Антон подождал продолжения, но Игнат снова ушёл в воспоминания.
– Достучаться бы до Лам-ки… или до ангелоидов.
– Забудь, – посоветовал эфаналитик. – У меня есть идея. Хорста надо ловить его же методами, опираясь на его логику.
Игнат поднял голову:
– Что ты имеешь в виду?
– Мы догадываемся, но не знаем точно, что задумали инвазеры.
– Направить боевых роботов гиперптеридов из прошлого в наше время? Честно говоря, я в этом сомневаюсь.
– Для того им и понадобился хроноинвертор. Своих рук и ног у них нет, нужны реализаторы идей, вот и приходится использовать носителей типа Хорста. Так вот, мы можем выяснить их цели у одного из эмиссаров, а он наверняка будет знать, где прячется Хорст.
– Не тяни душу! Кого ты имеешь в виду?
– Еву Рутберг.
Игнат откинулся на спинку стула, изучая спокойное лицо приятеля.
– Ты с ума сошёл!
Эфаналитик пожал плечами.
– Peccando promeremur[23]. Ты хочешь спасти свою девушку?
– Что за вопрос!
– Тогда deo volente[24] давай разработаем план контакта с Евой. Мне сказали, что ты очень сильный пси-оператор.
Игнат выпятил губы.
– Кто сказал?
– Не важно, хороший человек. Или он ошибся?
– Кое-что я умею, – признался Игнат.
– Предлагаю встретиться с госпожой Рутберг с глазу на глаз и допросить.
– Тебе не кажется, что допросить – это уже слишком?
– Ну, вежливо попросить выложить всё, что она знает об инвазерах и Хорсте.
Игнат невольно улыбнулся.
– Не знал, что есть ещё такие же авантюристы, как я.
Антон ответил почти незаметной улыбкой.
– Жизнь коротка, надо успеть попробовать всё.
– Это лозунг лузеров. На самом деле жизнь так коротка, что едва успеваешь её испортить. Итак, ты предлагаешь пойти… м-м, остросюжетным путём?
– Он быстрее всех других, официально признанных, а времени у нас в обрез. Если мои предположения верны, скоро начнётся новая война с боевыми негуманскими роботами. Надо попытаться её упредить.
– Как ты мыслишь добиться встречи с Евой? Наверняка она находится под неусыпным оком американской Фемиды и агентуры инвазеров.
– Чем проще план, тем легче его исполнение. Я могу выяснить, где она живёт, когда ест, спит, где отдыхает и работает. Выберем точку рандеву и перехватим госпожу инспектора в месте, где она меньше всего будет ждать.
– Я сразу могу сказать где – в своей квартире, охраняемой всеми хитроумными системами типа ОСОТ[25].
– Давай добудем нужные сведения и решим.
Игнат подумал.
– Хорошо, займись, а я попытаюсь пробить спецэкипировку класса «инвизибл» и кое-какое оружие.
– Зачем? Это лишнее. Чем стандартнее мы будем одеты, тем меньше на нас будут обращать внимание. А оружие – ты сам. Мне говорили, ты оперируешь энергиями под стать эмиссарам инвазеров.
– Если аккумулировать ментальные каналы объединённой команды. Нужны люди, соратники.
– Я не подойду? – Вопрос был задан с обманчивым простодушием, и отвечать надо было не вербально.
Игнат усилием воли перешёл в инсайт-состояние, легонько уколол Антона лучиком психофизического просвечивания и получил «мурлыкнувшую» волну энергии, влившейся в него как призрачный огненный протуберанец.
Ощущение было таким знакомым и приятным, будто перед ним сидел не молодой эфаналитик, сверстник Игната, а сама Лилия!
– Годится? – показал свою специфическую полуулыбку Антон.
– Не ожидал! – признался удивлённый Игнат. – В ментале ты – копия моей девушки.
– Допускаю, что мы в чём-то одинаковы.
– Как брат и сестра. – Игнат помолчал, изучая лицо собеседника, встал. – Расходимся. Я к отцу, он единственный, кто поймёт меня и не осудит. Если бы с нами был Селим фон Хорст, не говоря о Лам-ке, успех был бы гарантирован. Но Селим на кладбище моллюскоров, а Лам-ка…
– «Джинн»?
– «Джинн», – улыбнулся Игнат. – Его совершенно случайно вырастила моя мама. К сожалению, он недоступен.
– Справимся и без них.
– Нам придётся совершить невозможное с любой точки зрения.
– Это неизбежно.
– Встречаемся через пару часов у…
– Меня.
– Хорошо. Адрес?
– Дерлок Борисфен в сорока километрах от Днепропетровска. Там всего один терминал метро, я живу в зонд-хаусе…
– Найду. – Игнат сунул Антону ладонь и поспешил из кафе, настраиваясь на выполнение замысла, озвученного эфаналитиком. Чем больше он размышлял об этом, тем больше казалось, что идея осуществима.
Отца он нашёл в рабочем модуле юротдела УАСС. Артём сидел перед сложнейшей объёмной схемой взаимодействия социумов Земли и следил за изменением крайних участков схемы, светящихся жёлтым и оранжевым светом.
Впустив сына, этик-юрист УВР повернулся к нему, ощупал лицо сына глазами цвета предгрозового неба, отметил твёрдую складку губ.
– Маме звонил?
– Да, встречаемся завтра.
– Рассказал о Лилии?
– Не стал расстраивать, потом скажу.
– Правильно сделал, она и так на взводе в связи с твоим рейдом к моллюскорам. Судя по тому, как ты что-то решаешь в голове, у тебя появилась идея.
– Мы с Антоном решили поговорить с Евой Рутберг.
Брови Ромашина-старшего вспрыгнули на лоб. Заговорил он не сразу, продолжая изучать затвердевшее лицо сына.
– Антон тебя поддержал?
– Это его идея.
– Очень интересно. Неужели я в нём ошибся?
– Он хороший парень, – запротестовал Игнат. – Немного не от мира сего, но идеи выдаёт классные.
– Правильный пацан, так сказать?
– И между прочим мощный интрасенс. Светится в ментале не хуже Лилии, я даже удивился.
– Может, он её брат?
– В каком смысле? – не понял Игнат. – Я тоже сказал, что они похожи как брат и сестра, но…
– В смысле, что он тоже ангелоид. Селим о тебе говорил, что ты последний «джинн», а твоя Лилия первый ангелоид.
Игнат нахмурился.
– Селим пошутил, надеюсь?
– Просто оценил твои возможности. Не понимаю, почему ты не воспользовался сиддхами на кладбище моллюскоров, когда Ульрих гонял тебя по буеракам.
Игнат с досадой отвернулся. Этот вопрос он задавал себе и сам, но ответа не нашёл.
– Минутное затемнение… это было… неожиданно.
– Ты расслабился, – кивнул Артём. – Расслабился до такой степени, что перестал объективно оценивать положение. А ведь космос – не мексиканская ривьера и не лужайка с цветами.
– Я знаю.
Взгляд отца стал жёстким.
– Плохо знаешь, если случилось то, что случилось.
– Пап, я пришёл не для того, чтобы выслушивать упрёки.
– А чего ты хочешь? Чтобы я погладил тебя по головке, успокоил, вытер слёзы?
– Нет. Мне понадобится…
– Моё благословение? Ты давно вышел из этого возраста и вполне самостоятелен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
