– Понятно…
– Без сомнения, мы скоро узнаем все подробности этого происшествия. Мне казалось, что вам это будет интересно.
– Да. Спасибо, Стил. Я перехожу в сектор пять. Конец связи.
– Конец связи.
Она положила рацию к себе в карман и подозвала дозорных. Дозорные появились из закоулков, тряся головами и стряхивая с одежды налипший мусор. Выслушав их донесения, она указала им новый сектор поиска.
Кот наблюдал за всем этим из своего укрытия на коньке крыши. Когда Топаз закончила переговоры со Стилом, он задумчиво почесал свою щеку. То, что он смог прочесть по губам Топаз, заинтриговало и обеспокоило его. Империя не предпринимала открытых атак на Туманный Мир в течение двадцати лет. Двадцать лет назад флот Империи разбился о психоэнергетический щит. И вот, похоже, они снова прилетели сюда. Задумавшись, он прикусил нижнюю губу. В это надо было посвятить Сайдер – интересно, что она думает по этому поводу. Даже если эта новость не заинтересует ее, она, может быть, перестанет переживать из-за упущенной вещицы Старлайта. Он ловко спустился с конька на занесенную снегом крышу.
Он еще не успел скрыться в тумане, как из полутемного переулка появилась высокая светловолосая женщина с устремленным вдаль взглядом. Она опасалась, что дозорные найдут ее, но они слишком небрежно вели поиски. Если говорить более точно, они не слишком глубоко разрывали кучи мусора. Мусор был отвратителен, но Мэри приходилось прятаться и в более неприятных местах. Можно было перенести любые неудобства, лишь бы не быть схваченной и возвращенной в Империю. Подслушав переговоры Топаз, она узнала для себя много интересного. Ее сапфиром завладел директор космического порта, но пока он передал его кому-то другому. Она не поняла, кому именно. Сейчас ей надо было найти директора и заставить его вернуть сапфир. Указать, где находится директор Стил, ей могла эта женщина – Топаз. С этой мыслью Мэри двинулась в туман вслед за разведчицей и ее патрульными.
Даже в самых совершенных программах встречаются отклонения.
Кот повис над окном второго этажа таверны «Колючий терновник» и обеспокоенно нахмурился: ставни окна мансарды были слегка приоткрыты. Сайдер обычно не позволяла себе такой небрежности. Он растворил ставни пошире, схватился за скобы над окном и ногами вперед въехал в комнату.
Здесь было холодно, горела всего одна лампа. Кот плотно закрыл ставни. Сайдер сидела в кресле возле камина и смотрела на пляшущие языки пламени. Она выглядела усталой, расстроенной и даже упавшей духом. Никакого товара для перепродажи не предвиделось, таверна была до сих пор закрыта. Сайдер прилагала все усилия, пытаясь отремонтировать пострадавшее помещение, но ее возможности были почти исчерпаны. В Мистпорте бедность приравнивалась к преступлению, наказанием за которое нередко была смерть на холодных и безжалостных улицах. Кот сжал кулаки. Все-таки он превосходно бегал по крышам, а ловкий вор всегда сможет достать деньги. Тем или другим путем.
Услышав его шаги, Сайдер обернулась, и на ее лице появилась улыбка. Правда, глаза ее были по-прежнему грустны. Она встала со своего кресла, Кот обнял ее. На секунду Сайдер крепко прижалась к нему – чувствовалось, что ей так не хватает заботы и внимания. Но тут же ее руки отстранили его, а на лице появились обычные капризные морщинки. С улыбкой посмотрев на разочарованное лицо Кота, она нежно поцеловала его.
– Ты уже давно должен был прийти. Где тебя носило?
Пользуясь азбукой глухонемых, Кот пересказал то, что он услышал от начальницы патруля. Он был даже раздосадован: следя за его пальцами, Сайдер оставалась совершенно спокойной, просто равнодушной. Когда он закончил свой рассказ, она быстро поцеловала его и направилась к зеркалу, где стала прихорашиваться и поправлять прическу. Глядя на ее отражение, Кот следил за ее губами.
– Не бойся флота Империи, мой дорогой. Пока экстрасенсы держат свой щит, флот нам не страшен. Что касается разносчицы эпидемии, то я знаю, какую цену назначили за ее голову. Но мы – воры, а не охотники за убийцами. Оставь эту работу тем, кто знает в ней толк. Хорошо?
Кот нехотя кивнул головой.
– Ну и ладно. А теперь у меня есть для тебя работа. Я иду к директору порта Стилу.
Кот недоуменно нахмурил брови, а Сайдер рассмеялась.
– Не беспокойся, дорогой! Это деловая встреча, мы с ним частенько встречаемся по делу. В руки к нему попал очень красивый сапфир, а у меня есть покупатель на этот камень. Я уже договорилась со Стилем о покупке сапфира, но всего час назад он пошел на попятную и заявил, что не отдаст этот камешек ни за какие деньги. Он не стал долго говорить со мной. Выходит, у нас все сорвалось, правда? А я так рассчитывала на эту сделку! Деньги от перепродажи сапфира помогли бы нам выпутаться из всех наших трудностей. Теперь мы остались с носом, и все из-за директора порта. Но я не успокоилась. Я напрошусь пообедать со Стилом. Это будет нетрудно – душка Гидеон так любит похвалиться своими кулинарными способностями. Мы приятно пообщаемся, а тут наступит и твой черед. Когда я отвлеку его, ты влезешь в его квартиру и возьмешь сапфир.
Кот вежливо улыбнулся. Лучше бы он не слезал со своей крыши!
– Я знала, что ты согласишься, – с улыбкой сказала Сайдер.
Туман заполнил узкую улицу, в которой Топаз поджидала своих дозорных. На ее волосах и одежде оседали мельчайшие капельки влаги, клубящаяся дымка обступала ее со всех сторон. Видимость была нулевая, высокие стены домов казались смутными тенями. В тумане тускло светил один-единственный фонарь, дававший маленькое янтарное пятнышко света. Радовало лишь то, что прекратился снег.
Вэрчью был мертв. Топаз печально улыбнулась. С его смертью акт отмщения можно было считать совершенным. Конечно, она предпочла бы убить доктора собственной рукой, но, в конце концов, это не имело значения. Ее устраивало, что его больше нет на свете. С ее плеч как будто сняли тяжелый груз, и все-таки…
«Что мне теперь делать? Мне нужна… какая-то цель в жизни, то, ради чего я буду жить».
Долгое время таким смыслом жизни был Майкл. Потом – месть за его убийство. А теперь – что? Она нахмурилась. Сейчас она была командиром всего городского дозора. Может быть, для Майкла это показалось бы удивительным, но служба в дозоре давала Топаз чувство внутреннего комфорта. Здесь с самого начала оценили ее заслуги, не обращая внимания на ее прошлое. Возможно, на этой службе она смогла бы воздать должное тому городу, который дал ей приют и оградил от преследований Империи.
В тишине послышались чьи-то шаги. Топаз настороженно посмотрела по сторонам. Ее людям нужно двигаться побыстрее, если они хотят до наступления темноты прочесать весь этот квартал. Тут она поняла, что звук шагов принадлежит всего одному человеку. В неподвижном воздухе разносился отчетливый, резкий стук чьих-то каблуков. Повернувшись лицом к неизвестному прохожему, Топаз непроизвольно положила руку на кобуру с дисраптером.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
