Посмотрев на них в зеркало, я содрогнулась. В кабинете тетушки Гиацинты наверняка должно быть что-нибудь полезное как раз на такой случай, так что я направилась вниз.
И замерла, увидев сидевшего на диване Бена. Он листал номер «Техасского садовода», хотя едва ли смотрел на страницы.
Я ожидала, что он уйдет, покормив коз. А может, и не ожидала, потому что прощаться-то не стала. Так что, вероятно, я бессознательно пригласила его остаться. Бен определенно чувствовал себя как дома, положив ноги на диван, но хоть без обуви. Держу пари, это все воспитание его матери сказывается. Волосы Бена под светом лампы отливали золотисто-коричневым, словно обнаруженная нами днем руда.
Маккаллох взглянул на меня, и я сделала вид, что вовсе на него не глазела.
- Лучше? – поинтересовался он.
- Немного. Мог бы и не оставаться.
- Где твоя сестра?
Я преодолела последние ступеньки, как ни странно, смущаясь своих пижамных штанов больше, чем наготы и попоны.
- Где-то с ребятами, полагаю.
- Ты позвонила ей?
Я театрально закатила глаза:
- Ух ты. Какая великолепная идея. Обязательно воспользуюсь ею в следующий раз, когда застряну в пещере.
Бен вскинул руки, сдаваясь:
- Ладно, ладно.
Поскольку он явно не собирался уходить, я пошла в кабинет и открыла ближайший к двери шкафчик. Скорая медицинская помощь для всевозможных случаев, включая мой. Я схватила банку с мазью и после минутного колебания направилась обратно в гостиную.
И подала банку Бену.
- Раз уж ты здесь, да к тому же почти все уже видел, помоги. – Я повернулась и задрала футболку на спине, при этом крепко придерживая ткань спереди. Потому что я – сама скромность.
- Черт возьми, Ами!
Это было мало похоже на возглас восхищения моей алебастровой кожей, так что, наверное, там сзади все выглядит так же паршиво, как чувствуется.
- Прости, – сказала смущенно и опустила футболку, вздрогнув от боли, когда ткань коснулась царапин. – Подожду Фин.
- Лучше не стоит. – Бен зацепил ногой пуфик и придвинул его поближе, а затем сел на кресло дяди Берта прежде, чем я смогла его остановить. – Садись, – сказал, указывая на пуфик перед собой.
Я очень осторожно опустилась, затем снова потянула футболку вверх. Когда Бен открутил крышку, по комнате разлились приятные запахи лаванды, масла чайного дерева и бергамота. Смешиваясь с ароматом «настроенческого» шампуня, которым я благоухала после душа, они заставили меня млеть от удовольствия. По крайней мере до тех пор, пока холодная мазь не коснулась моей растерзанной кожи.
Я отпрянула с шипеньем и хныканьем.
- Не будь ребенком, – сказал Бен.
- Отвлеки меня, – потребовала я.
Хотя само присутствие Маккаллоха уже отвлекало, не говоря о его прикосновениях, мягких и нежных. Он осторожно размазывал мазь тети Гиацинты по моей спине, заставляя меня острее чувствовать чистый и свежий аромат лаванды и бергамота.
- Расскажи мне про Безумного Монаха с ранчо Маккаллохов, – заговорила я.
- Нет, я не буду тебе потакать. Особенно когда ты называешь его так по-дурацки.
- А… как называешь его ты?
- Я называю это все собачьим бредом.
Я обернулась, чтобы взглянуть на Бена, и тут же пожалела об этом – вслух, – потому что те места, до которых мой лекарь еще не добрался, зверски саднили при движении.
- Вот чего ты добилась, – заметил Бен, начав обрабатывать больной участок.
Я хотела объяснить, что подняла тему, только чтобы отделить реальность от призрака, который меня преследовал. У меня было достаточно болезненных доказательств его существования, но помимо этого муссировались лишь неясные слухи и сомнительные посулы за голову вредителя, известного в народе как Безумный Монах. Теория, что это два разных привидения, прочно засела у меня в голове, но я до сих пор не знала, что из себя представляет Монах. Вымысел он или правда?
Раз Бен в него не верит, значит он существует? Или наоборот?
Маккаллох добрался до еще одной глубокой царапины, и я зашипела от боли. Он издал успокаивающий звук, но продолжил тщательно обрабатывать кожу.
- Мне следовало заставить тебя обратиться к врачу. Черт его знает, что попало в эти царапины.
- К сожалению, я точно знаю, что в них попало. – Внезапно я похолодела от ужасной мысли: – О боже! Мне, наверное, нужна прививка от бешенства!
- Нельзя заразиться бешенством от мышиного помета.
Я изогнулась, несмотря на боль, чтобы взглянуть Бену в глаза:
- Уверен?
Он смущенно улыбнулся:
- Я погуглил в телефоне, пока ты принимала душ.
У Бена Маккаллоха умопомрачительная улыбка. Жаль, он нечасто ей пользуется. Но, возможно, так безопаснее. Мне уже начинало казаться, что все наши встречи должны оканчиваться моим невольным стриптизом. И совсем не хотелось думать, во что это все могло вылиться, будь Бен действительно милым.
Собаки спали на полу перед камином. Их неожиданный лай заставил меня подскочить на месте. Как и Бена, когда эти сонные медлительные создания превратились в сгусток энергии, направляющийся к двери.
Свет фар пролился в окна, и я услышала гул двигателя, который затем затих.
- Вероятно, это Фин, – сказала я.
Неиспачканной мазью рукой Бен вытащил телефон из кармана и посмотрел на время.
- Уж надеюсь.
Я осторожно опустила футболку. Царапины едва саднили. Старая добрая тетушка Гиацинта.
С крыльца послышался звук шагов двух человек, и в дом вошли Фин с Марком. Прежде, чем я смогла вспомнить о своей злости на сестру за игнорирование телефонных звонков, она бросилась ко мне:
- Клянусь, я не слышала звонка. Но потом возникло это нехорошее предчувствие, и я связалась с тобой сразу, как смогла.
- Все нормально, – заверила я. – Ты позвонила вовремя.
История с появлением призрака уже не казалась такой важной. А может, сказывалось действие шампуня.
Бен встал. Наблюдая за его вернувшейся скованностью, я вдруг поняла, что ее и в помине не было с тех пор, как я спустилась вниз. Марк с любопытством и удивлением покосился на ковбоя и с легким сомнением в голосе спросил:
- Все в порядке?
- Нет, – ответил Бен. – Кто-то проколол шины на автомобиле Ами. И оставил записку на лобовом стекле.
А я-то гадала, не забыл ли он об этом. Очевидно, нет. Марк снова посмотрел на меня, теперь с большей тревогой:
- Ты в порядке?
- Да. – Я поняла, что до сих пор держу банку с мазью первой помощи. – Вечерок выдался очень увлекательный.
- Ты ее не выбросила? – поинтересовалась Фин. А когда я непонимающе уставилась на нее, пояснила: – Записку.
Бен вытащил бумажку из своего кармана. Я и не заметила, как он ее забрал. Фин повертела записку, тщательно изучая с обеих сторон.
