Но через некоторое время Хоуп стало жаль сестру. Конечно, Чарити была избалованной и упрямой, она всегда все делала по-своему и подчас грубила, но нельзя же оставить ее без ужина! Теперь она, наверное, уже успокоилась и хочет есть. К этому времени обедающих стало поменьше, и Хоуп попросила Люси подменить ее на несколько минут, пока она поднимется наверх.
Постучав в дверь комнаты Чарити и не получив ответа, Хоуп постучала еще раз, и снова никто не отозвался. В тревоге она повернула ручку, распахнула дверь и, быстро обежав взглядом комнату, убедилась, что в ней никого нет.
Чарити удрала!
Глава 19
Чарити была в растерянности и не знала, что ей делать. Она пообещала Чарльзу Бонни встретиться с ним на улице возле «Короны» ровно в семь, а тикающие в углу комнаты часы показывали уже половину седьмого. Как же ей выскользнуть из таверны, чтобы ни Хоуп, ни Котти ее не заметили? Несмотря на то что она привыкла не повиноваться сестре, сейчас Чарити была напугана словами Хоуп. Она понимала, что если довести сестру до крайности, та может выполнить свое обещание и запереть. Да и Котти, к которому частенько можно было подольститься и получить разрешение на то, чего ей хотелось, иногда проявлял твердость, и Чарити подозревала, что сегодня как раз один из таких моментов. Как ни хотелось ей спуститься по лестнице и, гордо прошагав мимо них, выйти из дома, у нее все-таки не хватило на это мужества.
Но должен же быть какой-то способ уйти! Перебирая в уме различные варианты побега, она нервно бродила из угла в угол. Если она не встретится с Чарльзом и он уйдет, не дождавшись ее, вероятнее всего, он больше никогда не назначит ей свидания, а такого мужчину, как Чарльз, она никогда не встречала и, наверное, никогда больше не встретит в этой варварской стране.
Приоткрыв дверь, она выглянула в щелочку и увидела посетителей, поднимающихся по лестнице и идущих дальше по коридору, в столовую. И тут у нее родилась идея. Подбежав к шкафу с одеждой, Чарити вытащила оттуда старый плащ, годившийся на любую погоду. Она давно не носила этот плащ, но сейчас надела его и вернулась на свой наблюдательный пост у двери. Время от времени поглядывая на часы, она видела, как стрелка неумолимо приближалась к назначенному часу, а затем застыла на цифре «семь». Чарити уже готова была расплакаться.
Но наконец настал момент, которого она так ждала. Быстро накинув капюшон, Чарити присоединилась к группе посетителей – трое мужчин и три женщины, – вышедшей из столовой и направляющейся к лестнице. Эти роскошно одетые, переговаривавшиеся друг с другом люди явно принадлежали к высшему обществу. Чарити, не обращая внимания на недовольные взгляды и неодобрительные замечания, заняла место в самой середине компании и оставалась там, пока все они не спустились на первый этаж. Украдкой оглядевшись, она очень обрадовалась, что не увидела Котти и Люси, а Хоуп стояла за стойкой, опустив голову. Все еще боясь, что ее узнают, Чарити, смешавшись с выходящими, с бешено колотящимся сердцем добралась до выхода. Итак, она свободна! Покинув случайных спутников, она с тревогой огляделась, почти уверенная, что Чарльз уже ушел, но тут же увидела его на углу. В приталенном темно-фиолетовом шелковом сюртуке с перламутровыми пуговицами, в бриджах и фетровой шляпе, он ожидал ее, опираясь на трость с перламутровым набалдашником.
Полная радостного возбуждения, Чарити заспешила к нему, и, когда Чарльз обернулся на звук ее шагов, у нее чуть не остановилось сердце. Как он красив, как уверен в себе! Как ей повезло, что такой мужчина обратил на нее внимание!
– Простите, Чарльз, – виновато сказала она, заметив, насколько он мрачен, – я думала, мне так и не удастся ускользнуть из дома.
– Я не привык дожидаться у задней двери как какой-то лакей! Это унизительно!
– Я понимаю и прошу меня извинить. Я ведь говорила вам: моя сестра и Котти до сих пор считают меня ребенком и не одобряют, что я встречаюсь с мужчиной. Хоуп даже обещала запереть меня на замок.
Такое объяснение вызвало у него кривую усмешку, придавшую ему грозный вид, и Чарити вновь преисполнилась восхищения.
– Вашу сестру я, пожалуй, еще могу понять, но ваш опекун, этот Котти Старк, должно быть, слепой. Вы совсем не ребенок, дорогая Чарити, хотя, возможно… – Его улыбка погасла, а взгляд бездонных черных глаз привел ее в трепет. – Возможно, он не хочет, чтобы за вами ухаживали, именно потому, что вы так восхитительны. Возможно, у него самого есть на вас виды.
– У Котти? – удивленно переспросила она и хихикнула. – О нет, только не у Котти! Он больше годится мне в отцы!
– Я бы сказал, что для этого он еще слишком молод.
– Ну, тогда в братья. Он никогда не воспринимал меня иначе, как сестру.
– Мне кажется, в некоторых отношениях вы действительно еще очень молоды. Но давайте оставим в покое этого Котти Старка, у нас есть более приятные дела.
Чарити приняла предложенную ей руку. Ощущение твердых мускулов под одеждой кавалера и его близости подействовало на нее возбуждающе, но она постаралась не выдать своих чувств. Инстинктивно она почувствовала, что обычная ее тактика соблазнения с этим человеком успеха иметь не будет, однако нельзя позволить ему догадаться, как сильно он привлекает ее. Чарити и так уже чуть не выдала себя своим глупым восторгом при встрече. Впервые в жизни она почувствовала, что мужчина имеет над ней власть, и это одновременно приятно будоражило и пугало ее.
– Куда мы пойдем? – обратилась Чарити к Бонни.
– Думаю, в кабаре Хью Марстона. – Его темные глаза чуть насмешливо взглянули на девушку. – Вы когда-нибудь бывали в кабаре?
Не сочтет ли он ее наивной, если она скажет правду? Чарити очень хотелось показаться ему искушенной, но, пожалуй, в данном случае этого делать не стоит. Она уже призналась, что находится под опекой, значит, можно разыграть принцессу, за которой бдительно следят и с которой сдувают пылинки.
– Нет, никогда, – ответила она, – но я слышала о нем.
– Тогда вам пора посмотреть на кабаре своими глазами. До начала представления мы пообедаем там, хотя еда, возможно, будет не такой вкусной, как в «Короне», но, я уверен, вполне съедобной. – И Чарльз повел ее в сторону района Скал.
Если Хоуп и Котти узнают, что она побывала в кабаре… Но «запретный плод» вызывал у Чарити волнующий трепет, и она не сомневалась, что сегодня ее ждет незабываемый вечер.
Прежде ей никогда не доводилось вечером посещать Скалы. Она была там всего лишь однажды, да и то днем и в сопровождении Котти. Сейчас на улицах было полно неряшливо одетых мужчин, которые нагло рассматривали Чарити, и женщин, очевидно, проституток, выставлявших напоказ свои прелести, хрипло смеявшихся и бесстыже заигрывавших с прохожими. Видимо, решила Чарити, именно про них некоторые посетители таверны говорили «шикарная девка» или «пьяная тварь», когда те были подвыпившими.
