Итак, главный приоритет – это, как ни странно, не всегда основная проблема. Но это всегда задача на данный момент.
И кроме того, есть и другой главный приоритет. Для нас это может быть и истинная ценность или основной интерес, если так можно выразиться. Дело жизни – это ведь тоже главный приоритет. Не важно, решаете вы его именно сейчас или нет, но если вы о нем помните, если вы с ним определились, то, что бы вы ни делали, – это хорошо. Великий Станиславский называл это сверхзадачей.
Сверхзадача – это тот основной внутренний стимул, который и движет нами, делает нашу жизнь осмысленной, а потому интересной и полнокровной. Такой главный приоритет, как мне кажется, следует отыскать каждому. Это, конечно, дело не пяти минут, хотя на это не грех потратиться. Впрочем, не надо забывать и о временном, ситуативном главном приоритете, тогда и основной окажется куда более достижимым.
Если человек всегда помнит об основной своей цели, о своём главном деле в жизни, а им может быть и любовь, и дети, и работа, и творчество – это делает его сильнее. Он не так беспокоится из-за временных неудач и всегда стремится вперёд. Это, кстати, ещё один способ подпитывать себя силой будущего и верой в него. А вера всегда даёт нам силы, здесь я действительно не открываю Америки. Так что определитесь с главным приоритетом, который Станиславский назвал сверхзадачей, а наши отечественные психологи иногда называют «сверхцелью».
После того как вы определитесь с главным жизненным приоритетом всей своей жизни, обещаю вам, что все сразу станет на свои места: важное станет важным, а сиюминутное – сиюминутным.
Поэтому есть у главного приоритета и ещё одна примечательная особенность. Он так же, как и положение третьего, позволяет нам в значительной степени изменять наше отношение к жизни с болезненного и непродуктивного на более целесообразное и весомое. Судите сами. Один мой хороший знакомый был чрезвычайно подавлен своими проблемами, он уже перестал надеяться, что когда-нибудь со всем этим справится, ему казалось, что силы скоро совсем оставят его. И когда он уже был готов совсем опустить руки и, грешным делом, подумывал о самоубийстве, ему в голову пришла странная, на первый взгляд, мысль, он сказал себе: «Главная задача сейчас – несмотря ни на что, выжить». Как только эта мысль была осознана им во всей своей полноте, он почувствовал, что действительных, «взаправдашних» проблем у него значительно меньше, чем это ему казалось прежде.
Определитесь с главным приоритетом, и вы решите самую сложную свою проблему: с чего начать и что делать.
Перво-наперво нам необходимо завершить самую сложную и самую двусмысленную из незаконченных ситуаций: выбрать следующий шаг. Как вы помните, именно эту проблему решает всадник Васнецова перед легендарным придорожным камнем. Символично, что ни одна из начертанных на нем надписей не предвещает герою ничего хорошего, и это ещё раз доказывает, что необходимо просто решиться. Если вам совсем плохо, решите для себя, что ваша «главная задача – выжить». И сами увидите, насколько мелочны и суетны были многие ваши проблемы. Это проблемы периферии, они всегда есть, и это естественно, а переживать из-за них вряд ли стоит. Большое, как мы уже говорили, видится на расстоянии.
* * *
В предыдущем примере я описал достаточно типичный случай, в таком тупике не раз оказывался каждый из нас. Что ж, теперь усложним ситуацию. Определиться с главным приоритетом нужно и полезно, но для этого нам необходимы силы, а они есть не всегда. Они потребуются нам для двух целей: во-первых, для того, чтобы удержать этот «приоритет» в центре нашего самосознания, на ролях именно главного приоритета; а во-вторых, для того, чтобы достичь поставленной цели, завершить не законченную ещё ситуацию.
Но бывает, что мы порядком «поиздержались», растратили свои силы, случился, так сказать, «перерасход горючего». И теперь сил просто нет, нет и все. Человек в таком состоянии начинает суетиться, бегать, хвататься за малейшую надежду, пробовать все варианты и ничего не доводит до конца. Он не может осознать своей слабости, а если осознает, что бессилен, в нем возникает панический страх, и он снова начинает судорожно перебирать варианты, причём даже не проглядывая их. Так что он оказывается до краёв полон каких-то призрачных планов, но ни один из них не может быть доведён до ума по той простой причине, что силы его на исходе. Главный приоритет так и не определён, а потому ни одна цель не кажется ему важнее другой. Казалось бы, нет ничего хуже ситуации, в которой приходится выбирать между двумя, по сути, равнозначными целями. Буриданов осел от этого, как известно, даже умер. Но, оказывается, может быть и хуже, и это бывает в тех случаях, когда силы уже на исходе. Равнозначные цели, два незавершённых процесса и полное отсутствие жизненных сил – вот что может подкосить любого человека.
