Читаем без скачивания Россия и русские. Книга 1 - Джеффри Хоскинг

В то же время Петр вместо поместий стал раздавать за службу денежное жалованье. Две земельные категории (поместье и вотчина) были объединены в одну. Петр намеревался сделать их наследственной собственностью, обычно передававшейся старшему сыну. То есть они могли вечно оставаться собственностью дворянских семей. Однако тут Петр просчитался. Лишение младших сыновей и женщин права на долю земельных владений слишком грубо нарушало правила родства в России, подразумевавшие обеспечение всех наследников. Вскоре после смерти Петра его закон был аннулирован53. Таким образом, главенство царя в общественной жизни продолжало ограничиваться, но не законом Божиим, а родством и попечительством. Именно они, а не самодержавие, оставались основными принципами функционирования русского общества.

Реформы Петра привели не к созданию нового дворянства, а скорее к укреплению влияния старомосковских боярских семей. И это неудивительно. Меритократические реформы (в соответствии с заслугами) на ранней стадии их проведения часто служили опорой для старых социальных иерархий. Дело в том, что существующая элита оказалась в лучшем положении, так как она могла дать своим потомкам образование и обеспечить личными связями, содействующими их дальнейшей карьере. В любом случае анализ высших четырех рангов в 1730 г. показывает, что тринадцать семей из двадцати двух, имевших вышеупомянутые ранги, имели полтора века назад своих представителей в Боярской думе. Это были Бутурлины, Черкасские, Долгорукие, Голицыны, Головины, Куракины, Плещеевы, Ромодановские, Салтыковы, Щербатовы, Шереметевы, Вельяминовы и Волынские54.

Конечно, не все они находились в одинаковом положении и не все обладали равными возможностями. Их личные состояния могли расти, но и уменьшаться. Например, во время правления императрицы Анны Иоанновны наибольшее влияние имели Салтыковы. При Елизавете настал черед Трубецких и Воронцовых. Но и к середине XVIII в. очевидным оставалось то, что военное и гражданское командование осуществляли семьи с богатой родословной. Их главенство длилось с середины XVII до середины XIX в. В этот период в России поддерживалась относительная стабильность, притом сохранялась она благодаря правящему классу, который включал столичную знать, собранную при императорском дворе, поместную аристократию и ее окружение среди мелкопоместного провинциального дворянства. Как отметил Джон Ле-Донн: «российское общество являлось командной структурой, в которой правящий класс обладал половиной населения и контролировал жизнь другой половины, осуществляя свою власть через посредство попечительской сети. Он управлял зависимым населением, преследуя свои личные эгоистические интересы, поддерживая статус-кво и придавая все большее значение военной мощи»55.

Табель о рангах дала этому правящему классу формальную иерархическую основу и установила систему, при которой власть и положение получали достойные, заслуженные люди; западная культура привнесла чувство неповторимости, идентичности и отличия от зависимого населения. Петр ввел в социальную жизнь много нового из того, что он увидел в Голландии и Англии: газеты, кофейни, западную одежду с бриджами и узкими камзолами вместо свободных московских кафтанов, гладко выбритое лицо вместо бороды и ниспадающие локоны. В домах аристократии организовывались вечерние собрания (известные в России как ассамблеи) с картами, танцами и ужинами; женщины благородных кровей выходили из уединения и принимали участие в происходящем. Для того чтобы процесс обучения чтению шел проще и быстрее, был принят новый алфавит.

Новой столицей стал Санкт-Петербург, названный так в честь апостола, а не царя (хотя ассоциации оставались неизбежными). Санкт-Петербург основывался, с одной стороны, для обеспечения развития новых сторон общественной жизни, а с другой — для ознаменования изменений в природе имперского государства. Построенный с щедростью и роскошью на болотистом месте и выполненный в камне в соответствии с архитектурными разработками Европы, Санкт-Петербург символизировал намерение Петра сделать Россию полноправным членом европейского сообщества государств. Монастырь Александра Невского был основан в память о князе, который пять веков назад разбил шведов и обеспечил России выход к Балтике. Приглашались архитекторы из Италии, Австрии и Германии. Они должны были проектировать здания и начали с Петропавловского собора (1712) со шпилем в скандинавском стиле и колокольной башней. Улицы прямыми линиями сходились на огромной площади на берегу Невы, где был построен Зимний дворец. Неподалеку от новой столицы Петр принялся возводить летнюю резиденцию в стиле Версаля, с каскадом фонтанов, ведущим от дворцовых окон вниз к морю. Резиденция получила название Петергоф.

