– говорю, читаю и пишу. По-итальянски и по-испански объясняюсь.
– Однако! – удивился адмирал.
– В иностранном легионе кто только не служил! – пожал плечами Николай. – И в школе хорошо учили. Теперь о паспорте. Почему я не сожалею о пропаже? В нем фамилия была другая – отчим усыновил меня. Но мать мне говорила: «Ты Несвицкий Николай Михайлович, запомни это!» Я собирался вернуть свою фамилию, вступив в Иностранный легион. Их правила позволяют взять себе любое имя. Но вышло так, что стал Несвицким здесь. Мне поверили на слово.
– Кто-нибудь учил вас волхованию? – поинтересовался князь.
– Нет, конечно, – пожал плечами Николай. – В Дакаре магов не было, их и во Франции не очень много. В отличие от немцев лягушатники не считают, что они ценны для армии. Специальных групп из магов в легионе нет. В Дакаре я считал, что умею лишь летать. Прочие способности проявились здесь и неожиданно. В бою меня контузило, засыпало землей, я потерял сознание, а как очнулся, обнаружил, что умею зачаровывать патроны. Потом – раствор. Заинтересовался. К счастью, в госпитале обнаружил книгу «Практическое волхование», она осталась от моего предшественника. Книга очень помогла. Недавно я узнал, что обладаю и защитным коконом, но его пока что не испытывал.
– Теперь мне многое понятно, – задумчиво промолвил князь. – И ваше проявление способностей и необычный способ воевать. В батальоне ополченцев мне рассказали, чему вы их учите. Непривычно, но очень эффективно.
«Он и туда залез!» – поразился Николай.
– А эта ваша операция по захвату в плен начальника разведки Славии… – продолжил адмирал. – Такое мог осуществить офицер с богатым опытом подобных действий. Но я не понимаю, почему вы скрыли от других свою историю? Для чего придумали детдом?
– Лишние вопросы, – пожал плечами Николай. – А еще повышенное внимание контрразведки.
– Гм! Вы неглупый человек. А года зачем себе прибавили? Да еще так много! По паспорту вам двадцать пять.
– Тут две причины. Первая. К восемнадцатилетнему отношение другое. Слишком юный, чтобы восприняли всерьез. Вторая. У меня есть женщина. Ей 32, и Марина очень сокрушается, что она постарше. Согласитесь, семь лет или четырнадцать заметно отличаются.
– Извините за такой вопрос: у вас с ней отношения серьезные? Жениться собираетесь?
– Женюсь, если забеременеет и родит.
– Даже в этом вы истинный Несвицкий, – развел руками адмирал. – В нашем княжеском роду невесты постоянно были старше. У меня с покойной Юлией Платоновной разница составила пять лет, и не в мою пользу, разумеется.
– Хотите мне сказать?..
– Вот именно! Вы, Николай Михайлович, мой внук, и в этом нет сомнения. Все совпадает: возраст, внешний вид, природный дар, характер.
– Но как же… – растерялся Николай. – Вы уверены?
– Не ожидали? – улыбнулся адмирал.
– Считал, что ошибаетесь. И что теперь мне делать?
– Вас не прельщает титул князя и блестящая карьера, которую я смогу вам обеспечить?
– Не обижайтесь, но нисколько. Поймите, Николай Иванович – я нашел свой путь. Мне восемнадцать лет, а я уже майор. У меня есть служба, которая мне нравится, любимая, друзья. В госпитале меня ценят, в республике я не последний человек. И вдруг все это поменять? Ради чего?
– Сын был с таким же независимым характером… – вздохнул Несвицкий-старший. – Не хотел, чтобы помогали с карьерой. Желал всего добиться сам.
– И что теперь? – Николай помедлил. – Как быть нам дальше?
– Пока не знаю… – адмирал задумался. – Сам не ожидал, что все так сложится. Но сомнений нет. Понимаю ваши чувства: жили-не тужили, вдруг кто-то появляется и говорит, что он ваш дед. Поймите, Николай Михайлович, я очень рад. Тому, что у меня есть продолжатель рода, тому, что внук мой оказался истинным Несвицким. В тяжелейших обстоятельствах не дрогнул, проявил себя, как воин и мужчина. Рад, что я теперь не одинок…
Голос адмирала дрогнул. Он достал платок и промокнул им влажные глаза. «С чего я кочевряжусь? – подумал Николай. – Как бы в прошлой жизни я себя повел, узнав, что у меня есть внук? Обрадовался бы! К тому же Бойко вполне мог быть внуком адмирала – ведь не случайно они похожи? И возраст совпадает по словам Несвицкого. Жаль генетический анализ провести нельзя – нет здесь пока что этой технологии…»
– Не обижайтесь, Николай Иванович, – сказал он адмиралу. – Я сам в смятенных чувствах. Столько лет считал, что сирота… Полагаю, нам обоим понадобится время, чтобы привыкнуть к мысли, что мы не одиноки.
– Согласен, – князь кивнул. – Вы познакомите меня с своей избранницей?
– Марина не обрадуется, – развел руками Николай. – Дело в том, что опасается, и она об этом говорила, что в этом случае ее я брошу. Дескать, такого волхва обязательно признает родственником кто-нибудь из родовых, а у них не принято жениться на простолюдинках.
– Глупость! – возмутился адмирал. – Когда-то это вправду было, но давно не практикуется. Есть семьи, в которых соблюдают старые обычаи, но их очень мало. К тому же как заставить молодого человека, вроде вас, взять жену по выбору родителей? Пускай не сомневается. Хотите, я благословлю ваш брак? Публично, в церкви?
– Давайте решение этого вопроса пока отложим. Предлагаю так. Мне намекнули, что за сведения, добытые при захвате в плен начальника разведки Славии, меня представили к ордену империи. Если вправду наградят, будет повод отметить это дело в ресторане. Там я вас и познакомлю. А далее – по обстоятельствам.
– Разумно, – согласился адмирал. – В свою очередь предлагаю учить вас волхованию. То, о чем вы рассказали, говорит о слабой подготовке. По учебнику Софрония стать сильным волхвом невозможно – там базовые знания. Я был наставником для многих, например, Акчурина, с которым вы знакомы. До обучения он обладал двумя разрядами, теперь их у него четыре, не говоря об эффективном применении способностей. У вас найдется время для занятий?
– После полудня я свободен, –
