ответил Николай. – С учебой ополченцев я закончил – теперь с ними возятся инструкторы.
– Значит, завтра в четырнадцать часов, – распорядился адмирал. – Здесь, в штабе корпуса. Зал для занятий мы найдем…
В следующие дни Николай познал не фунт, а тонну лиха. Дед внука совершенно не жалел – заставляя повторять одни и те же упражнения по многу раз, пока тот не валился с ног от изнеможения. Все потому, что дар свой внук применял не так как должно. К примеру, жор, который нападал на Николая после применения способностей, был показателем того, что сила есть, а вот с умом проблемы. Если делать по науке, то есть он будет, может, и побольше, чем обычно, но не кастрюлями. К тому же возрастает эффективность применения способностей.
Наука оказалась непростой. Переучиваться всегда трудней, чем начинать с нуля. Николай настолько уставал, что, придя домой, в изнеможении валился на диван и лежал так час, а то и больше. Это не укрылось от Марины.
– Что с тобою происходит? – спросила как-то Николая. – Почему ты вечерами чуть живой? Чем занят днем?
– Обучаюсь волхованию. Из империи в Царицыно приехал сильный волхв, который мне дает уроки. Гоняет сильно, потому и устаю.
– Зачем это тебе? – нахмурилась Марина. – И без того ты многое умеешь.
– Я сам так думал, – Николай вздохнул. – Как выяснилось, ошибался. Волхование – такая же наука, как ваша медицина. Вот ты проходишь переподготовку?
– Регулярно. Без этого врачу нельзя. Появляются новые методики, лекарства… Это нужно особенно сейчас, когда идет война. Раньше мы не лечили деток с миновзрывными травмами.
– Вот тоже и со мной. Война, любимая.
– Ты служишь в госпитале! – топнула ногой Марина. – Зачем тебе война?
– Приляг со мной, – Николай подвинулся. Поколебавшись, Марина примостилась рядом. Он обнял ее. – Давай по пунктам. Ежедневно я чарую автоклав раствора. Пока на линии боевого соприкосновения нет активных действий, этого хватает. Вон, даже иностранцев начали лечить. А если вдруг начнется наступление – неважно, наше или славов? Количество раненых возрастет в разы. Раствора может не хватить, тем более что он не стоек и долго не хранится. Больших запасов не накопишь. Освоив волхование на новом уровне, я смогу зачаровать не автоклав, а два. Количество спасенных жизней возрастет на порядок…
– Я не подумала… – Марина чмокнула его в плечо. – Мне не хватало твоей ласки, вот я и злилась. Прости меня.
– Не за что, – Николай вернул ей поцелуй. – Закончу обучение, и мы вернемся к прерванным утехам. Наверстаем.
– Кто знает? – загадочно ответила Марина.
– Так… – Николай насторожился. – О чем ты?
– У меня задержка. Пока что рано говорить, но очень вероятно, что беременна.
– Замечательно! – он чмокнул ее в губы. – У нас с тобою будет сын! Возможно, дочка. А лучше б сразу двое.
– Но, но! – Марина возмутилась. – Ты знаешь, что такое двойня? Их вчетверо труднее выходить и воспитать. Говорю тебе как педиатр.
– Найдем им няньку, можно две.
– А деньги на оплату где взять? На пособие не разгуляешься.
– Сейчас!
Несвицкий приподнялся над диваном, скользнул к шкафам, где встал на ноги и извлек рюкзак. Открыл его и, подойдя к дивану, высыпал на ноги женщине пачки денег – те самые трофейные экю.
– Что это? – Марина изумилась.
– Экю, почти что двадцать пять тысяч. Как трофей, взяты на поле боя. У немцев было полмиллиона. Мы с Владиславом поделили поровну – на нас и семьи убитых ополченцев. Вот и вышло по двадцать пять. Я их почти не тратил. Купил компьютер, принтер, мышку – вот и все. На нянек хватит?
– Да тут их можно взвод нанять! – Марина зачарованно перебирала пачки денег. – Ох, Коля! Чего еще я о тебе не знаю?
– Узнаешь, – Николай сел рядом и обнял женщину за плечи. – За ребенка не волнуйся – выходим и воспитаем. Я буду помогать. А чтобы ты не волновалась, вступим в брак. Согласна?
– Да, – ответила Марина и всхлипнула.
– Ну что ты? – он стер слезинку с ее щеки.
– Я переживала, как ты воспримешь новость о моей беременности. Ко всякому готовилась – вплоть до того, что ты уйдешь. Но решила, что в этом случае ребенка все равно оставлю. А ты… Ты…
Она заплакала, Несвицкий начал утешать… Ночью, когда она уснула, Николай прошел на кухню, где сел и закурил. «Вот все и устаканилось, – подумал, пыхнув дымом к потолку. – Познакомлю деда с будущей женой, он благословит наш брак. Распишемся, захочет – обвенчаемся. Марина успокоится и перестанет нервничать. Все у нас наладится…» Загасив окурок, он бросил его в мусорку и отправился к любимой. Тихонько примостился рядом. Марина завозилась и обняла его.
«Жизнь хороша!» – подумал Николай, зевая. Он не предполагал, насколько ошибается…
[1] Командир батальона (франц.).
Глава 13
13.
В этот раз командующий вооруженными силами Славии пришел к фон Леебу без орденов и аксельбантов. На кителе оливкового цвета красовались лишь орденские планки. И вел себя командующий не так, как в прошлый раз. Поздоровавшись с советником, прошел к столу и, не дожидаясь приглашения, примостился на свободном стуле. Фон Лееб лишь зубами скрипнул. Он прекрасно знал, почему слав ведет себя по-хамски. Накануне в Борисфене побывала представительная делегация из Западной Европы. Главы ряда государств, встревоженные неудачами Славии в противостоянии сепаратистам и пришедшим к ним на помощь варяжским корпусом, пообещали сателлиту нарастить помощь деньгами и оружием. Заверили, что руководители страны-марионетки могут не волноваться за свое будущее. Никаких преследований за коррупцию, если та в рамках разумного, конечно.