Петр настоял на том, чтобы дворяне, желавшие быть принятыми ко двору, построили себе резиденции в Санкт-Петербурге. Иностранцы больше не были обязаны жить на окраинах, а получили разрешение и даже призывались селиться в городе. Занимавшиеся международной торговлей купцы теперь обязались вести свои дела не в Архангельске (ранее единственном порту для международной торговли), а в Санкт-Петербурге и на Балтике56.

Образование и культура

В начале XVIII в. страна, готовая пополнить ряды европейских держав, нуждалась в европеизированной системе образования на всех уровнях. Единственное доступное в России массовое обучение являлось православным и плохо соответствовало этим нуждам, а следовательно, европеизация означала либо приглашение большого числа иезуитов, либо радикальную секуляризацию образовательной сферы. Петр Великий предпочел секуляризацию (светские науки).

Самым знаменитым нововведением Петра стало основание Артиллерийской и навигацкой школы по типу Королевской математической школы при приюте Христа в Лондоне. В грамоте, на основании которой и была в 1701 г. открыта школа, указывалось, что следовало «принимать желающих учиться, а остальных дополнительно посредством принуждения, а тех, у кого нет средств к существованию, обеспечивать ежедневным рационом». Очевидно, Петр понимал, что желающих учиться будет немного. Привезенные британские учителя должны были вести занятия по арифметике, геометрии, тригонометрии, навигации и географии. Позже эти прикладные предметы дополнились рисованием, фехтованием, танцами и занятиями по европейской культуре. В расписание также включили изучение латыни, французского и немецкого языков.

Ожидалось, что выпускники математической школы начнут преподавать в провинциальных «цифирных школах», создаваемых при монастырях и приходских церквах. Там «дети дворян и канцелярских служащих, секретарей и чиновников… годами от десяти до пятнадцати обучались счету и части геометрии». К концу занятий они получали диплом, а «без такого диплома им не разрешалось жениться и даже объявлять о помолвке». Позже в программу было добавлено изучение славянской грамматики и правописания, а условия заключения брака смягчены57.

Петру стоило немалых трудов найти для этих школ учащихся, которые были бы достаточно грамотными, чтобы справиться с программой, и достаточно сознательными, чтобы не тратить время и стипендию «в погоне за Бахусом и Венерой», а заниматься учебой. Однако со временем, когда требования строгого исполнения обязанностей несколько ослабли и появились предметы по культуре и светским манерам, школы стали постепенно пополняться учениками, особенно из дворянских семей, считавших, что образование и культура могли помочь им отделиться от низших социальных классов.

Эта тенденция усилилась после основания в 1732 г. средних школ, известных как кадетские корпуса. Особый упор в них делался на литературу, музыку и этикет, равно как и на обучение навигации и фортификации. Некоторые их бывшие питомцы позже отличились в культурной жизни: группа студентов во главе с Александром Сумароковым основала первый русский театр при дворе императрицы Елизаветы. Кадетский корпус стал колыбелью особенного дворянского образа жизни, сосредоточенного на обучении, военном деле, государственной службе и земельных владениях. Его выпускники говорили по-французски и были готовы к дипломатической работе в Европе, к командованию в армии или исполнению административной работы в целом регионе. Для пополнения образования многие молодые дворяне посылались на учебу за границу, обычно в немецкие университеты, откуда наиболее серьезные студенты приезжали с немецким отношением к учебе и общественной службе, основанным сначала на пиетистской, а потом на пост-кантианской идеалистических моделях58.

Петр осознавал также потребность России в научных и технических институтах, способных функционировать на высшем международном уровне. Он переписывался с философом Готфридом Лейбницем, стремившимся повсюду распространять достижения науки и технологии. Лейбниц посоветовал Петру назначить иностранцев, чтобы придать научному процессу в России мощный импульс, и основывать библиотеки, музеи и исследовательские институты, которые распространяли бы уже известные знания и одновременно работали над новыми идеями и возможными путями экономического развития.