Назвать опять-таки страны тут невозможно. Общества страшно расколоты. На Западе уже сломана рамка модернистского консенсуса, объединявшего либералов и консерваторов вокруг идеи Модерна. Идет «холодная гражданская война». Если кто-то хочет представить себе, что такое триумф Постмодерна на государственном уровне, пусть присмотрится к опыту Дании или Голландии… Хотя и в Голландии постмодернистские заходы по части легализации разного рода извращений воспринимают с глубоким отвращением чуть ли не 80 процентов общества.
Наиболее коварное явление собственно политического характера состоит в том, что Постмодерн явно заключает некий договор с Контрмодерном. История этого договора давняя. Внимательное наблюдение за конфликтами внутри разных религий (например, того же ислама) показывает, что субъект под названием Запад далеко не всегда поддерживал на Востоке сторонников модернизации и даже умеренной вестернизации (оговорюсь в очередной раз, что субъект этот неоднороден, но он ведь тем не менее субъект, не так ли?). Самый яркий пример — шах Ирана. Есть уже много серьезных доказательств того, что определенная часть западных элит поддержала аятоллу Хомейни против шаха Ирана. И что, не будь этой парадоксальной поддержки, шаху удалось бы завершить тревожившую кого-то модернизацию Ирана, которую, конечно же, шах проводил весьма неадекватным образом.
И тем не менее… Весьма продвинутые (в моей терминологии — постмодернистские) западные силы сделали ставку на враждебную им радикальную антизападную культуру с тем, чтобы не допустить модернизации.
То же самое было сделано при создании «Братьев-мусульман» в Египте и ваххабитов на Ближнем Востоке.
А что такое, в конечном итоге, бен Ладен? Все далеко не так просто. И уж никак не сводимо к банальной гипотезе о «вышедшей из-под контроля марионетке». Но и к конспирологическим теориям (мол, договорились Буш с бен Ладеном) все тоже никаким образом сводиться не может. Все намного сложнее! КАЧЕСТВЕННО сложнее! И внутри этой сложности, которая сейчас политически актуальнее любых прописей, ГЛАВНОЕ — ЭТО ПРОБЛЕМА ОСТАНОВКИ РАЗВИТИЯ С ПОМОЩЬЮ ЛЮБЫХ СИЛ. Пусть даже и несовместимых с теми, кто планирует остановку.
И тут я возвращаюсь к Римскому клубу и тому, что ему предшествовало. Я предлагаю проследить все это как единую линию. И соотнести с кажущейся дикой идеей «демократизации Ирака» с помощью ковровых бомбардировок. Ведь у тех же американцев есть богатый опыт осуществлений нужных им модернизаций в условиях послевоенного оккупационного периода. Это и план Маршалла для Германии, и план Макартура для Японии. Почему никто не стал осуществлять такой план в Ираке? Или, точнее, почему все сделано было прямо обратным образом? Каким именно? Приглядевшись, понять нетрудно. Сначала этот самый Ирак отбомбили, унизили, растоптали в нем более или менее (конечно, условно) модернистских баасистов… Потом вместо диктатуры развития, пусть и оккупационной, устроили шоу на тему об управляемой демократии. В итоге эта демократия обернулась и расшатыванием государства, и архаизацией, и много чем еще — но уж никак не Модерном.
Между тем, о необходимости идеологии модернизации мы говорили с весьма солидными американскими политиками незадолго до бомбардировок в Ираке, когда было понятно, что отменить бомбардировки уже нельзя. Позже я неоднократно заявлял то же самое на международных контртеррористических семинарах, на которых присутствовали весьма серьезные и авторитетные люди. Слушать — слушают. И вроде бы понимают, что к чему. Но поезд идет в направлении регресса и архаизации, а не в направлении Модерна.
Почему так происходит? И не является ли происходящее фактически отказом от проекта «Модерн» со стороны части Запада? Да-да, того самого Запада, для которого этот Модерн был флагом и символом лидерства, и если уж доводить до предела, то «бременем белых» (не разделяю данною формулу, но предлагаю в нее всмотреться).
Не идет ли речь об отказе от всякого бремени? От обязанностей по развитию остальной части человечества? Не идет ли речь о том, чтобы не позволить остальной части человечества развиваться, ссылаясь на любые аргументы, от экологии до демократии? Ведь если осуществляется проект «Модерн», то любая форсированная модернизация опирается на определенных фазах отнюдь не на демократию — и это общеизвестно. Понятие «авторитарная модернизация» является абсолютно строгим. И абсолютно позитивным, в отличие от авторитаризма как такового.
