Самая известная из организаций, взявших на вооружение эту стратегию, – Grameen Bank, или, как его еще называют, «босоногий банк», который делегирует функции контроля за погашением ссуд группам заемщиков и деревенским старостам. Это позволяет банку осуществлять управление миллионами небольших ссуд экономически наиболее эффективным образом. В сфере образования плодотворно работает еще одна из крупнейших и самых успешных общественных организаций мира – BRAC, основанная Фазлом Абедом. Она учит деревенских женщин управлять бангладешскими школами, в которых учатся в общей сложности более 3,5 млн детей{139}.
В сфере здравоохранения такие социальные предприниматели, как Вера Кордейро, наглядно продемонстрировали, что непрофессионалы могут оказывать эффективную поддержку семьям в целом ряде аспектов, связанных со здоровьем. В Индии в рамках «Всеобъемлющего проекта поддержки здравоохранения в сельской местности», запущенного Раджем Аролем в штате Махараштра, добровольных «сельских медработников» обучают уходу за беременными женщинами в сотнях тысяч деревень, что существенно способствует снижению детской и материнской смертности{140}.
В сфере прав человека «Бюро правовой защиты национальных и этнических меньшинств», ведущая венгерская организация, занимающаяся правовой защитой цыганского населения, основанная Имре Фурманном, учит цыган в сельских районах собирать свидетельские показания сразу же после того, как произошло нарушение их гражданских прав{141}. В Буркина Фасо «Буркинистское движение за права человека», созданное Халиду Оуэдраого, поручает наблюдение за соблюдением прав человека тысячам граждан страны, а не международным организациям{142}.
Важное значение имеет социальное предпринимательство в работе с людьми с ограниченными физическими или умственными возможностями. Они составляют от 7 до 10 % населения земного шара, большинство этих людей находятся на попечении своих семей{143}. Однако во многих частях мира ограниченность физических или умственных возможностей – психическое заболевание, глухота, паралич – все еще считается проклятием, карой Божьей. Человека с ограниченными возможностями родственники тщательно скрывают от посторонних глаз, его семью могут заклеймить позором.
В случае с психическим заболеванием – наиболее распространенной формой ограниченности возможностей – модель лечения, предполагающая задействование большого количества профессионалов и превалирующая в развитых странах, совершенно не подходит для стран развивающихся. Так, в Индии численность населения составляет 1 млрд человек, но по состоянию на конец 1990-х гг. в стране насчитывалось всего 6000 дипломированных психиатров и психологов. Если в Индии использовать подходы, принятие на Западе, проблема никогда не будет разрешена. Будучи оставленными один на один с проблемой, индийцы часто запирают родственников с ограниченными умственными возможностями дома или везут их к «святым людям», подвергая различным способам «лечения» для «изгнания дьявола». Некоторые из этих способов предполагают физическое насилие – избиение, порку.
И снова социальные предприниматели из разных стран пришли к единому мнению: главное здесь – вооружить необходимыми знаниями членов семьи человека с ограниченными возможностями или его общины.
Этот принцип является основным в работе Тары Сринивасан, психиатра из Ченная, одной из основательниц индийского Фонда исследования шизофрении{144}. Работая в течение многих лет с больными шизофренией в трущобах Ченная, Тара убедилась, что лучший подход к разрешению проблемы – обучить «главного ухаживающего» в каждой семье и прибегать к помощи профессиональных психиатров, если они имеются, лишь в крайних случаях. Семьи, которые были обучены уходу за такими больными, могут предвидеть наступление кризиса и предотвращать его. Рассказывая соседям о психических расстройствах, Тара еще больше облегчала жизнь таким семьям: они уже не испытывали такого стыда и стресса, как раньше, их не клеймили позором. Подобный подход применяют сегодня в Косово, где небольшие группы, состоящие из психиатров и психологов, делают акцент на работе с семьями, обучая их управлению стрессовыми расстройствами, с которыми столкнулись десятки тысяч семей в ходе вооруженного конфликта на этой территории{145}.
Разрабатываем новую нормативно-правовую базу для реформирования природоохранной сферы
Как найти баланс между экономическими потребностями человека и рациональной практикой природопользования? Многие социальные предприниматели, занимающиеся этой проблемой, сосредотачиваются прежде всего на вопросах разработки нормативно-правовой базы, которая увязывала бы экономические интересы общества с экологически ответственным поведением.
Один из примеров такой модели – «пузырь» Дрейтона, нормативная база, которая отвергает государственный командно– административный подход в пользу децентрализованного подхода, задействующего рыночные механизмы.
Еще один пример – идея о заповедниках с возможностью устойчивого использования их ресурсов, которую воплощали в жизнь покойный Чико Мендес и Мари Аллегретти в тропических влажных лесах бассейна реки Амазонки в середине и конце 1980-х гг. Мендес и Аллегретти хотели одновременно решить две проблемы: защитить влажный тропический лес и сохранить источник средств к существованию для сотен тысяч представителей коренного населения, проживающего на этих территориях. Пока Мендес акцентировал свое внимание на проблемах сборщиков каучука, Аллегретти убеждала правительство Бразилии в необходимости создания в бассейне Амазонки заповедников с возможностью использования их природных ресурсов. Стратегия заключалась в том, чтобы от системы исключительного владения, когда оно распространяется на сам актив, перейти к системе неисключительного владения, когда оно состоит в праве использовать актив наиболее рациональным образом (наподобие жилищного кооператива). Так, владелец жилищного кооператива может продать право на проживание в квартире, но не может разрушить или существенно изменить ее. Подобный подход был использован применительно к тропическому лесу: местным жителям, обеспеченность средствами к существованию которых зависела от состояния всего «актива», были предоставлены переуступаемые права на пользование. К 2006 г. более 15 млн акров территории бассейна Амазонки уже были защищены этим законом{146}.
Помогаем мелким производителям увеличить прибыль
