руки и втянула носом воздух.
А потом она подошла к двери и два раза повернула в замке ключ.
Илья открыл коробку с пиццей, взял кусок и, запрокинув голову, ловко поймал его край губами. Катя тихонько сидела в своем углу, то и дело поглядывая на Наташу.
– Катюх, угощайся, – весело предложил он.
– Попозже, – отвернулась Катя.
– Открой, пожалуйста, мне пиво, – попросила Наташа.
Илья ловко открыл пиво брелоком для ключей и протянул бутылку Наташе.
– А город-то красивый, – еще шире заулыбался он. – Тут недалеко целый парк отгрохали.
– Да, в Архангельске есть на что посмотреть, – подтвердила Катя, глядя на экран. – Столько классных мест, а мы все пропустили.
– Зато побывали в Холмогорах благодаря Льву Леонидовичу, – подхватила Наташа. – Там очень красиво. Я бы, наверное, даже туда переехала.
– Серьезно? – удивился Илья.
– Места старинные, рядом река, – принялась перечислять Наташа. – И до города не так уж и далеко. На машине быстренько можно обернуться.
– Ну, это только кажется, – возразил Илья. – Там ближе к вечеру огромная пробка на въезде…
Илья резко оборвал фразу. Катя подняла от телефона голову.
– Откуда ты знаешь, что там ближе к вечеру образуются автомобильные пробки? – спросила Наташа.
– Ну, я ж автомобилист. Предполагаю, что это так, – ответил Илья.
– Это потому что ты был там сегодня вечером, – произнесла Наташа. – Ты отвез нас в гостиницу, а сам решил вернуться, не так ли?
Илья бросил недоеденный кусок пиццы в коробку. Поискал взглядом что-то, обо что можно вытереть руки, и, не найдя, взялся на край покрывала на Катиной кровати.
– Да, я вернулся, – подтвердил он. – А ты, я смотрю, и сама обо всем знаешь?
Он тяжело посмотрел на Наташу.
– Сядь, – приказал он.
Наташа послушно села на кровать. Илья устало провел рукой по лицу.
– Думал, что смогу спокойно уехать, но нет.
Он резко поднялся из кресла, шагнул к Кате и протянул руку.
– Телефон, – потребовал он.
– Что? – растерялась Катя.
– Отдала мне телефон. Быстро.
Наташа и Катя встретились взглядами. Наташа кивнула.
– Теперь твой.
– Он на подоконнике, возле балкона, – выдавила она. – Почти разрядился.
Илья одним движением взял телефон с подоконника и сунул в карман.
– Это ты устроил пожар в музее? – быстро заговорила Наташа. – Илья, остановись. Сядь, выслушай меня. Я не враг тебе, но мне нужны объяснения. Мы же приехали сюда с одной целью, везде ходили вместе, но ты решил поступить по-своему. Имеешь право, я понимаю, я тоже живой человек. Объясни, что тебя заставило, мы что-нибудь придумаем.
– Никто до меня не добирался так близко, – заявил Илья. – Никто и никогда. Ни твой Артур, ни ты, ни Мигунов, который, кстати, и рассказал мне о том, что он чудом попал к нему. Твой идиот Эдик так и не понял, что к нему в руки попала вещь, за которой люди охотились веками! Антиквар хренов! Да он вообще что-нибудь умеет в этой жизни? Очень странно, что он не перенял у Мигунова отменный нюх на такие редкости, а ведь мог бы хотя бы чему-то у него научиться. Ты хоть в курсе, что дядя Миша и сам потратил тридцать с лишним лет только на то, чтобы отследить родственные связи и жизненные пути всех Фельдманов за несколько сотен лет? Нет, не рассказывал он тебе об этом? Ну, конечно, не рассказывал.