Так почему Запад забыл об авторитарной модернизации как позитивном понятии? Почему он требует демократизации в Узбекистане или Египте? Почему он двусмысленно ведет себя даже в Турции (а это очень легко показать)? Идет ли речь только о Большой Игре, описанной тем же Киплингом в романе «Ким» и ставшей концептуальной осью западной стратегической разведдеятельности? Или о чем-то большем?
Большая Игра — это «всего лишь» инструментальное использование некоего зла. Берется зло (например, радикальный ислам) и запускается в качестве деструктора на территорию стратегического противника (ислам против Российской империи, ислам против СССР, ислам против Османской империи, в перспективе, возможно, ислам против Китая). Такие программы подробно описаны. Доказательства по сути неоспоримы. Самый мощный противник подобных игр находится внутри самого исламского мира. Ненависть к так называемым «бородатым» в исламских элитах (суфийских и не только) огромна. Не было бы этой ненависти — России пришлось бы заплатить гораздо большую цену за победу в Чечне.
И тем не менее — Большая Игра инструментальна, манипулятивна, а не концептуальна. Концептуальна же лишь ревизия мегапроектности. Если ревизуется мегапроект «Модерн», то речь не об использовании тех же исламистов против ненужных враждебных стран (главных геополитических конкурентов). Речь не о переделе, а о фундаментальном ПЕРЕУСТРОЙСТВЕ мира. О запуске процессов, обратных развитию. Процессов не прогресса (в том числе осуществляемого по западным калькам), а регресса.
Управляемый регресс — он же перестройка — это «ноу-хау», отработанное на территории СССР в эпоху конца 80-х — начала 90-х годов. Этот регресс до сих пор не преодолен. Он только отчасти сдержан, и не более того. Историческая заслуга Путина в том, что регресс оказался сдержан. Но непереломленный, непреодоленный регресс — это регресс, накапливающий потенциальную разрушительную энергию. Мы все сидим на этой пороховой бочке.
Но зачем ее соорудили? Причем не только на нашей территории? Посмотрите, что творится в Африке. В советский период нас по этому поводу хоть как-то информировали. Сейчас же в поле зрения только Запад и немногочисленные актуальные для него «горячие точки».
Между тем на периферии «цивилизованного человечества» разворачивается нечто беспрецедентное. Это беспрецедентное называется «вторичная архаизация». Она же — управляемый регресс. Но только ли на периферии?
Когда американцы в эпоху Клинтона обещали сербам: «Мы вбомбим вас в средневековье» — ощутил ли кто-то концептуальный размах этой формулы?
А Косово? Даже если были какие-то сомнения в наличии управляемого союза Контрмодерна и Постмодерна, направленного на разрушение основ современного мира (мира Модерна), то история с Косово должна бы была «подвести черту».
Не на периферии западного мира, а в центре Европы с помощью так называемого этнического оружия разрушено национальное государство под названием Сербия. Бог с ним, с международным правом (хотя благоговение перед правом, законом — это основа проекта Модерн). Ну, нарушалось это право не раз — из песни слов не выкинешь. Но каким способом и в каких ситуациях?
Здесь оно нарушено с тем, чтобы запустить механизм деструкции национального европейского государства. Причем ясно, что деструкция носит долгоиграющий характер. Ни один албанский лидер не посмеет сказать прямо своему народу (в том числе, например, в телепередаче), что Косово — это финальный успех. Все они говорят о «естественной Албании», включающей в себя территории других государств. На повестке дня уже раздел Македонии между болгарами и албанцами. И это тоже не завершение «долгоиграющей темы». Тема же заключается в том, что нацию хотят подменить этносом. А каждому этносу дать по государству. Но почему этносу, а не субэтносу? Тысячи спящих конфликтов могут вспыхнуть, подведя черту под проектом «Модерн». И что тогда?
Кому-то снится новая система, напоминающая идеи Мао Цзэдуна о мировом городе и мировой деревне?
В «мировом городе» должен воцариться постмодерн, в «мировой деревне» — контрмодерн. Модерн же должен быть уничтожен, миссия модернистов (в пределе — «бремя белых») отменена. Представить себе масштаб тех процессов, которые способна запустить такая затея, нетрудно. Речь идет о рукотворной сверхкрупной общечеловеческой катастрофе, осуществляемой с какой-то далеко идущей целью. Какой?