Существует тенденция оценивать свою собственную группу позитивно, для того чтобы позитивно оценивать себя.
Джон К. ТернерКо мне обратился мужчина 45 лет, отставной военнослужащий, ныне вольный коммерсант. Волею судеб он оказался между двух огней. С одной стороны, его жена, ребёнок, эмоционально тягостный брак, а с другой – любовница и райские кущи (знаю, что 95% женщин моего подопечного осудят). Впрочем, не спешите с выводами, я бы мог подыскать в своём психотерапевтическом багаже ещё более неприглядный случай, но уже с женщиной в главной роли. Так что, милые женщины, попридержите своё благородное негодование и пресловутую половую солидарность для другого раза. Сейчас моя задача – рассказать вам о том, как бороться с проблемой, и я не собираюсь выяснять, кто прав, а кто виноват. Как известно, обычно оба хороши. Так что оставим это и вернёмся к нашему разговору. Итак, мой подопечный оказался между двух огней: с одной стороны, жена, с другой – любовница.
Жена – человек, мягко говоря, тяжёлый. Скандальная, претенциозная и обидчивая женщина, которую, по всей видимости, несмотря на это, он все ещё любит. Надо заметить, что мой пациент, при внешней грузности и представительности, человек очень мягкий и ранимый, впрочем, эти свои качества он привык скрывать, в чем не последнюю роль сыграла именно его жена. Любовница значительно моложе, красива, сексуальна (не в пример супруге) и готова на все, только бы ублажить его тело и душу. Когда он с ней познакомился, брак был уже на волоске, постоянные скандалы и претензии не могли придать ему стабильности. Хотелось отдушины, отдыха. И вот это случилось. Полюбил ли он? Сказать сложно, но эта женщина стала для него воплощением многих ещё юношеских надежд, которые так и не осуществились с годами. За одно это можно быть благодарным, но, ко всему прочему, он наконец стал ощущать свою необходимость, желанность, чего прежде, в браке, никогда не испытывал.
Он должен был выбрать, но сразу не решился, а чем дольше тянулось, тем больше оттягивалось. И вот уже пять лет он живёт в двух мирах. Супруге он признался сразу и предоставил полное право поступать, как она считает нужным. Она же разводиться наотрез отказалась, первый год мучилась, после чего смирилась и успокоилась, впрочем, не потеряв при этом своей гордой и самостоятельной позиции в его жизни. С течением времени любовница перестала казаться ему столь желанной, как прежде. Так что постепенно ценности и той и другой ситуации сравнялись. А силы в этой пятилетней войне были растрачены окончательно. В постоянных обещаниях (одной остаться, другой уйти), ссорах и нешуточных скандалах пролито столько невинной крови, что не под силу и сосчитать. Он принимает то одно решение, то сразу вслед за ним прямо противоположное. И ни одно не реализует. Он мучается, переживает. Как быть? Что делать? Извечные вопросы. И вот он начинает судорожно метаться, делать ошибки, причём одну за другой, ощущение собственного бессилия усугубляется действительной растратой всех жизненных ресурсов. Он впадает в панику, а потом в депрессию…
Мы не изменяемся до тех пор, пока безоговорочно не принимаем себя такими, каковы мы на самом деле. А затем перемена происходит как бы незаметно.
Карл РоджерсТеперь подведём очередные итоги. Во-первых, если мы поддерживаем на плаву сразу несколько целей, мы растрачиваем себя впустую. Во-вторых, если мы способны определиться с главным приоритетом, но у нас нет сил и духу сделать решение решимостью, также не о чем и говорить. И в-третьих, это, конечно, моё субъективное мнение, но, может быть, вы со мной согласитесь: нельзя делать выбор в состоянии полного душевного истощения, он не будет, просто не может быть верным! Скорее всего, поднабравшись сил, вы бы приняли совсем другое решение. И оно заслуживало бы значительно большего доверия, чем то, которое вы принимаете в состоянии отчаяния и тоски. Поэтому я не думаю, что мой пациент со своей депрессией и в ситуации «хронического развода» способен принять правильное решение.
