Читаем без скачивания Величайшая подводная битва. «Волчьи стаи» в бою - Рафаэль Халхатов

Так оказалось, что еще в 1897 году американцы оснастили свою экспериментальную подлодку «Аргонавт-1» мачтами для забора воздуха, необходимого для работы двигателей внутреннего сгорания.

В 1904 году системой, обеспечивающей вентиляцию и работу бензинового мотора в позиционном положении, оснастил маленькую лодку Степана Джевецкого лейтенант русского флота Сергей Янович. Его утлая субмарина «Кета», водоизмещением чуть более 10 тонн, даже приняла участие в боевых действиях в ходе Русско-японской войны. Идею Яновича развили инженер флота поручик Борис Сольяр и командир подлодок «Скат» и «Акула» Николай Гудим. В годы Первой мировой войны система РПД Яновича-Сольяра-Гудима была установлена на русских субмаринах типа «Барс» — «Волке» и «Леопарде».

В 1925 году опыты по вентиляции отсеков при нахождении лодки в подводном положении проводили итальянцы. Наконец, в конце 1930-х годов работоспособными РПД оснастили 9 субмарин голландцы. Три голландские лодки оказались в мае 1940 года в руках у немцев. Они ознакомились с новинкой, но особого интереса к ней не проявили. Лишь осенью 1942 года Вальтер вспомнил о голландском устройстве, на основе которого и создал знаменитый «немецкий» «шнорхель»!

В январе 1944 года гросс-адмирал Дёниц заявил, обращаясь к подводникам: «В 1944 году, который будет успешным, хотя и трудным, мы уничтожим линию снабжения Англии с помощью нового подводного оружия». Говоря о новом подводном оружии, он в первую очередь имел в виду подводные лодки XXI серии; именно на них была сделана ставка после того, как стал ясен провал с лодками Вальтера. В общих чертах концепция нового «у-бота» вызрела на том же ноябрьском совещании 1942 года в Париже. Инженеры Шюрер и Брекинг предложили тогда использовать обтекаемые обводы корпуса по типу лодки Вальтера, увеличить вдвое емкость аккумуляторных батарей и начать строить подлодки с большой скоростью подводного хода. Чертежи нового «у-бота» легли на стол Дёница в июне 1943 года. Это была как раз та лодка, о которой и мечтал гросс-адмирал. Из-за мощного электрического оборудования создатель субмарины профессор Ольфкен назвал ее «электролодкой».

Подлодки XXI серии имели внушительное водоизмещение — 1621/1819 тонн и размеры: длина корпуса — 67,7 метра, ширина — 6,6 метра. Особенностью новых «у-ботов» была необычайно высокая скорость подводного хода — 17,5 узла; в надводном положении лодка могла идти со скоростью до 15,5 узла, но это не имело особого значения, так как лодки XXI серии предназначались преимущественно для действий под водой. Столь выдающихся скоростных характеристик немецкие конструкторы достигли благодаря очень удачным и обтекаемым формам корпуса, заваливающимся в специальные ниши надстройки горизонтальным рулям, устройству выдвижных антенн связи и «шнорхеля», заключению зенитных автоматов в щиты-обтекатели и, главное, благодаря значительному увеличению энерговооруженности лодки в подводном положении.

Мощная аккумуляторная батарея обеспечивала работу двух беспрецедентно мощных для подлодок того времени электродвигателей по 2500 л.с. каждый. Для сравнения: суммарная мощность двух электродвигателей германских субмарин VII серии — до 750 л.с., XI серии — 1000 л.с., английских патрульных лодок типа «Т» — 1450 л.с., американских типа «Гэтоу» и «Балао» — 2740 л.с., советских типа «К» — 2400 л.с.

Емкость аккумуляторных батарей позволяла подлодке XXI серии 1,5 часа идти под водой полным ходом, а в течение 10 часов — на 12 узлах. Для сравнения: «рабочая лошадка» VII серии могла идти на электродвигателях полным ходом в 8 узлов лишь 45 минут! Конечно, «у-бот» XXI серии не развивал под водой 25 узлов, как лодка Вальтера, но Дёниц рассудил верно: «Лучше синица в руках, чем журавль в небе».

Снизив плавучесть лодки, немцы сократили время погружения до 30–40 секунд. Все субмарины оснащались усовершенствованным выдвижным, а не откидным «шнорхелем». Другим новшеством стал автомат отключения дизелей в случае прекращения подачи воздуха. Лодка могла теперь уйти под воду, не тратя времени на смену двигателя и блокировку воздуховодов: все делалось автоматически. Благодаря прочности конструкции «шнорхеля» возросла до 12 узлов скорость подводного хода с использованием этого устройства. Лодка могла идти в подводном положении под дизелями более 10 тысяч миль (20 тысяч километров)!

