смысле этого слова — авторитет группировки среди других представителей элиты).
Казалось бы, каждая группировка должна стремиться к верховной Власти; однако это естественное желание наталкивается на серьезное препятствие. Дело в том, что в большинстве случаев вершина пирамиды уже занята властной группировкой правящего монарха. Впрямую продвигать своего человека на это же место — государственная измена; делать то же самое втайне — значит интриговать против самой могущественной из властных группировок. Решиться на такое можно лишь в исключительных ситуациях[214], но даже в этом случае цена победы над господствующей группировкой оказывается очень высокой (вспомните революцию 1917 года и «лихие девяностые»), а уж поражение и вовсе означает уничтожение мятежников.
Чтобы понять, какую реальную цель должна ставить перед собой любая рвущаяся к власти команда, рассмотрим чуть детальнее устройство монархической Власти высшего уровня. Вот как описывает этот уровень Власти в СССР[215] Михаил Восленский:
Следует различать две стадии в отношениях между Генеральным секретарем и возглавляемыми им Политбюро и Секретариатом. Первая стадия — это когда Генсек имеет дело с составом этих органов, подобранным не им, а его предшественником; вторая стадия — когда в них сидят его собственные выдвиженцы…
После смерти или смещения прежнего Генсека преемник — наиболее удачливый из его вассалов — оказывается во главе группы вассалов своего предшественника. Это то, о чем мы говорили, назвав такое положение первой стадией во взаимоотношениях Генерального секретаря и возглавляемых им Политбюро и Секретариата ЦК. На этой стадии Генеральному секретарю приходится возглавлять подобранную прежним Генсеком группу. Собственную же свою группу он еще должен втащить на высшую ступень и перейти таким образом во вторую стадию своих взаимоотношений с верхушкой номенклатуры.
Правда, допустив его на пост Генерального секретаря, эта верхушка формально признала его своим сюзереном. Но фактически члены Политбюро относятся к нему с большей или меньшей неприязнью и завистью, как к обогнавшему их выскочке. Они рассматривают его по существу как равного себе, в лучшем случае — как первого среди равных. Вот почему каждое новое генеральное секретарство начинается и будет начинаться с подчеркивания принципа коллективности руководства.
Сам Генеральный секретарь стремится к другому: к установлению своей единоличной власти. Для достижения такой цели у него очень сильная позиция, но трудность состоит в том, что цель известна. Применить же силу и выгнать неподатливых членов Политбюро и Секретариата он — во всяком случае сначала — не может, поскольку они — высокопоставленные члены класса номенклатуры, у каждого из них широкий круг вассалов. Обычный метод — возвысить как можно больше своих вассалов и расставить их, пользуясь своей властью, на подходах к верхушке номенклатуры. Это сложная шахматная игра с продвижением пешки в ферзя. Вот почему так мучительно долго происходит назначение на высшие номенклатурные посты: дело не в том, что сомневаются в политических качествах кандидатов (не говоря уж о никого не интересующих деловых качествах), а в том, что разыгрывается столь трудный политико-шахматный этюд [Восленский, 2005, с. 380–382].
Мы привели столь длинную цитату в силу ее исключительной выразительности. В немногих абзацах описан универсальный жизненный цикл[216] монархической Власти: 1) единоличное правление; 2) смерть или смещение правителя, в результате чего наследник, ставший «неполным» сюзереном, вынужден имитировать коллегиальное управление; 3) постепенное укрепление его единоличной власти и снова единоличное правление. Этот цикл основывается на правиле смены вассалов — чужих на своих, что происходит при каждой смене верховного правителя[217]. Вы наверняка слышали, что «революция пожирает своих детей», теперь же вы можете понять, почему это происходит. Старый верховный сюзерен умирает, физически или политически; его вассалы, до этого момента конкурировавшие между собой, вынуждены выбрать нового сюзерена[218]. У нового сюзерена оказывается две вассальные группы: собственные вассалы и новые, доставшиеся от прежнего сюзерена. Кому он может доверять больше? Конечно же, собственным вассалам, которых подбирал и тащил лично (а новые ему ничем не обязаны). Следовательно, чем все закончится для вассалов прежнего сюзерена? Правильно: постепенным отстранением от Власти.
Разумеется, каждый из вассалов, приступая к выборам первого среди равных, прекрасно это понимает. Но не выбирать вообще никого — значит потерять власть сразу; поэтому стандартное решение — выдвижение в сюзерены самого безобидного из имеющихся кандидатов вроде Сталина в 1924 или Горбачева в 1985-м. Конечно, очень скоро «безобидный» покажет свой норов и вычистит из Власти своих соратников (а на самом деле — конкурентов). Но, по крайней мере, какое-то время старые вассалы сохранят положение во Власти и успеют подготовить запасные аэродромы. Как видите, потеря сюзерена — действительно серьезная проблема для его вассалов.
И вот теперь, зная, как устроена высшая Власть, мы можем наконец сформулировать стратегическую цель властной группировки в условиях монархического правления. Этой целью является вовсе не захват верховной власти и уж тем более не революция, а встраивание в господствующую группировку. Провести своего сюзерена в вассалы первого лица, оттеснить остальных сюзеренов, переключить на себя контроль над основными ресурсами — вот за что бьется каждая из конкурирующих группировок[219].
А теперь представим себе, что среди них существует команда, умеющая применять на практике теорию Власти[220]. Такая команда (в лице своего главного сюзерена) учитывает вероятность смены верховного правителя и осознает проблемы, которые могут при этом возникнуть. Если на момент «перевыборов»[221] сюзерен команды окажется слишком силен, его никогда не выберут новым правителем. Если же он будет достаточно слаб, чтобы выглядеть безобидно, то и всей его группировке придется существовать на голодном пайке в ожидании призрачного шанса когда-нибудь прорваться к верховной власти. Оба варианта не идеальны и не могут быть рекомендованы в качестве надежной стратегии.
Существует третий, более сложный, но и более надежный вариант, способный исключить риски «перевыборов». Для его реализации группировке нужно провести в окружение действующего правителя нескольких своих представителей, причем ни один из них не должен быть главным сюзереном[222] (иначе под смену элиты попадет вместе с ним вся группировка). Оставаясь вне официальной властной иерархии, сюзерен, а вместе с ним и вся группировка окажутся защищенными от жизненного цикла Власти. Глядя на устройство Власти в развитых странах, можно заподозрить, что этот чисто теоретический способ реально взят на вооружение правящими группировками Запада. Назначение вассалов на высшие должности государства (и бизнеса) полностью объясняет ту легкость, с которой во многих странах меняются президенты и премьер-министры (а также начальники полиции и директора спецслужб). В этом случае правящие элиты могут себе позволить и регулярные «честные» выборы, и громкие скандалы с публичными разоблачениями. А если в такую игру играют несколько группировок, определить, чьим вассалом является тот
