прихода системы? Это не бывшие старички, не знакомые из тульской аномалии и даже не Кейра, а Лика и трое учеников Огюста.
Теплой встречи старых друзей не получилось — подопечные ифрита держались крайне настороженно, смотря на меня, как на психа, от которого неизвестно, чего ожидать. Но их можно понять: моё появление вышло эффектным. Сперва я мимоходом уничтожил моба, закованного в непроницаемое энергетические поле. А ведь с ним ничего не могли поделать сильнейшие игроки нашей планеты. Потом Ксанлинг пообещал всестороннюю поддержку — и, сдается мне, что этот влиятельный человек не разбрасывается словами попусту. Затем я скомандовал телепортироваться — при том, что никакой опасности не было. Теперь же рассказываю, что к творящемуся вокруг хаосу имею самое прямое отношение. Ну и вишенка на торте — всё началось с провала, в котором они провели несколько месяцев и о существовании которого забыли.
— Это очень странно, — со злостью проговорил Херкулес, вполглаза поглядывая на тушу моба. Кожа монстра постепенно покрывалась коркой, но фраза парня явно относилась не к трансформации лягушки, а к моей истории.
— Отойдём, — пнув дохлую тварь ногой, сказал я. Существо затвердело, превратившись в каменную статую. Межволновое задание никто не отменял. Земноводное могло взорваться, обдав нас шрапнелью. Броня, конечно, выдержит осколки, но лучше лишний раз не подставляться.
— У тебя есть пассивка по снятию меток? — спросила Графиня Славская, слегка поджав губы. Интонация не подразумевала отрицательного ответа, будто вопрос касался не неизвестного для меня навыка, а чего-то такого, что есть у всех, вроде класса или характеристик. Она направила левитирующий штырь в тушу моба. Оружие бессильно звякнуло о затвердевшую поверхность, оставив лишь небольшой скол.
— Нет, — я ухмыльнулся. Видимо, начнётся очередной этап доказывания того, что Кейра не занималась моей тренировкой, а лишь предоставила базовую информацию и немного подкорректировала скорость мышления.
— Можешь убрать кирасу? — в нетипичной для себя манере прорычала Белла.
Я сделал, что требовалось — доспех скрылся в инвентаре. Если ученики Огюста захотят мне навредить, то броня их точно не остановит. Они опережают меня по всем параметрам, начиная от цифр в интерфейсе, заканчивая опытом и знаниями, так что нет смысла показывать гонор.
Девушка спрятала наручный комплект и прислонила голую ладонь к моему торсу. Я ощутил легкое покалывание. Поясняющего оповещения не было, но стало понятно, что теперь, если вдруг на меня откроется охота, у ловцов возникнут проблемы с моим обнаружением.
Мы переместились на небольшое расстояние, оказываясь в сотне метров от ближайшего дохлого моба. Телепорты уничтожали эффекты заклинаний наподобие стихийного жучка.
— Долго будет действовать? — спросил я, экипируя кирасу.
— Сутки. Или пока не переродишься.
— То есть ты говоришь, что всех нас знаешь? — спросил Херкулес. В голосе явственно ощущался скепсис. Возникло такое чувство, что он готов меня ударить.
— Беллу — нет. Вас троих — да. И довольно хорошо. Мы много общались.
— Ещё раз: когда это было? — по слогам выдавил парень.
— Вошли в тот провал чуть больше года назад. Вы тогда прибыли со скрижалью эриохонтов. Я должен был передать в дубликат способность по вытаскиванию людей из… — слово «зазеркалье» решил не произносить. Ученики Огюста эту тайну знают, но всё же лучше не рисковать. — Из аномалии, которая находится в Туле.
— Это я помню. А ещё помню, что ты просто исчез в подпространстве, а нас всех убило.
— То есть для вас прошли мгновения?
— Да.
— Слава, ты…
— Славы больше нет, — отрезала женщина. — Зови меня Графиней.
— Хорошо, — не стал спорить я. — Графиня, у тебя было одноразовое умение административного ранга, позволяющее передать послание в любую точку Вселенной. Даже в ту аномалию возле Содружества. Ты собиралась сохранить его до Арены, но решила потратить на…
— Оно при мне, — перебила женщина.
— Значит, восстановилось, — я пожал плечами. Перед глазами пронесся образ Мегеры, от упадка сил превратившейся в ходячую мумию. Предстала кричащая Лика, которая из-за безумной боли, полученной от токсинов дендритов, умоляла убить её. Промелькнул Херкулес, обсасывающий косточку от своего трупа. Раз они никак не усилились, то и хорошо, что позабыли обо всем. — Вам Огюст что-нибудь рассказывал про подобные места?
— Нет.
Повисла давящая тишина. Я видел, что ученики ифрита не горят желанием общаться со мной. Они даже не спросили, каким образом я уничтожил того лягушонка.
Мобы тем временем полностью обратились в камень. На статуях проступила россыпь трещин.
— У вас есть какие-нибудь вопросы?
— Зачем телепортировался из того лагеря? — спросила Мегера, сверкая глазами.
— Там был человек, который знает мою тайну.
— Понятно. Мы тебя услышали, — с холодом в голосе сказала Графиня Славская. — Предупредим, что это всё, — она обвела пространство рукой, — форс-мажор. Могло случиться с любым. Ты что-нибудь ещё от нас ждёшь?
— Нет.
Пазл в голове сложился. Мне поверили. Поверили во всё: и в наше совместное похождение в провале, и в то, что я их прекрасно знаю, и в непреднамеренный запуск события. Никто, включая мудрых атлантов, не мог спрогнозировать, что создание статуи царственному лягушонку выльется в побоище планетарного масштаба.
Почти всю свою системную жизнь я провёл в аномалиях или в пространственных брешах и постоянно либо сражался, либо убегал. За исключением нескольких людей, каждая смерть для меня — просто цифра