Конструкция прочного корпуса позволяла погружаться на глубину до 135 метров. Прочный корпус делился на семь отсеков. Первый — торпедный, в нем находились шесть усовершенствованных 533-мм торпедных аппаратов, позволявших вести стрельбу с глубины до 50 метров. Здесь же хранился рекордный для «у-ботов» торпедный боезапас — 22 единицы. Максимальное их количество на немецких лодках IX серии — 19, на американских лодках — 24 штуки, на английских — 17–20, на итальянских — 16, на японских — 24 и на советских — 24.

Второй и четвертый отсеки были жилыми. Все члены экипажа (57 человек) обеспечивались персональной койкой, в отличие от подлодок других серий, где число коек рассчитывалось только на личный состав, отдыхающий после вахты. Лодка выгодно отличалась от своих предшественниц и благодаря системе кондиционирования воздуха, шлюзовым системам удаления отходов, электрической кухне. Необыкновенно комфортные для германских субмарин условия позволяли сохранять работоспособность экипажа в течение всего автономного плавания — 38 суток. Под съемными щитами палубы второго и четвертого отсеков находились аккумуляторные ямы.

Третий отсек — центральный пост — сосредоточение всех систем и механизмов управления подлодкой и ее вооружением. «У-боты» XXI серии получили совершенную для своего времени радио- и гидролокационную аппаратуру: ГАС имела радиус действия 50 миль (почти 93 километра), специальная «эхо-камера» позволяла опознавать цели при отсутствии визуального контакта.

В пятом и шестом отсеках располагались два дизеля по 2000 л.с. и два электромотора для подводного хода.

Седьмой отсек с механизмами рулей мог использоваться и как кладовая.

Артиллерийское вооружение лодки было представлено только двумя спаренными зенитными автоматами, установленными на ограждении боевой рубки. Предполагалось оснастить подводные корабли 30-мм автоматическими пушками с высокой скорострельностью. Но их разработка затянулась, и на серийных субмаринах установили проверенные в боях 20-мм автоматы с меньшим весом залпа и дальнобойностью.

Итак, в 1943 году немцам удалось разработать проект океанской подлодки, которая впервые в мире могла в течение всего похода не всплывать на поверхность и имела выдающиеся тактико-технологические характеристики. В связи с этим понятен большой интерес союзников-победителей, которые при разделе германского флота особое внимание уделили уцелевшим подводным кораблям XXI серии. Многие технические решения, реализованные немцами в этом проекте, прослеживаются в послевоенных подводных лодках с дизель-электрическим и энергоустановками ВМС США, Великобритании, ВМФ СССР.

Кроме субмарины XXI серии к «электрическим подводным лодкам» относились и малые прибрежные лодки XXIII серии, предназначенные для действий на мелководьях Северного и Средиземного морей. Небольшие кораблики, с длиной корпуса 34 метра и водоизмещением 232/256 тонн отличались быстроходностью: скорость в подводном положении — 12,5 узла, в надводном — 9,7 узла, маневренностью, были надежны и просты в управлении, а малые размеры затрудняли их обнаружение. Экипаж состоял из 14 человек. Вооружение: два 533-мм торпедных аппарата. Запасных торпед лодка не имела из-за ограниченного объема внутренних помещений.

Дёниц осознавал, что, сколь бы выдающимися ни являлись его новые «у-боты», для победы над союзниками в Атлантике (а он в нее все еще верил!) их нужны даже не десятки, а сотни. Перспективы же массового производства отнюдь не радовали гросс-адмирала. Он вспоминал, что «две опытные лодки XXI серии предполагалось построить за полтора года и передать в серийное производство лишь после испытаний. По плану обе первые лодки должны быть готовы в конце 1944 года, и поэтому начать серийное производство раньше 1945 года было нельзя. В итоге лодки XXI серии появились в конце 1946 года».

Дёниц понимал: такого ресурса времени Германия уже не имеет: «Согласиться с такими длительными сроками было нельзя. В этой связи мы попросили министра военной промышленности дать указания, чтобы его министерство представило свою программу строительства подводных лодок».

Министр военной промышленности Альберт Шпеер[68]принял самое деятельное участие в судьбе «электрической лодки».

Дёниц вспоминал:

«Руководителем главного комитета кораблестроения, который должен был практически обеспечить производство морских вооружений, Шпеер назначил Меркера — генерального директора заводов „Магирус“, человека, не связанного с кораблестроительной промышленностью. Шпеер остановил свой выбор на этом промышленнике, потому что у него создалось впечатление, что верфи явно в недостаточной мере использовали современные методы строительства. Меркер предложил отказаться от строительства подводных лодок целиком на эллингах верфей и изготовлять их секциями на разных заводах, а верфям поручил только сборку секций, то есть заключительную стадию строительства. Преимущество подобной организации строительства — экономия времени».